Зоман Чейнани – МИР БЕЗ ПРИНЦЕВ (страница 12)

— Даже, если мы докажем, что Старейшины лгали, Школьный Директор все равно продолжит охотиться за тобой, — с несчастным видом сказала Агата.

— Не может быть, чтобы он выжил. Агги, я видела, как он умер. — Софи подняла глаза на подругу. — Мы же видели своими глазами, разве нет?

У Агаты не было ответа.

— Как мы его потеряли, Агги? — спросила Софи, озадаченно. — Как мы потеряли наш счастливый конец?

Агата понимала, что сейчас было как раз подходящее время закончить то, что она начала в низине. Но глядя в большие доверчивые глаза Софи, она не могла разбить ей сердце. Должен быть какой-нибудь способ все исправить, и так чтобы подруга не узнала о том, что Агата пожелала. Её желание было всего лишь ошибкой. Ошибкой, с которой она никогда не столкнется лицом к лицу.

— Должен же быть способ вернуть наш счастливый конец, — настаивала Агата. — Мы просто должны запечатать врата...

Но Софи уставилась мимо неё, склонив голову. Агата обернулась.

Цветник позади них был пуст. Все его пассажиры исчезли.

— Агги... — прохрипела Софи, щурясь в туман в отдаление...

Теперь их видела и Агата. Красношапочники пересекали вереницы, приближайся прямо к их вагончику.

Обе девочки попытались вырваться из своих ремней безопасности, но те только крепче вцепились в них. Агата попыталась заставить свой палец светиться, но он никак не зажигался...

— Агги, они приближаются! — завопила Софи, увидев, как Красношапочники запрыгнули на красную вереницу, на две дорожки выше.

— Потяни свою лозу! — провопила Агата, когда она увидела, как другие соскакивают с тропинки. Но неважно насколько сильно она с Софи дергали, они продолжали катиться по дорожке.

Агата порылась у себя в кармане в поисках кинжала Рэдли и с помощью лезвия высвободилась, примечая приближение Красношапочников.

— Не дергайся! — прокричала она Софи, оценивая навскидку расстояние до лозы своей подруги. Повиснув на своем поясе, перекинутом, через вереницу, Агата вздрогнула, когда гигантская мухоловка под ней, высунувшаяся из бездонной ямы щелкнула пастью прямо у её ног. Она с криком пнула цветок по зубастой пасти и с ветерком понеслась по туннелю к своей подруге...

Рука Агаты соскользнула с ремешка, и она на полном ходу врезалась в Софи, обняв её будто дерево.

Зеленый ствол дерева превратился в ярко-оранжевый.

— НАРУШЕНИЕ, — прогремел через громкоговоритель противный голос. — НЕ РАСКАЧИВАТЬСЯ. НЕ РАСКАЧИВАТЬСЯ. НАРУШЕНИЕ...

Прилетела стая зеленых попугаев и принялась клевать платье Агаты, пытаясь его с неё стянуть. Она выронила нож.

— Какого...

— А ну отвалите от неё! — завопила Софи, распугивая птиц.

— НАРУШЕНИЕ, — провозгласил брюзгливый голос. — НЕ РАЗМАХИВАТЬ РУКАМИ. НАРУШЕНИЕ. НЕ РАЗМАХИВАТЬ РУКАМИ.

Сверху на них посыпались ручьем ящерицы и лягушки, а зеленые лианы принялись сдергивать с Софи одежду. Объятая ужасом, Софи отбивалась от ящериц и вьюнов, которые разлетались от её неистовых ударов во все стороны. Агата нечаянно вдохнула пыльцы и расчихалась.

— НАРУШЕНИЕ. НЕ ЧИХАТЬ. НАРУШЕНИЕ. — Птицы, ящерицы, и лягушки спустились со своих рядов и в наказание начали стараться оголить обеих девочек...

— Нам нужно выбираться отсюда! — прокричала Агата.

— А то я не знаю! У меня осталось всего две пуговицы! — Софи взвизгнула, смахнув с себя лягушку.

— Нет! Нам нужно немедленно убираться отсюда!

Агата ткнула пальцем на Красношапочников, болтающихся на их веренице.

— Давай, за мной! — прокричала она Софи, смахивая с себя радужную ящерицу, и раскачиваясь к следующей лиане. Но оглянувшись, Агата увидела, что Софи все еще сражается с канарейками за свой ворот.

— Пошли вон! Он ручной работы!

— НЕМЕДЛЕННО! — прорычала Агата.

Софи ойкнула и качнулась к следующей лозе. Она промахнулась и с криком пролетела к, разинувшей пасть, огромной мухоловке. Агата побледнела от ужаса...

Софи плюхнулась животом на синюю ГИБИСКУСНУЮ ВЕРЕНИЦУ, что пробегала на большой скорости параллельно ниже. Руками и ногами обняв светящийся ствол, она посмотрела вверх на Агату, которая продолжала раскачиваться наверху, но с явным выражением облегчения на лице.

— Агги, берегись! — завопила Софи.

Агата обернулась и угодила прямо к «Капюшону», повисшему на её лиане. Он схватил её за горло.

Услышав Агатино прерывистое дыхание, когда та начала задыхаться, Софи попыталась подняться на ствол, но затем она увидела впереди тоннель весь в терновнике, который вот-вот лишит её головы и увлечет за собой, как и её вагон. Вдруг она услышала какой-то звук и повернула голову, заглянула в туннель и увидела сияющую синюю бабочку, парящую над её дорожкой.

— Помоги нам! — умоляла Софи.

Бабочка хлопала крыльями и призывала лететь вперед. Когда вагончик Софи вынырнул из туннеля, она стремительно побежала вниз, чтобы последовать за бабочкой, тень в капюшоне продолжала душить Агату на стволе у Софи над головой. Софи, словно обезумев, старалась держаться за бабочкой, но перед ней спрыгнули два Красных Капюшона, с луками и стрелами в руках. Как раз тогда, когда они прицелились, она в ужасе оглянулась и увидела, как Капюшон укусил Агату за шею...

Бабочка нырнула и дернула лозу под рукой Софи. И лоза тут же вцепилась в запястье Софи и сдернула девушку с дерева, которая схватила руку Агаты по дороге наверх. Капюшоны от неожиданности завертелись на месте, кидая в них кинжалы и стрелы, но лоза, вытянувшаяся в упругий кнут, перенесла их обеих наверх в ветроколесо света. Порыв воздуха притянул их вперед к световому порталу в буре закручивающихся ураганом лепестков, вытягивая все выше, выше и выше...

...на луг с буйной растительностью.

Стоя на коленях в лоне высоких красных и желтых лилий, Агата с Софи с трудом перевели дыхание. Лица их были исцарапаны, в волосах запутались лепестки, платья все изодраны, но все еще оставались на них. Они обе уставились на земляную нору, из которой только что вылетели, чуть не поджаренные наконечниками стрел.

— Где мы? — спросила Софи, ища глазами синюю бабочку.

Агата покачала головой.

— Понятия не...

А потом она увидела красную лилию и желтую лилию, перешептывающихся друг с другом, бросающих на неё странные взгляды.

Она вспомнила, что ей уже как-то доводилось видеть цветы, сплетничающих о ней. На поле, точно таком же, пока они не похватали её за запястья и не стали дергать в разные стороны...

Агату качнуло.

У них над головами, переливаясь в красно-оранжевом восходе на кристально-чистой стороне Срединного залива, парила Школа Добра. Четыре башни, некогда поделенные поровну на розовые и синие, теперь были только голубыми, на острых шпилях которых колыхались флаги с порхающими бабочками такого же цвета.

— Мы вернулись, — ахнула Софи.

Агата побелела как снег.

Вернулись в то место, которое она так старалась забыть. Вернулись в то место, которое могло все разрушить.

Впереди, на вершине холма виднелись закрытые двери замка Добра. От золотых врат с пиками простиралась дорожка через Великолепную лужайку, на которой тенью зеркально падали слова висевшие аркой сверху:

ШКОЛА ДЛЯ ДЕВОЧЕК

ОБРАЗОВАНИЕ И ДУХОВНОЕ ПРОСВЕЩЕНИЕ

Агата закрыла и вновь открыла осоловелые глаза. Ей показалось, что она что-то не так разглядела.

Однако вывеска все по-прежнему гласила: ДЛЯ ДЕВОЧЕК

— Чего?

Софи встала рядом с ней.

— Это странно.

— Ну, Добро и Девочки начинаются на одну букву, — сказала Агата. — Может кто-то из нимф чего напутала.

Но потом она обратила внимание на то, на что смотрела Софи. На полпути через залив, озеро Добра перетекало в грязь Зла. Только ров не был черен, как прежде. Он был ржаво-красным, в цвет выгребной ямы в Лесу и охранялся шипастыми белыми крокодилами, в точности такими, как те, что сожрали лань... по крайней мере, двадцать из них, плавающих в мутной жиже, обнажающие черные акульи зубы.

Агата медленно перевела взгляд на Школу Зла, зависшую надо рвом. Три кроваво-красные зубчатые башни с шипами, окружающие серебристый шпиль, в два раза выше прочих. На шпилях всех четырех в тумане бились черные флаги, украшенные алыми змеями.

— Раньше было три башни Зла, — сказала Софи, прищурившись. — А не четыре...

Со стороны залива стали слышны голоса и девочки занырнули в лилии.

Из Леса выскочили мужчины в черном и пробежали через врата замка Зла.