Злюся Романова – ОППА (страница 1)
Злюся Романова
ОППА
Пролог
Воздух в промзоне был густым, как суп из старого «кирзача», и пропитанным гарью, мазутом и призраками разбитых надежд. Но здесь, у ангара под номером 17, к этому «аромату» примешивалось нечто особенное – сладковато-едкий дух дешевого парфюма и сломанной жизни. Пахло, будто в аптеке взорвался парфюмерный цех. Фабрика дурмана под скромной вывеской «Феникс» готовила свой яд, даже не подозревая, что к ней уже выехали незваные дегустаторы.
Их визит начался без предупреждения. Тишину ночи не просто разорвали – ее вырвали с корнем и хорошенько пнули. Не дожидаясь, пока дверь откроют вежливо и предложат тапочки, боец с позывным Барс аккуратно наложил на замок тротиловый «гостинец». Взрыв был коротким, яростным и очень убедительным. Дверь, сорванная с петель, эффектно влетела внутрь, и в облаке бетонной пыли и щепок, ощетинившись стволами, в адское чрево склада ворвалась черная стая отряда СОБР.
– ЗАЧИСТКА! – рявкнул в рацию голос, больше похожий на звук перемалываемого гравия. Это был Тигр, их невысокий, широченный в плечах командир, который своим видом внушал мысль о бесполезности сопротивления.
И хаос внутри мгновенно подтвердил его команду. Пространство, достойное самого дурацкого трип-хоррора, взорвалось движением. Между гор ящиков и остовами мертвых станков метались перепуганные тени. Очередь, выпущенная в потолок каким-то торчком, получила мгновенный и вежливый ответ тремя точными выстрелами от бойца Манул. Пули аккуратно вписались в грудь бандита, вежливо отшвырнув его за бочки с реактивами.
– Экономь патроны, Манул, – беззвучно скользнул мимо него Барс, продолжая движение вглубь ангара. – Они же не падают с неба.
– Лучше б падали! Не жалко этих алюминиевых огурцов для таких «товарищей»! – парировал Манул, уже меняя магазин.
Пока группа обеспечивала периметр, двое «поваров» в прожженных кислотой фартуках, похожих на выпускников кулинарного техникума, рванули к запасному выходу. Их путь преградила массивная тень Тигра.
– На пол! Мордой в ту самую грязь, что сами и произвели! Быстро! – его бас сотрясал не только внутренности, но и, казалось, саму реальность.
Один, тщедушный и с горящим химическим блеском в глазах, вместо подчинения схватил здоровенный тактический нож. Тигр вздохнул, будто уставший от непонятливых детей воспитатель в садике для трудных гениев, и двинулся навстречу. Удар ножом пришелся по прикладу автомата. Тигр даже не дрогнул. Левой рукой он поймал руку бандита, а правой, с зажатым в ней его же ножом, плашмя, с чувством, ударил его по виску. Тот осел без сознания.
– Говорил же – лечь, – Тигр перевел взгляд на второго, который уже сам плюхнулся на пол, заложив руки за голову с выражением искреннего сотрудничества на лице. – Умница. Тебе зачтется. На небесах нарисуют лишнюю звездочку. А пока – на земле полежи. Не отсвечивай.
Не теряя темпа, группа прорыва в лице Манула, Барса и других бойцов, ведомая Тигром, ворвалась в святая святых – цех, заставленный хитроумными установками, из которых смерть капала в пластиковые пакеты. Воздух здесь был таким едким, что, казалось, он сейчас протравит каску и возьмется за мозги.
За импровизированным столом, уставленным килограммами упакованного в вакуум зла, застыл сам «Химик». Бледный, но с безумной решимостью в глазах, его рука потянулась к ящику стола.
– Руку оторву, – спокойно, без всякого пафоса, как будто сообщая прогноз погоды, произнес Манул. Ствол его автомата смотрел Химику прямо в переносицу, наглядно иллюстрируя перспективы.
Из-за угла, волоча за собой закованного в наручники «ведущего технолога», появился Барс.
– О, начальство на месте! – прокомментировал он. – Смотри-ка, Тигр, у них тут и правда менеджмент среднего звена. Только бонусы у них какие-то подозрительные, белые и плохо пахнут.
– Руки на стол. Шире, – буркнул Тигр, не отводя ствола.
Именно тут в рации что-то захрипело. Тигр, выслушав, крикнул своим:
– Все, коврики свернули! Уносим ноги!
Операция по задержанию перешла в фазу эвакуации. Группа вывела под руки бандитов. Химик, выходя, сплюнул на землю, пнул со всей силы какой-то ящик у входа и истерично рассмеялся.
Тигр, прикурив, на секунду задержался, окидывая взглядом склад. Работы здесь было – воз и маленькая тележка, но это уже становилось задачей для следственной группы. И в этот самый момент воздух разорвал оглушительный звук. Взрыв.
Взрывной волной Тигра отбросило, как щепку. Грохот был таким, что земля дрогнула, а где-то вдалеке тревожно залаяли собаки. Стены сложились, словно карточный домик после крепкого чиха, погребая под обломками всю грязную историю этого места.
Барс первым бросился к месту, где только что стоял командир. Тот был жив, но немного «подпорчен»: осколки впились в плечи и ноги.
– Жить буду… – прохрипел Тигр.
Барс с другим бойцом быстро погрузили командира на носилки и отнесли к броневику. Дальше – дело рук врачей госпиталя.
Манул молча смотрел на пляшущее зарево, которое отражалось в его спокойных глазах.
Химик, уже за решёткой автозака, снова рассмеялся.
– Твоя работа? – без эмоций спросил Манул, поворачиваясь к нему.
– Моя! – тот довольно выдохнул.
– Ну вот. Построили – разрушили. Цикл завершён. Можно сказать, провели ребрендинг. Очень эффектный, – философски заметил Манул.
Барс, закуривая у броневика, хрипло рассмеялся:
– Главное, чтобы приёмная комиссия была довольна. А то заставят убирать за собой. Подмести, пропылесосить…
Манул скользнул взглядом по трясущимся от страха задержанным и усмехнулся:
– Ничего, братки, скоро привыкнете. В тюрьме воздух чище. Меньше химии. Больше – романтики.
Он хлопнул ладонью по броне автозака.
– Поехали. Работа сделана. Осталось командира пластырями обклеить и снять эмоциональное напряжение.
Автозак рыкнул дизелем и медленно тронулся с места, оставляя позади костёр, пожиравший тьму. Ещё один гнойник на теле города был успешно прижжён. Жестоко, эффективно и с неизменным чувством юмора.
Глава 1
Прошло два дня. Ранение Глеба Полосатова (точнее, командира отряда СОБР с позывным Тигр), хоть и не было смертельным, оказалось досадно серьёзным. Взрывная волна щедро нашпиговала его осколками – врачи, посвистывая, извлекли из его крепкого тела около дюжины металлических «сувениров» на память о том самом складе. Теперь он лежал в палате, с ног до головы забинтованный, как настоящая, хоть и несколько помятая, мумия с выражением лица, ясно говорящим: «Ну вот, опять эти египетские каникулы».
Зеленые глаза, поблескивающие из-под густых бровей, выражали немое возмущение таким положением дел. Впрочем, долго скучать ему не пришлось.
Дверь с надрывом скрипнула, словно предупреждая мир о вторжении, и в палату ввалились Борис и Матвей. Барс (он же Борис для особо интеллигентных собраний, где нельзя крякать от смеха), высокий и подтянутый, в черной футболке, которая облегала его торс с упорством голографической плёнки на новом смартфоне, сжимал в руке увесистый пакет. Судя по его виду, там было либо что-то очень тяжелое, либо очень ценное. Или просто кирпичи на продажу.
Матвей, его белобрысый спутник с глазами цвета лазурного моря, шёл следом с ухмылкой, которая, кажется, была приклеена к его лицу на суперклей. Он с живым интересом оглядывал больничные стены, будто выбирал, куда бы повесить свою будущую дипломную работу.
– Ну что, полосатый, как там твои когти? – с ходу прошамкал Барс, оценивающе оглядывая закутанного командира.
– Царапаться пока не могу, – буркнул Глеб, пытаясь приподняться на локте и тут же с кислой миной замираю. – Зато лежу красиво. Как на курорте. Только сока ананасового не хватает и телок в бикини.
Манул, молча подойдя к кровати, внимательно осмотрел бинты с серьезностью опытного ветеринара, пришедшего на осмотр к экзотическому зверю.
– Ничего. Мех не пострадал. Царапины заживут, – заключил он. – Главное – уши и хвост на месте?
– Очень смешно, – проворчал Тигр. – Ты сейчас прям как тот врач, который спрашивал, не жужжит ли у меня в голове. Я ему говорю: «Док, у меня после взрыва в голове только один вопрос – кто за такую работу платить будет?».
Барс хрипло рассмеялся и начал выкладывать из пакета на тумбочку содержимое: пачку печенья, яблоки, воду и какой-то журнал с загадочной обложкой.
– Это что, новый каталог ортопедических стелек? – поинтересовался Тигр, скептически глядя на журнал.
– Сам жаловался, что тут интернет плохо бегает, – парировал Барс. – Так что развлекайся по-старинке. Картинки там… познавательные.
Тигр фыркнул, но сразу же зашипел от боли.
– Ой, не смешите мои осколки. Так что там с тем химиком-пироманом?
– Да всё, – Барс присел на край свободной кровати. – Поёт, как соловей в весеннем лесу. Такое ощущение, что он не на зоне, а в «Голос» готовится. Всех сдал, всех пересдал. Видимо, надеется, что его в колонию для особо одаренных отправят, где кружки по химии есть.
– Ребрендинг, блин, устроил, – хмыкнул Глеб, кивая на свои бинты. – Теперь и я у себя ребрендинг переживаю. Тигра в дуршлаг превратили.
– Ничего, затянется твой дуршлаг, – философски заметил Манул, глядя в окно. – Кстати, пока ты здесь валяешься, мы все операции без тебя проваливаем. Скучно до ужаса. Так что выздоравливай быстрее. Надо же кому-то нас на рожон посылать и потом из-под взрывов вытаскивать.