Злата Романова – Бывшая жена дракона. Целительница-попаданка (страница 46)

– Ты забыл, что говорил мне совсем недавно? – я вскидываю голову, пытаясь найти в его лице хоть каплю прежнего тепла.

– И что же я говорил? – он выгибает бровь и в глубине зрачков вспыхивает опасный огонек.

– Ты дал понять…

– Забудь, Лу…

– Ты думаешь, что я обхаживаю тебя из выгоды, так?

– Лу…

– Я не писала то письмо, я не предавала. Юс Шафар подстроил все. Заставил…

Кусаю губы, так как прекрасно помню, что Лу сама по глупости якшалась с этим выродком. Как же сложно.

Марко стоит не двигаясь, внимательно слушая меня.

– Шафар вечно крутился возле тебя, – глухо замечает он. – Что за дела у вас были, птичка?

– А ты крутился вокруг той принцессы! – я отметаю условности и просто высказываю все, что разъедает мне душу последние дни. – Катал на лодке, появлялся с ней в свете.

– Это была формальность, – Марко раздраженно морщится, но я все же замечаю тень, скользнувшую по его лицу. – Тогда так надо было.

Он сжимает челюсти, не желая открывать мне всей правды. Я тоже замолкаю, потому что тяжесть лжи вжимает меня в пол. Слишком трудно оправдываться за другого человека.

– Владыка показал мне снимки. Это были снимки из личного архива, не из газет.

Боюсь поднять на Марко взгляд, но слышу, как солдатское ругательство срывается с его губ. Это единственный его комментарий.

Он стоит совсем близко и я непроизвольно упираюсь ему в грудь. Ладонь будто прожигает, но я не успеваю отшатнуться.

Марко расценивает мой жест по-своему. Его рука мгновенно перехватывает мою талию, прижимая меня к себе так крепко, что я чувствую бешеное биение его сердца. Наши тела вдавлены друг в друга и я трепещу, как девчонка.

– Клеймо изменило тебя, – шепчет он мне в ухо, обжигая дыханием. – Ты стала другой.

– Жизнь меняет людей.

– Прежняя Лу не справилась бы с тем, что делаешь ты. Откуда в тебе эта сила? Откуда знания целителя?

Он держит так крепко, что не вырваться.

– Это всегда было во мне, – я дергаюсь, но он усиливает хватку.

Сердце непроизвольно пускается в галоп. Марко – неуправляемый хищник, который может сделать со мной все, что захочет.

– Ты больше не будешь ни в чем нуждаться. Золото, камни, твой родовой дом – только скажи… Все кину к твоим ногам, Лу. Я вложу любые деньги в твою больницу…

Он почти рычит, от его возбужденного тела кружится голова. Боги, “телесная” терапия, как называет ее Марко, и меня зацепила.

– Нет! – накрывает паникой, что теряю контроль.

Но Марко не слушает. Его губы накрывают мои. Это не нежный поцелуй, это заявление на владение, попытка выжечь из моей памяти годы разлуки. Он целует жадно, так, словно хочет передать мне ту боль и ярость, которую не может облечь в слова.

Когда он наконец отстраняется, я едва держусь на ногах. Губы горят и распухли. Облизываюсь и ощущаю привкус крови на языке.

– Мне не нужны твои деньги, Марко, – я выдыхаю и тяжело дышу. – Ты ошибаешься, если думаешь, что меня можно просто перекупить.

Разворачиваюсь и иду к двери, чувствуя на своей спине его тяжелый, звериный взгляд.

– Ты зря надеешься, что уйдешь от меня, Лу, – его голос звучит ровно.

Я не оборачиваюсь. Просто боюсь, что не выдержу и упаду ему в руки, как спелый плод. И тогда прощай, гордость. А я не хочу становиться пешкой в игре владыки, который убедит Марко оставить меня у ноги. Появится новая принцесска, а истинная пусть сидит в Ревансе и рожает.

Быстро прохожу по коридору, до боли растирая губы, которые все еще помнят его вкус. А когда выхожу в холл, слышу из гостиной голоса.

У нас гости?

Следую в гостиную, а там на диване сидит леди Шафар, моя бывшая свекровь – Нэнси мерит ей давление артефактом, сильно напоминающим тонометр из моего мира.

– Зачем ты пустила ее, Нэнси? – гневно восклицаю я.

– Леди упала в обморок у наших дверей, – растерянно произносит экономка.

– От голода, между прочим, – бывшая свекровь вскидывает подбородок.

Глава 53

– Вы голодаете? – не верю ей. – И как вообще тут оказались?

Я возмущена наглостью этой женщины, которая три года носила лицемерную маску. Забавно было смотреть, как Юс играет с марионеткой-женой?

Леди Амалия Шафар поджимает губы. Боги, ей прямая дорога в театр, на трагические роли.

– Имущество сына арестовано. Я осталась на улице, а родня и друзья… Драконы не прощают слабости.

– Возвращайтесь в Драполис, – произношу я и строго смотрю на Нэнси.

– Давление нормальное, миледи, – поспешно произносит она и встает, пряча тонометр в коробку.

– Принеси чай и закуски, – прошу я и иду вслед за экономкой, которая явно перепугалась.

В дверях тихо прошу ее:

– И проследи, чтобы Эль случайно не выскочила сюда. Пусть посидит в комнате.

Нэнси кивает, а я возвращаюсь к леди Шафар, утирающей глаза белоснежным платочком.

– Сколько я просила сына не лезть в политику. И вот его подставили.

– Кто подставил? – спрашиваю холодно и сажусь в кресло.

Следовало бы выдворить леди Шафар из дома, но она может оказаться источником информации. А затем пусть убирается из моей жизни.

– Лу, – она поднимает на меня взгляд, в котором сквозит удивление. – Ты думаешь, я выдам тебе такой серьезный секрет бесплатно?

Надо же, любопытно.

– Леди Шафар, вы, кажется, оторвались от реальности. Преступления вашего сына всплыли, а этот дом заложен Авирам. Генерал сейчас здесь и страшно зол. Как думаете, что он сделает, когда узнает о вашем визите?

В глазах пожилой леди что-то мелькает, но это не страх.

– Генерал Авир убьет старую женщину? Будет пытать? – спрашивает она с горькой иронией. – Если у тебя нет денег, пусть он заплатит мне за информацию.

– Если вы намерены передать лишь свои домыслы и сплетни…

– У меня есть доказательства, – торопливо перебивает леди Шафар. – Я хочу вернуться в содружество, пусть не в Драполис, но в защищенный Стеной город. Тут я не выживу.

Я усмехаюсь, вспомнив, как мне постоянно угрожали Дикими землями. Но интриганы попались в собственные сети.

Леди Шафар расправляет плечи и продолжает:

– Ты, наверное, получила вещи из дома родителей… и вспомнила прошлое? Я действительно не знала о твоей дочери, Лу. Наверное, ты винишь меня в… этом, но напрасно…

Этими словами бывшая свекровь попадает мне прямо в сердце и я одариваю ее злым взглядом исподлобья.

– Видимо, забыли, как уговаривали меня не продавать дом? – шиплю я. – Хотели скрыть улики?

– Лу, – свекровь морщится. – Мне очень жаль, но девочка, скорее всего, умерла. Я щадила тебя, Лу. Не хотела ранить.