Зои Стейдж – Страна чудес (страница 19)

– Спасибо, Бин, я ценю твою уверенность, но мы не знаем всего о том… – Орла не договорила.

Она знала хоть что-нибудь о том, что там было? Она даже не могла сказать точно, что источник проблем – это не следы мышьяка, хотя Шоу они не беспокоили, да и людей из службы тоже. Чем дольше они там находились, тем сильнее эта мысль укоренялась в ее голове: это место существовало отдельно от тех, где она бывала, и в ее понимании природных явлений зияли дыры. На ту логику, которую она раньше применяла в городской жизни, здесь полагаться не стоило.

– Вам, наверное, будет лучше без меня, – сказал Шоу, – я останусь в доме.

Он вышел из кухни со своей драгоценной бутылкой воды и раненым эго. У Орлы не хватало терпения, чтобы разбираться с его жалостью к себе. Шоу должен был понимать: если это продолжится, он отдалится от семьи и, возможно, тем самым подвергнет ее опасности. От странного состояния мужа и раздражения дочери Орле захотелось вернуться к себе комнату, закрыть дверь и прокричаться.

– Вода не опасна! – объявила она детям. – Больше не надо ее кипятить.

– Ура! – обрадовался Тайко.

– Хорошо, что хоть кто-то этому рад. – Орла просунула голову в гостиную и крикнула вслед Шоу громче, чем нужно: – Так что можно не тратиться на бутилированную…

Он закрыл дверь, проигнорировав ее.

В принципе, она могла постучать. Но вместо этого Орла ворвалась к нему в студию:

– Двери здесь не для того, чтобы закрывать их перед носом у других!

– Уйди! – Он вздрогнул и испугался, пытаясь закрыть телом второй мольберт.

– Почему ты такой вспыльчивый?

– Она еще не закончена, я не люблю, когда смотрят. Картина пока не такая, какой должна быть.

И когда его начало волновать то, что она видит незаконченную работу? Но интересовала Орлу даже не эта картина. Та, что стояла на другом мольберте, заставила женщину скривиться. На ней была изображена роща, наполовину снесенная, как будто по ней прошелся торнадо или великан с мачете, который пробивал себе дорогу через лес. Но вместо древесного сока в местах рассечения стволов и веток была… кровь. Из них торчали кости. И все это напоминало отрубленные человеческие конечности.

– Это…

Шоу попытался встать перед картиной:

– Просто эксперимент.

– Она отвратительная – без обид. Неудивительно, что ты в таком плохом настроении.

Он смягчился:

– Дело не в… Просто это пришло мне в голову.

– Хочу пить! – влетел в комнату Тайко.

Орла тут же подняла его и повернула лицом к двери. Шоу поднял неприятную картину и повернул ее к стене.

Орла взяла со стула бутылку с водой Шоу, передала сыну и мягко вытолкнула его из студии.

– Ты напугаешь детей, – шикнула она.

– Видишь? Хорошая причина держать дверь закрытой. – Он жестом показал ей на выход.

– Поспи. Тебе нужно вздремнуть, а не часами нюхать скипидар. – Она вышла, и дверь за ней захлопнулась.

Уперев руки в бока, Орла рассмотрела свои варианты. Она выбилась из сил и нуждалась в свежем воздухе, поэтому зашагала обратно на кухню.

– Ладно. Сапоги, лыжные штаны, комбинезоны. Пойдем навестим нашего друга, гигантское дерево.

– Ура! – обрадовались дети.

Радостный порыв Элеанор Куин несколько успокоил недовольство Орлы, хотя ее до сих пор подмывало позвать Шоу и сказать, чтобы он послал поисковый отряд, если они не вернутся строго через час.

Она чересчур драматизировала. Или это была месть? Ей определенно стоило меньше волноваться. Деревья в крови? Они просто пойдут по прямой, туда и обратно, а не собираются исследовать территорию с помощью карты и неисправного компаса. Бояться нечего.

14

Было легко. Элеанор Куин уверенно шла по дороге, несмотря на то что они брели по неутоптанному снегу. Тем не менее Орла продолжала оглядываться, высматривая…

Они так шумели, что отпугнули бы любого медведя. Как же она обожала своего маленького сына, который любил петь! А еще Орла следила за тем, чтобы они не сошли с выбранного маршрута и погода не удивила их очередным снегопадом. Ее бдительность окупилась, когда она заметила кое-что, не опасное, но поразительно красивое, – между деревьями мягко ступил олень. Его изящные копыта напомнили Орле пуанты. Но дети так решительно побежали к нему, что, прежде чем она успела остановить их и полюбоваться оленем, тот ускакал.

– Мама, гляди! – охнула через секунду Элеанор Куин, указывая вверх.

– Что это? – Тайко подпрыгнул к ней, ему не терпелось увидеть.

– Полярная сова! С большими золотыми глазами!

Элеанор Куин выглядела такой довольной. Но когда остальные двое проследили за ее пальцем, то увидели только темные и пустые ветви деревьев.

– Она улетела, – сказала девочка, перепрыгивая через ветку на пути.

Они сделали еще несколько шагов, когда Тайко резко вдохнул, и его глаза загорелись: он указал рукой на место между двумя поникшими деревьями.

Они снова остановились, но Орла не могла разглядеть ничего, кроме заснеженной ветвистой лапы дерева.

– Там ничего нет. – Элеанор Куин побежала вперед.

– Он там был, я видел волка!

– Волка?

Орла схватила Тайко за капюшон, чтобы не дать ему отойти от нее ни на дюйм. От слова «волк» Элеанор Куин резко остановилась и повернулась. Неуверенный взгляд широких глаз был прикован к матери.

– Весь белый, с глазами-солнышками. Очень добрый, мама.

Орла с трудом сдержала улыбку, но подмигнула дочери. Тайко, как часто делали младшие братья и сестры, любил повторять за сестрой.

– Что ж, твой добрый волк, похоже, удрал домой.

– Ага!

Он поскакал за Элеанор Куин, когда та снова бросилась в сторону возвышавшейся сосны. Девочка уверенно двигалась к своей цели.

Орле хотелось, чтобы Шоу был с ними – он казался слишком напряженным, ему не помешало бы отвлечься, насладившись чудесами природы. Может быть, это как раз то, что он искал все время? Место, которое пробудило его воображение.

И в ней проснулись угрызения совести за то, что она была так груба с ним. Он нес бремя, которое Орле стоило с ним разделить, – его идею, его призвание. Да и кто она такая, чтобы критиковать его работу? Ей не нравились американские горки эмоций, которые наблюдались между ними с момента переезда.

Элеанор Куин уже медленно обходила дерево, когда Орла до него дошла, ведя Тайко за руку. Оно оказалось таким же величественным, каким она его запомнила. Шириной в рост человека, дерево поднималось так высоко, что Орле пришлось сильно запрокинуть голову, дабы разглядеть вершину. Серая кора казалась очень древней – в ней были глубокие рытвины и борозды. Как на поверхности испепеленной планеты. Большинство громадных ветвей, лучами отходившие от ствола высоко над ними, превратились в сучья и потеряли иголки. Лишь ее корона в стратосфере над их головами оставалась вечнозеленой.

– Какое большое красивое дерево! – воскликнул Тайко, прыгая вокруг него по следам сестренки.

– Оно великолепно, – постаралась сказать Орла самым веселым тоном. – И оно очень, очень старое – ему лет пятьсот!

Тайко снова поглядел на дерево-великана, полный благоговейного трепета.

Элеанор Куин задумчиво продолжала ходить вокруг сосны. Она сняла на ходу рукавицу и провела пальцами по коре. Орла боялась, что ее проницательная дочь заметила то же, что и она сама, – странный цвет коры, мертвые голые ветки. Иголки были только на макушке – у основания же ствола дерево как будто гнило. Смерть распространялась вверх от корней. Орла предположила, что дерево погибло, но верхние ветки растут настолько высоко, что до них это еще не дошло.

Несмотря на то что оно расположено достаточно далеко от дома, будет плохо, если такое массивное дерево сгниет и упадет. Оно сильно повредит окружающие растения, а задняя часть их участка станет почти непроходимой. Орла мысленно пометила себе обсудить это с Шоу; с наступлением весны, возможно, придется позвать лесника, чтобы он их проконсультировал.

Быстро потеряв к дереву интерес, Тайко побрел к хвойным помельче, чтобы сбить снег с лежащих у земли нижних лап. Орла старалась не выпускать его из поля зрения, как и Элеанор Куин с ее медитативным маршем, но внутри почему-то нарастала тошнотворная нервозность. Орла боялась, что отвлечется на кого-то одного. Она держалась ближе к неугомонному сыну, но волновалась, что вот-вот налетит ветер и унесет дочь.

– Думаю, нам пора возвращаться. – Орла была готова поклясться, что температура падала, становилось холоднее. Может быть, это раннее предупреждение: значит, она приспосабливалась к новой обстановке лучше, чем думала. – Скоро будет метель, нельзя, чтобы мы попали…

– Нет никакой метели, – ответила Элеанор Куин. И вдруг упала на колени в лыжных штанах у подножия дерева, словно в молитве.

– Идем. – Орла жестом подозвала Тайко. Он споткнулся, но вовремя успел схватить ее за руку.

– Пора пить горячий шоколад? – спросил он. В городе их всегда угощали шоколадом, когда на улице шел снег.

– Не стоит пить горячий шоколад каждый раз, когда здесь выпадает снег, иначе будем делать это слишком часто. Бин, вставай, мы идем домой.

– Я скоро. – Дочь не собиралась вставать и следовать за ними.