Злата Солнечная – Матрена: Дорога длиною в жизнь (страница 3)

–Но помни, Акулина – я не из тех, кто прощает ослушание.”

Матрёна сидя на скамью, закрыв лицо руками. Её плечи содрогались от беззвучных рыданий. Акулина подошла к дочери и обняла её, чувствуя, как сердце разрывается от боли и отчаяния.

“Всё будет хорошо, Матрена,” – прошептала она, хотя сама не верила своим словам.

–“Ты справишься с этим.”

Матрена, подошла и встала у окна она наблюдала за удаляющейся фигурой Фёдора, она знала – этот брак станет началом долгого и мучительного испытания для неё.

Свадьба была скромной. Никто не поддержал решение Акулины выдать Матрену за Фёдора. Более того, её осуждали за выбор, который она сделала для дочери.

Глава 6 Новый дом.

Когда торжество подошло к концу, Иван, брат Матрены, подошёл к ней и, отведя в сторону, прошептал так тихо, чтобы только она могла его услышать:

– Матрёна, если тебе когда-нибудь понадобится помощь, помни, что ты всегда можешь рассчитывать на меня.

Он поцеловал её в лоб и отошёл.

Фёдор заметил, как Иван и Матрёна о чём-то шепчутся, и направился к своей жене. Он сказал, что уже поздно и пора возвращаться домой, взял Матрену за руку и вывел из дома.

Фёдор был изрядно пьян и, почти волоча Матрену за собой, потащил её в свой дом.

Матрёна шла, опустив голову, чувствуя, как грубая рука Фёдора сжимает её запястье почти до боли. В голове ещё звучали тёплые слова брата, но его поддержка теперь казалась такой далёкой.

Когда Матрена подошла к старому дому, она подняла глаза и увидела его в тусклом свете, он показался ей мрачным и зловещим. Ворота покосились, войдя во двор, она огляделась. Кругом был разбросан мусор. Подойдя к крыльцу, Матрена обнаружила, что ступени давно сгнили, и ей пришлось осторожно ступать, чтобы не провалиться.

– Давай же, – рявкнул на неё Фёдор, подталкивая к дверям дома. Они вошли внутрь. Дом оказался очень маленьким, всего одна комната, посреди которой стояла печь. Потолок и стены были чёрными от копоти. В углу стоял топчан с грязным матрасом и изношенным одеялом.

Матрена с трудом подавила дрожь, оглядывая убогое жилище. Её сердце сжалось при виде такой нищеты. Фёдор, не проявляя ни капли сочувствия, сбросил свой армяк на топчан и велел ей развести огонь в печи.

– Сначала протопи избу, а потом приберёшься тут, – грубо бросил он, потирая руки.

Матрена подошла к печи, открыла заслонку и поморщилась от запаха сырости и затхлости. На полу валялись какие-то бумажки, в углу стояла старая чугунная посуда, покрытая толстым слоем жира. На подоконнике она заметила несколько пустых бутылок из-под самогона и старый, потёртый самовар.

Матрена начала разжигать печь, раздувая пламя. Сначала оно было слабым, наполняя комнату дымом, но постепенно печь начала прогреваться. Матрена решила, что первым делом нужно вымыть полы и разложить свои вещи, чтобы придать этому месту хоть немного уюта.

Мысли о её приданом немного утешали её в этой мрачной обстановке. По крайней мере, теперь у неё будет чистое спальное место и швейная машинка, с помощью которой она сможет шить одежду для новой семьи. Но глядя на Фёдора, который уже примостился вальяжно на топчане и нагло рассматривал Матрену, она поняла, что ей предстоит многое вытерпеть, чтобы выжить в этом доме.

С самого начала Фёдор дал понять Матрёне, что не потерпит её непослушания. Матрёна никогда не забудет, какие ужасы ей пришлось пережить в первую брачную ночь. Она старалась смириться со своей судьбой, но иногда, оставаясь одна, плакала и думала, за что с ней так жестоко поступили.

Работа не пугала её, и она старалась отвлечься от грустных мыслей. Фёдор же при каждом удобном случае старался обозвать Матрёну или дать ей оплеуху за то, что она приготовила не то, что он хотел. Однажды он очень сильно избил её розгой за то, что она не так на него посмотрела. Несколько дней она лежала, не в силах встать.

Со временем в доме стало чисто и уютно. Матрёна научилась готовить любимые блюда Фёдора и поддерживать идеальный порядок. Дни шли за днями, и постепенно боль в её сердце притуплялась.

Фёдор нигде не работал иногда он приносил те крохи, которые зарабатывал. Жили они голодно.

К удивлению Матрёны, Фёдор стал замечать её старания. Его отношение к молодой жене начало меняться: грубые приказы сменились просьбами, а угрозы – спокойными замечаниями. Матрёна чувствовала, как с каждым днём её жизнь становится немного легче, хотя старые раны ещё давали о себе знать.

Она нашла утешение в простых радостях: выращивании овощей в огороде, пении птиц за окном. Матрёна поняла, что даже в самой тяжёлой судьбе можно найти светлые моменты, если научиться их замечать.

Глава 7 Клетка.

Матрёна с трудом переносила свою первую беременность. Фёдор, чтобы обеспечить семью, был вынужден искать дополнительные источники дохода и занимать деньги у соседей. Семья жила впроголодь, и Матрёна сильно похудела от недоедания. Её часто тошнило, а голова кружилась.

Фёдор считал, что во всех проблемах виновата Матрёна. Когда он приходил домой трезвым или с бутылкой самогона, которую ему давали соседи, он начинал её бить.

Матрёна, измученная болью и страхом, искала утешение в мыслях о будущем. Она надеялась, что вскоре всё наладится и её семья сможет преодолеть трудности.

Несмотря на усталость и душевные переживания, Матрёна продолжала заботиться о доме и готовить еду. Она верила, что Фёдор изменится и станет лучше.

После очередного жестокого избиения у Матрены начались преждевременные роды. Она кричала от боли и отчаяния, умоляя о помощи. Фёдор, бросив на неё гневный взгляд, вышел из дома и отправился за повитухой.

Приведя повитуху в дом, он с презрением бросил ей:

– Даже выносить и родить не смогла, как нормальная женщина!

С этими словами он резко развернулся и вышел, хлопнув дверью.

Роды длились почти десять часов. Матрена была на грани обморока. Но когда она услышала слабый крик малыша, то улыбнулась, приветствуя его.

– Слабенький, – сказала повитуха, покачав головой.

Обмыв ребёнка, она осторожно положила его в руки матери.

Матрена осторожно прижала крохотное существо к груди. Её измученное лицо осветила нежная улыбка, несмотря на все страдания, которые ей пришлось пережить. Маленький человечек, такой беззащитный и хрупкий, казался чудом в её ослабевших руках.

– Тише, мой хороший, – прошептала она, – мама с тобой.

Повитуха, наблюдая за этой трогательной сценой, покачала головой, но уже не с тревогой, а с материнской заботой. Она знала, что этот ребёнок пришёл в мир в тяжёлое время, но верила, что любовь матери сможет защитить его.

Не дав жене опомниться после родов, Фёдор продолжал унижать её. Силы Матрены были на исходе, он обвинял её в том, что она родила слабого ребёнка.

Обняв сына и прижав его к груди, она горько заплакала. Завернув его в шаль и накинув на себя тулуп, Матрена направилась к матери, чтобы попросить защиты.

Тихо открыв дверь, она вошла в дом. Акулина сидела за столом и смотрела на вошедшую дочь. Матрена без слов бросилась в ноги матери, обнимая её.

– Мама, защити, я больше не могу, – молила она.

Но Акулина не стала слушать дочь и выгнала её из дома, сказав напоследок:

– Матрена, раз уж ты вышла замуж, терпи. Возвращайся к мужу, там твой дом.

Опустив голову, Матрена тихо плакала, проклиная свою судьбу.

В этот момент Матрена поняла, что она совершенно одна в этом жестоком мире. Даже родной матери не было дела до её страданий. С тяжёлым сердцем она вернулась домой к мужу.

Когда Матрёна вошла в дом, она увидела Фёдора, сидящего за столом с розгой в руке.

Побледнев, она поспешила уложить сына на топчан. Но Фёдор, не говоря ни слова, подошёл к ней и начал бить.

Матрёна лежала на деревянном полу, свернувшись калачиком от боли. Фёдор, сплюнув, вышел из дома, громко хлопнув дверью.

После этого случая у Матрёны пропало молоко, и её слабый ребёнок умер через месяц, не успев даже подрасти. Дни тянулись бесконечно, зима сменилась весной, а затем и летом. Прошло девять долгих лет. За это время Матрёна похоронила шестерых детей. Могилы на кладбище были расположены в ряд, и на каждой из них лежал букет полевых цветов.

Матрёна утратила свою жизнерадостность и энергию, которые были ей так свойственны. Она больше не могла быть той весёлой девушкой, которая любила петь.

Время не могло исцелить её раны, а лишь усиливало боль в сердце. Матрёна часто вспоминала о своих потерянных детях и о жестокости мужа, и эти мысли причиняли ей ещё больше страданий.

Несмотря на это, она продолжала работать в поле, собирая урожай. Она пыталась найти радость в простых вещах: в солнечных днях, в соседских детях и в цветах, которые сама сажала на могилах своих детей.

Матрёна, опустив голову, шла по улице села, а за её спиной слышались шепоты и перешёптывания соседей. «Бедный Фёдор, ему досталась бесплодная жена», «На что он только надеется с такой», «Совсем жизнь себе испортил» – эти слова, словно острые стрелы, пронзали её душу. Но она упрямо шла вперёд, стараясь не показать, как ей больно.

Единственным человеком, который понимал и поддерживал её, был брат Иван. Он часто приходил к ней, и старался поднять настроение. «Матрёна, ну зачем тебе такая жизнь? Пойдём к нам, будешь с детьми возиться, помогать нам по хозяйству», – уговаривал он её не раз. Но Матрёна лишь качала головой: «Не хочу быть обузой для вас, у вас своя семья, а у меня… что уж теперь говорить».