Зора Нил Херстон – Их глаза видели Бога. Роман о любви и надежде (страница 1)

Зора Нил Херстон

Их глаза видели Бога. Роман о любви и надежде

Посвящается Генри Аллену Мо

THEIR EYES WERE WATCHING GOD

By Zora Neale Hurston

Copyright © 1937 by Zora Neale Hurston. Published

by arrangement with Amistad, an imprint

of HarperCollins Publishers.

© Новикова Т.О., перевод на русский язык, 2024

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

Вступление

В блестящей автобиографии «Следы на дороге» (1942) Зора Нил Херстон утверждала, что родилась в Итонвилле, штат Флорида, в 1901 году. На самом деле она появилась на свет 7 января 1891 года в Нотасулге, штат Алабама. Она была пятым ребенком Джона Херстона (фермер, плотник, баптистский проповедник) и учительницы Люси Энн Поттс. Перу Зоры Нил Херстон принадлежат книги «Их глаза видели Бога», «Тыквы Ионы», «Мулы и люди», «Моисей, человек горы».

За 69 лет своей жизни Херстон добилась больших успехов в литературе, антропологии, ораторском искусстве и театральном продюсировании. Лучшие ее книги появились в тот период, когда художественные и политические высказывания – будь то всего несколько предложений или целая книга – странным образом объединялись. Многие литературные произведения создавались по чисто политическим соображениям. Художественные книги пестрели политическими высказываниями. Личные политические взгляды Херстон, связанные с расовыми проблемами или вопросами национальной политики, не вызывали одобрения чернокожих современников-мужчин. В результате роман «Их глаза видели Бога» был издан лишь один раз и не переиздавался больше 40 лет.

Генри Луис Гейтс-младший [1] стал одним из многих, кто задался вопросом: «Как случилось, что лауреат двух премий Гуггенхайма[2], автор четырех романов, десятка рассказов, двух мюзиклов, двух книг по черной мифологии, десятков очерков и потрясающей автобиографии на три десятилетия выпал из поля зрения читателей?»

Этот вопрос остается без ответа. Нам известно лишь, что каждая книга Херстон после первого издания потом долго не переиздавалась. Вернулись они к читателям лишь в 1970‑е годы совместными усилиями Элис Уокер [3], Роберта Хеменвея [4], Тони Кейд Бамбары [5] и других писателей и ученых. Благодаря им Зора Нил Херстон заняла достойное место в пантеоне американских писателей.

В 1973 году Элис Уокер, которая была страшно огорчена тем, кто книги Херстон позабыты, нашла ее могилу и установила надгробие. «Я много лет любила и изучала ее книги, – позже говорила она. – Мне невыносимо было думать, что она похоронена в неизвестной могиле». На надгробии написаны слова Уокер:

ЗОРА НИЛ ХЕРСТОН

ГЕНИЙ ЮГА

РОМАНИСТ, ФОЛЬКЛОРИСТ, АНТРОПОЛОГ

(1891–1960)

Фонд Зоры Нил Херстон благодарит тех, кто долгие годы упорно работал, чтобы познакомить с ее трудами новые поколения читателей. Мы бесконечно признательны Роберту Хеменвею, Элис Уокер и сотрудникам Ассоциации современного языка, которые способствовали новому открытию Зоры. Мы выражаем глубокую благодарность за упорный труд и всяческую поддержку нашему издателю, Кэти Хеменвей, редактору Джулии Серебринской и литературному агенту Виктории Сандерс. Без их помощи книга никогда не увидела бы свет.

Предисловие

Предисловие Эдвидж Дантика[6]

«Далекие корабли, на которые мечтает взойти каждый мужчина». Так начинается блестящий роман Зоры Нил Херстон о женском пути, о поиске себя и настоящей любви. Поначалу может показаться странным, что роман, главной героиней которого является решительная и стойкая Джени Кроуфорд, начинается со слов о «жизни мужчин». Однако это – одно из многих изощренных проявлений огромного таланта Зоры Нил Херстон. Она могла всего несколькими предложениями создать сложнейший мир с его кодами и дисциплинами, а затем раскрыть в этом мире свое представление о том, как ее народ – созданные ею мужчины и женщины, ее герои – действует, торжествует и выживает. Отсюда и метафорический далекий корабль, который появляется перед героиней – Джени Кроуфорд. Неожиданно мы понимаем, что она сама совершила свое путешествие, что ее мечты «были высмеяны до смерти самим Временем», но при этом она никогда не ощущала чувства поражения. И поскольку женщины «помнят все, чего не хотят забывать», Джени Кроуфорд вспоминает все важнейшие моменты своей жизни. Начиная с того, когда впервые поняла, что она – «цветная» девочка, выискивая свое лицо на групповой фотографии. И до дня, когда она возвращается в Итонвилл из Эверглейдса. Возвращается не раздавленной и обманутой, как все ожидали, а стойкой женщиной, пусть даже с разбитым сердцем. Она трудилась на бобовых полях, пережила ураган и потеряла любимого мужчину.

Джени Кроуфорд может снова пройти свой путь, спуститься с собственного корабля, прийти домой и вспоминать, потому что смерть уже близка. И все же эта женщина прожила полную, богатую жизнь. И несмотря на голоса осуждения, встретившие ее в родном городе, несмотря на «массовую жестокость», вызванную ее расточительностью, Джени завоевала право быть героиней собственной истории, собственного поиска. Она стала «участником» своих воспоминаний.

Роман написан в форме вопросов и ответов: по просьбе своей подруги Джени рассказывает, где она была, что видела. Джени доверяет Фиби свою историю и просит рассказать об этом другим, только если подруга сама захочет. («Ты можешь поведать им, что я сказала тебе, если захочешь. Это будет все равно что расскажу я сама».) Джени рассказывает свою историю не только Фиби, но и себе. Ее ответы – это эхо. Так растерзанная нимфа Эхо смогла сохранить только свой голос. Херстон стала эхом Джени. Она разбила повествовательную нить на интервалы, потому что в жизни и в реальном времени Джени могла просто устать от рассказа. Как люди, которые в начале романа сидят на крылечках и видят возвращение Джени, сама Джени, Фиби и Зора Нил Херстон формируют собственную повествовательную цепь. И через сплетение их голосов мы совершаем совершенно интимное и в то же время общественное путешествие – путь книги «Их глаза видели Бога».

Я всегда страшно гордилась, напоминая всем, кто готов был слушать, что шедевр Зоры Нил Херстон «Их глаза видели Бога» был написан, по словам писательницы, за семь недель на моем родном острове Гаити. Однажды я опозорилась перед группой молодых писательниц, которые только что создали книжный клуб и любезно пригласили меня на первое заседание. Новоизбранный президент клуба объявил, что первой они будут читать книгу Херстон. Я тут же вмешалась и спросила:

– А вы знали, что Зора написала эту книгу за семь недель на Гаити?

Меня быстро поставили на место.

– И что? – спросила одна из женщин.

– И что? – смущенно переспросила я. – А вы смогли бы написать такую книгу за семь недель?

Конечно, слова Херстон о сроках написания романа не раз подвергались сомнению. Но меня поражает то, что она смогла найти время для работы над книгой на Гаити, куда приехала с целью антропологических изысканий. Меня, как писателя, поражает, что она часто использовала места и обстоятельства личной жизни для создания собственного пространства, своего мира. Даже угроза бедности ее не страшила – она умела находить утешение (или отчаяние), чтобы писать.

Многие мои современники, в том числе и я, часто жалуются (порой даже имея контракты на книги), что им не хватает времени, денег и места. Зора же просто писала. Она знала, как должна была знать Джени Кроуфорд, что «нет более сильного мучения, как нести в себе нерассказанную историю». И неважно, сколько я буду читать эту книгу. Каждый раз, когда Джени начинает рассказывать свою нерассказанную историю, я преисполняюсь двойного восторга – и от самой истории, и от того, как она рождена. Когда я берусь за свою любимую книгу Херстон, я делаю это отчасти из гордости за родной остров, но отчасти и по мудрому совету Элис Уокер, который она дала в предисловии к литературной биографии Херстон, написанной Робертом Э. Хеменвеем: «Мы Народ. (К этой категории я отношу все народы африканской диаспоры.) А Народ не отказывается от своих гениев».

К счастью, за свою жизнь мне довелось встретить лишь немногих активных читателей моего поколения (рожденных после 1960 года), писателей и неписателей, которые отмахивались бы от творчества Зоры. Многие из нас очень живо помнят свои первые встречи с ее книгами, особенно с «Их глаза видели Бога». Благодаря усилиям миссис Уокер и других, кто отважно вернул творчество Зоры себе и всем нам, мы прочли ее книги в старших классах или в колледже, где о ней увлеченно рассказывали мужчины и женщины (чаще всего они прочли ее книги, когда были намного старше, чем мы). Мы до сих пор храним восторг этого открытия – такой же, как от первых дней любовного романа или воссоединения с другом, которого давно считали умершим.

Впервые я прочла «Их глаза видели Бога» на факультативном курсе афроамериканской истории в старшей школе Клары Бертон в Бруклине. Курс вел молодой учитель – он посвящал факультативу время собственного обеда. В те времена было трудно узнать о Зоре и ее книгах, поэтому мы тщательно разбирали сюжет и язык писательницы с помощью учителя. Большинство из нас лишь недавно оказались в Соединенных Штатах. Мы читали диалоги Джени, Фиби и Кекса вслух, с сильным креольским акцентом. И могли лишь догадываться о том, какую блестящую книгу изучаем.