Злата Заборис – Время восхода. Команда Бастет (страница 2)

В кармане дважды пиликнул телефон, однако его сигнал я проигнорировала в пользу вежливости. Правда, моя подопечная, кажется, не заметила его тихих трелей.

Мне казалось, сейчас Вафелька пожмет плечами, скажет лаконичное «понятно» и отправится восвояси. После чего пойдет к Тетяне Себастьяновне и потребует себе нового куратора.

Фая вздохнула. Задумчиво склонила голову набок. Побарабанила пальчиками по тыльной стороне ладони. А потом вдруг озвучила нечто совсем невероятное.

– Может, именно поэтому тебя и выбрали? – В голосе Вафельки появилось вдохновенное воодушевление. – Потому что ты способна рассказать о собственном опыте, а не пересказывать чужие слова?

Я оторвалась от стекла, изумленно смотря на Репейнину. В ее глазах горел ажиотаж.

– Знаешь, мне кажется, от тебя я узнаю о роли фантоша гораздо больше, чем от кого-либо другого в «Восходе», – продолжала она. – Думаю, мне сильно повезло получить в кураторы человека с такой необычной историей.

Пальцы ее скользнули к виску, заправляя за ухо выбившуюся прядь волос.

– Я надеюсь, ты не откажешься от шефства надо мной?

Земляничная полоса растянулась в приветливой улыбке. Мягкой и доброй. Подобной теплому лучику света, пробившемуся сквозь снежную тьму и холод.

– Конечно нет, – оттаяла я.

Неделя пролетела словно считаные часы.

В лице Вафельки я обрела не просто подшефного. Я обрела друга. Мы общались буквально взахлеб, проводя вместе все больше и больше времени. Обсуждаемые темы давно уже перестали ограничиваться одной лишь службой богам – разговоры велись обо всем, что только могло затронуть наши умы.

Мне казалось, будто я знаю Фаю целую вечность. Будто знакомы мы с самого детства и выросли идя по жизни бок о бок. Я не помнила ранее таких подруг, чтобы общение с ними складывалось столь же легко и непринужденно. Вафелька была словно мой близнец, потерянный в детстве и спустя долгие годы вернувшийся в семью. Каждый день я с упоением ждала момента, когда на горизонте покажется земляничная полоса помады и человек-невидимка превратится в самого желанного собеседника.

Сегодняшняя наша встреча произошла в ангаре. На половину четвертого был запланирован учебный вылет. Первый – для Вафельки и Бочкарёвой. Нам с Сусинским предстояло показать своим подопечным, как управлять ладьей. И по возможности поставить за руль их самих.

Сумрак ангара встретил нас студеной сыростью и пробирающим до костей холодом. Близлежащий пруд отказывался покрываться на зиму коркой льда. По всей видимости, по дну его проходили тепловые коммуникации, подогревающие воду и не дающие ей заледенеть в декабрьскую стужу. Со стороны это выглядело красиво – точно незамерзающее озеро из параллельной реальности. Жаль только, что тепла от этих труб не хватало на обогрев подвалов «Восхода» – спускаться туда зимой без верхней одежды было крайне зябко.

Не в силах терпеть холод, я защелкнула на ушах обогревающие клипсы.

– Прежде чем мы взойдем на палубу, – обратилась я к Вафельке, – раскрой свои крылья.

Я ожидала, что Фаина сейчас скинет с плеч школьный пиджак, закатает до локтей рукава водолазки и примется совершать руками призывающий пасс.

Но моя подопечная отчего-то медлила.

– В чем дело? – забеспокоилась я.

Вафелька неуверенно пожевала губы.

– У меня нет крыльев! – с досадой выпалила она.

Запястья ее демонстративно оголились, открывая моему взору абсолютно белую кожу без малейшего намека на черные полосы татуировок.

– Как? – Мое лицо изумленно вытянулось. – А как же ты тогда… Погоди, но почему их нет?

Ситуация становилась непонятной.

– Тебе ведь должны были выдать их вместе с клипсами и скарабеем? – продолжала недоумевать я. – Сразу после проведения ритуала…

Вафелька пристыженно уставилась в пол.

– Я не проходила ритуал.

Новость стала для меня шоком.

– Но почему? Ведь Тетяна Себастьяновна планировала провести его еще на той неделе?

Фаина поежилась.

– Я не знаю…

Возможно, мне привиделось, но на мгновение глаза Фаи наполнились сыростью.

– Тетяна отказалась погружать в меня свою проекцию буквально в последний момент… – В голосе Вафельки промелькнула бескрайняя грусть. – По-моему, она передумала делать меня своим фантошем. И теперь просто выгонит из своей команды, не дожидаясь моего полноценного вступления.

Слова Репейниной прозвучали в совсем уж упадническом ключе.

– Не говори глупостей, – отмахнулась я, – никто тебя не выгонит. С чего бы? Пройдешь ритуал чуть позже. Мало ли какая у нее была причина.

Вафелька шмыгнула носом и промолчала.

Я же погрузилась в раздумья.

Технически вылет на ладье был на грани срыва. Подниматься в небо с пассажиром, не имеющим подстраховки в виде крыльев, я не имела права. Это было бы слишком рискованной затеей и могло выйти Вафельке боком.

Нам предстояло набирать немалую высоту, и я откровенно сомневалась в том, что могу позволить своей подопечной взойти на борт без способности к самостоятельному планированию.

И хотя речь шла даже не о выходе за пределы орбиты – в межпланетное пространство мы могли отправляться исключительно в компании богов, – назвать предстоящее мероприятие стопроцентно безопасным все равно было сложно.

Учебные вылеты предписывалось проводить в непосредственной близости к земле. Однако во избежание столкновения с архитектурными строениями и городскими птицами минимальная высота полета должна была составлять хотя бы четыреста метров.

Технически, без сопровождения нам разрешалось свободно бороздить просторы «пограничного» слоя атмосферы. Верхней точкой, куда разрешалось долетать, принято было считать нижнюю границу тропосферы – высоту в два километра от земли.

Правда, в условиях обучения мало кто из нас поднимался даже на километр. В этом не было необходимости, да и без того обстановка полета ощущалась довольно экстремальной.

– Чего вы там возитесь? – донесся до моих ушей равнодушный голос Сусинского; Вольдемар и его подопечная уже поднялись на борт и теперь взирали на нас сверху вниз. – Долго вас ждать еще?..

– Мы не полетим! – крикнула в ответ я. И сама подивилась собственной решительности.

Зато Вафельку мои слова повергли в буквальный шок.

– Как? – изумилась Фаина.

Пришлось пускаться в нежеланные объяснения.

– У тебя нет страховки на случай падения. Это будет небезопасно.

Земляничная полоса на лице Вафельки сложилась в тонкую ниточку. Практически невидимую и безмерно напряженную.

– Но ведь Тетяна Себастьяновна сама велела мне осваивать вождение ладьи, – жалобно протянула Репейнина. – А она ведь знала, что крыльев у меня нет…

– Хочешь сказать, Бастет разрешила тебе подниматься на борт? – удивилась я.

Репейнина кивнула.

– Иначе зачем бы она послала меня сюда?..

Голос ее дрогнул. Похоже, факт отмены нашего вылета крайне опечалил Вафельку. И хотя у моей подопечной было божественное позволение на участие в полете, совесть все равно не позволяла мне подняться с ней на ладью.

– Может, нам все же поискать на сегодня другое занятие? – осторожно поинтересовалась я. И, не дожидаясь ответа, принялась стремительно перебирать в голове варианты. Отменившемуся полету требовалась достойная альтернатива. Или хотя бы позитивная беседа, способная увлечь Вафельку и позволить ей не горевать об изменившихся планах.

Очень кстати мне вспомнилось, как неделю назад Бастет выдала Фаине набор цепей и учебную модель скарабея – для тренировок в установке крепежа. И факт этот показался мне крайне удачным для развития нового разговора.

– А ты научилась завязывать крепление для скарабея? – Я попыталась резко перевести тему, дабы отвлечь внимание Репейниной от мыслей о сорвавшемся вылете.

Мне казалось, сейчас Фая встряхнется и примется рассказывать о своих успехах в обмотке цепей… Однако вышло все совсем иначе.

Вафелька сникла.

– Блин… – Ее голос взволнованно дрогнул. – Я совсем забыла об этом, прости, пожалуйста!

Белые пальцы в невротической хватке сошлись на воротнике курточки. Будто пытались подтянуть ворот как можно выше к лицу, чтобы спрятаться за его материей, словно в домике.

– Я подвела тебя, да? – Печальные глаза скользнули к полу. – Наверное, я совсем никчемная ученица…

– Никого ты не подвела. – Метаморфозы подопечной невольно заставили меня смутиться.