Злой Слон – Небесный странник (страница 66)

— Теперь я лучше понимаю, почему в народе вас недолюбливают, — фыркнула Шми, допивая каф. — Забирать детей из любящих семей…

— Мы делаем это не по собственной прихоти, уважаемая госпожа Шми, — с грустью возразила тогрута. — Сила — не шутка и не игрушка. Она требует к себе внимания и жестоко карает тех, кто пренебрегает ей.

— Вас специально тренируют говорить такие высокопарные речи? — мама мальчиков по очереди посмотрела на них. — Если бы Эйдан вас услышал, он бы смеялся в голос. В общем, время позднее. Пора ложиться спать. В заключение нашей беседы скажу лишь одно, за жизнь детей вы несёте полную ответственность. Если…

— Всё будет в порядке, — тут же поспешил заверить молодую женщину Квай-Гон. — Сейчас главное, чтобы завтра Энакин выиграл гонку. Больно уж много уважаемый Уотто запросил за запчасти для нашего корабля.

— Не велика потеря, — отмахнулась Шми. — Уверена, вас он ещё пожалел. Что же касается победы Энакина, — на её губах появилась уверенная и предвкушающая улыбка, так напомнившая обоим джедаям близнецов. — Завтра вы всё увидите сами. Мальчикам всегда удавалось удивить окружающих.

Внешнее кольцо. Сектор Арканис. Система Тату. Планета Татуин. Где-то среди песков Дюнного моря. Корабль «Кинжал».

Год: 2 РС/32 ДБЯ.

Мол. Дарт Мол.

Дарта Мола распирала изнутри бушующая ярость. Но — не только она, отнюдь не только. Неоспоримый факт состоял в том, что распирало Мола сильно, как нелюбовь хаттов оказывать бесплатные услуги, и неодолимо, словно несущаяся с вершины горы снежная лавина. Конкретно в его случае — раскалённое, вполне определёнными, и донельзя приземлёнными позывами, лавовое цунами.

Свой эпично-грозный скоростной полёт на байке в сторону «Кинжала», Дарт Мол не забудет никогда. Как и позорные комментарии его напарницы, что на протяжении всего пути продолжала испытывать на прочность его самоконтроль.

Любой одарённый имеет повышенную стойкость к ядам. Ситх исключением не являлся. Алкоголь не туманил его разум, сколько бы его не выпил тёмный аколит. Вот только вместе с алкоголем в тело Дарта за последние часы попала куча разнообразнейших химических соединений, вплоть до слабых органических токсинов непонятной природы.

В кантине «Три Дуба» Мол впервые осознал три очень важные истины. Во-первых, бухло — зло, которое хуже Джедаев. Во-вторых — ему пора заводить список тех, кого он желает не просто убить лично, но и произвести сие деяние с особым цинизмом (гадкая Матукай и белобрысый пацан из кантины расположились в списке сразу же за Квай-Гон Джинном с его падаваном). И в-третьих, ему срочно, вот буквально вчера, нужно изучить некоторые продвинутые техники Силы.

Впервые в жизни ситх позволил себе в негативном ключе подумать о своём Владыке — Дарте Сидиусе. Что мешало «Его Темнейшеству» научить своего верного слугу продвинутой технике детоксикации? Нет, ну ведь правда, что?

— Бу-э-э-э, — страдал краснокожий забрак в единственном и неповторимом санузле корабля. При этом он используя самую простейшую вариацию техники детоксикации: два пальца в рот, и уповаем на поддержку Силы.

Мол и раньше прекрасно понимал, что ему не хватает знаний именно в техниках Силы. Да, он был силён в фехтовании, но вот в аспектах владения Великой у него существовал огромный, можно сказать, зияющий, пробел. Но именно в ту ночь верный последователь Тёмной стороны Силы впервые осознал всю величину проблемы.

— Всему своё время, ученик, — непреклонно и абсолютно уверенно заявлял учитель. — Доводи до совершенства то, чем уже владеешь, и когда-нибудь я дарую тебе истинное могущество. Ну а пока, вот твоя награда за труды.

За этими словами учителя всегда следовала классическая для ситхов «обучающая программа», состоявшая из потока Молний Силы, которую его тело впитывало, как понижающий трансформатор.

— Время… Учитель, мне та-ак хреново сейчас… Где это долбанное могущество, когда оно так необходимо? Бу-э-э-э… — вновь скрутило его над новым лучшим другом.

Одновременно с этим, в попытках избавить агонизирующее тело от наполнявших его ядовитых субстанций, крайне неожиданно для забрака последовал мощный выброс «иной силы». Выброс заставил содрогнуться весь «Кинжал» вплоть до опор, а систему очистки воздуха заработать на пределе своих возможностей.

— Эй, красноглазенький, ты поосторожнее там, корабль не развали! –откровенно веселилась Авада.

— От… бу-э-э, — новый приступ прервал его речь. — От… ва… тьфу-тьфу… ли…

— Ищи везде плюсы! Теперь мы точно знаем, что, если что, ты способен любую планету подвергнуть почти что планетарной бомбардировке, — откровенно ржала эта сука. — Подлетели, ты жопу в шлюз высунул, слегка напрягся — и всё, нет планеты.

— Твари… тьфу-тьфу-кха! — зло прошипел забрак — И ты, и этот уродец малолетний из кантины… Найду и убью… Да что там такого было намешано? Бу-э-э-э…

— Внимание! Наблюдается ускоренная коррозия труб системы рециркуляции! — раздался механический голос оповещателя системы диагностики неисправностей — Задействован модуль хранения высокотоксичных отходов! Рекомендована замена картриджа нейтрализатора!

И словно этого было мало, из-за двери санузла прозвучал голос его персонального дроида-убийцы С-3РХ:

— Господин, вас срочно вызывает по голосвязи Владыка Сидиус!

— О, Сила! ЗА ЧТО ВСЁ МНЕ ЭТО⁈ С-3РХ, скажи учителю, что я… бу-э-э-э… вне зоны доступа… я… ой… ПШШШШШ… всецело занят выполнением задания…

Внешнее кольцо. Сектор: Арканис. Система: Тату. Планета: Татуин. Большая Арена Мос-Эспа.

Год: 2 РС/32 ДБЯ.

Энакин Скайуокер.

(Арена)

Вновь был этот шум. Так хорошо знакомый и известный шум толпы на трибунах. Громкой, многоголосой, но при этом безликой и алчной до кровавых зрелищ. Энакин постарался отрешиться от всего, чтобы сосредоточиться на главном — на гонке. Слишком большие ставки были на него, слишком большая ответственность, слишком многое зависело от результата заезда.

Успокоить подрагивающие руки было трудно, но постепенно мальчик справился с этим. Отчасти этому способствовал мерный гул его пода. Точнее двух двигателей, которые они всей семьёй модернизировали. Эйдан ещё каждый раз приговаривал, стоило только завести под: «ух, как урчит!», и обязательно гладил рукой кабину. Сам при этом он отчего-то водить его не очень любил. Энакин не понимал почему брат себя так ведёт, но и удивляться не спешил.

Брат-близнец всегда был немного необычным даже в его собственном понимании. Это говорило о многом, ведь для большинства остальных и сам Энакин был «странным». Несколько лет назад появилось этому объяснение — Сила. Впрочем, мальчик не придавал особого значения мнению посторонних.

Друг для друга они оба были нормальными, пусть и не обычными, в самом хорошем смысле этого слова. Поэтому, даже выбор цвета для пода братом и его объяснение: «красная тачка едет быстрее», и неизменное добавление после него «Ва-а-агх!» воспринималось спокойно. Более того, ссылка на этих непонятных зелёных орков, подозрительно похожих на личных охранников Джаббы, не вызывала удивления или сомнений. Правда, было странным, что брат утверждал орки эти растут из спор, но чего не встретишь в этой сумасшедшей Галактике? Ещё одним железобетонным постулатом было то, что: «Эйдан мудр, ему видней, и вообще — брат просто так ничего делать не стал бы». Да и пусть красный не был любимым цветом ни одного из братьев, но смотрелся под так и правда как-то быстрее, что ли.

Оставшимся из исходных двухсот семидесяти восьми тридцати шести участникам финальной гонки «Бунта Ив Классик» предстояло пройти три круга, которые и выявят из них победителя. Легкая медитация перед началом заезда, которую получилось начать благодаря ровной работе пода, помогла ему отрешиться от всего. Энакин даже не сразу осознал, что Эйдан прогнал Себульбу, который вертелся рядом с их болидом с явно недобрыми намереньями. При этом брат не просто прогнал, но и ещё выдал пару ласковых на хаттском, заслужив всеобщее одобрение вокруг и небольшой подзатыльник от матери со словами:

— Эйдан Скайуокер, язык.

(Себульба)

— Иди-иди козлобородый, — сказал брат, спешно удаляющемуся и матерящемуся на трёх языках Себульбе. — Мам, не бей по голове. Иначе потеряю последние скрепы разума! Этот говнюк хотел сломать внешний конденсатор правого двигателя!

— Это не даёт тебе права позорить нашу семью своими манерами перед нашими новыми друзьями! — не вняла доводам мама, чуть вздёрнув правую бровь.

— Миль пардоньте, уважаемые, — забавно поклонившись джедаям и Падме с Джа-Джа, Эйдан довольно быстро вернулся к разговору с ним. — Братишка, запомни, Себульбе надо сделать больно.

(Себульба на своём поде)

— Хорошо, Дани. Но ты в этом уверен? Он, как-никак, пилот команды Джаббы, — с сомнением протянул Энакин.

— Птичка нашептала, что Джабба сам не верит, что Даг выиграет, — доверительно поведал близнец, состроив заговорщицкую физиономию.

— Откуда инфа? — тут же полюбопытствовал он.

Важно ткнув пальцем в небо, брат выдал:

— Оттуда.

— А-а-а, — хмыкнул Энакин, весело сверкнув глазами. — Ну раз оттуда, тогда да, Себульбе будет больно.

— А, и ещё, Ларс и Рина тоже тут, — склонившись к его уху прошептал Дани. — Мандо тоже поставили кругленькую сумму на твою победу. Они все, как и я верят в тебя, Эни, — хлопнул его по плечу брат. Затем, уже отодвинувшись от него, он продолжил более громким голосом. — Помни, я верю в тебя, братик! Будь здоров, расти большой и никогда не будь… Джа-Джа!!! Хрень ты неназываемая, ты зачем язык под дугу подставил⁈