Злата Романова – Бывшая жена дракона. Целительница-попаданка (страница 35)

И тут Эль выглядывает из объемной накидки и выдает:

– Я племянница тети Кати.

– Мы все одна большая целительская семья, – подыгрываю я дочке.

Вот же хитрюга какая.

На кухне я застаю Шрауса. Он стоит у стола и подбрасывает в руках яблоко.

– Генерал вызвал меня, – произносит целитель лениво. – Ждем визита владыки.

Я фыркаю. После воспоминаний Лу владыка вызывает у меня острое неприятие. Хотя он, без сомнения, не зло, и не добро. Он бездушная система.

– Генерал не хочет лечиться. Надеюсь, вы вправите ему мозги, целитель Шраус, – замечаю я.

Тот щурится и откладывает яблоко. А Кати с чего-то краснеет.

– Поговорю с ним по-мужски. Генерал Авир не истеричка, он выслушает мои доводы, – Шраус косится на Кати, но взгляд его равнодушен.

– Я ненадолго съезжу в город. До этого в больницу, вероятно, занесут кровати и оборудование. А стены можно просто покрасить.

Шраус кивает.

– Во второй половине дня я начну операции, – сообщает он. – Будьте готовы, Айши.

Целитель выходит, а Нэнси разворачивается к Кати:

– Зря ты на него заглядываешься, девочка. Он тебя разрушит.

Я беру со стола корзинку с приготовленными пирожками. Кати бледнеет и начинает все отрицать:

– Не заглядываюсь я. Просто… уважаю его, как хорошего хирурга.

– Он дракон. Красивый, хищный, жестокий, – Нэнси говорит откровенно и эмоционально. – Вижу я, как ты краснеешь. И он видит. Только поиграет и поломает ведь.

– Вы что-то знаете о Шраусе? – догадываюсь я.

Нэнси раздраженно машет рукой.

– Олаф Шраус не так прост. Герцог он. Бросил свою невесту у алтаря и опозорил. Мой брат рассказывал. К тому же у него полно врагов. Почему его сначала определили в десятый? А? Но кто-то изменил указ и Шраус попал в третий.

– Третий легион выжил, – замечаю я.

– Вооот. Но его-то в третьем не было. Он отправился с корпусом инквизиторов. И никто не знает, что с ним там произошло.

Кати сидит понурившись и не встревает в разговор. Я понимаю ее, она влюбилась в гениального хирурга, но профессионал и человек не всегда одно и то же.

Забрав корзинку, мы с Эль возвращаемся в холл. Я повторяю про себя череду задач. Дать объявление в газету, чтобы набрать персонал. Купить малышке обновки по размеру. Подать заявление на Шафара.

Как же я ненавижу его. Каждый год, прожитый с ним рядом отдается мерзким привкусом.

Завершив все бытовые дела в Сегоне, я в сопровождении Сэма еду к стряпчему. Вместе с девочкой захожу в контору к господину Эйролу и с порога получаю тревожные вести.

Шафар пытался сорвать продажу особняка Айши, но не сумел. Тем не менее из-за его манипуляций дом продался дешевле, чем мы рассчитывали.

– Зато все бумаги и книги, вместе с вашим сундучком, уже в пути, – утешает меня Эйрол.

Боги, только бы сундучок не потерялся.

Но следующая новость тоже неприятная. Эйрол предупреждает, что если я подам на Шафара в местный суд, то должна буду доказать, что именно он поставил фальшивую метку.

– У меня есть медицинское свидетельство, – напоминаю я.

– Но этого недостаточно, миледи. Нужно железное доказательство, что клеймо поставил лорд Шафар. Раньше дело бы решилось за час, но на днях наш король заключил стратегический договор с драконами. Стычка с варварами ударила и по нам, пострадали фермы и угодья на западе.

Беседа конфиденциальная. Сэм остался в коридоре, поскольку я не хотела, чтобы он слушал нас. При всем своем обаянии, он – шпион Авиров.

– Мы все равно можем попытаться осудить лорда Шафара, – стряпчий поправляет очки. – Но я не могу дать гарантий.

– Спасибо, господин Эйрол.

Покинув стряпчего, я передаю Эль Сэму и прошу подождать пять минут у киоска со сладостями. У меня осталось еще несколько объявлений и я надеюсь их раздать.

Женщина за прилавком с улыбкой принимает листы и рассказывает, что у нее есть соседка медсестра, которая как раз ищет вакансию.

– Направлю ее к вам.

Я благодарю и отхожу от киоска. Задумавшись, не сразу замечаю высокого мужчину в потертом пальто, который внезапно преграждает мне дорогу.

– Милая Лу, – тянет Шафар издевательски.

Я делаю шаг назад, но он ловит мое запястье. Не больно. Почти нежно.

– Как ты смеешь, – меня тошнит от омерзения и я вырываю руку. – Следишь за мной?

– Возможно, ты не понимаешь, Лу, но бывших мужей не бывает, – Шафар смеется. – Ты надеешься снова влезть к Авирам, но не выйдет. Я расскажу генералу о тебе всё, дорогая. О твоих манипуляциях, о твоих интригах.Ты ведь вернула память, да?

Я скашиваю взгляд на Сэма. Тот отступил в тень деревьев, потому что Эль потянулась к разноцветным воздушным шарикам. Они стоят спиной ко мне и не видят мерзавца Шафара.

– Что скажешь, Лу? Думала меня обыграть? Ты моя, жена, и точка.

Боги, мне надо срочно отделаться от него, пока Сэм не показался с девочкой на руках.

Глава 40

В двадцати метрах от нас Сэм что-то увлеченно объясняет Эль, указывая на связку ярких шаров. Если Шафар обернется... если он увидит ее...

Пора сыграть спектакль специально для бывшего мужа.

– Бывших мужей не бывает, Юс? – я вскидываю подбородок и смотрю ему прямо в глаза, стараясь перевести всё его внимание на себя. – А ты и не муж. Мы не спали.

Мне плевать, что он кувыркался с маркизой Апье. В первую очередь он – монстр, погубивший Лу. Он обесценивал меня и держал за дуру, называя старой девой и мышью, когда у меня была дочь.

– Это можно исправить, Лу. Ты ведь хотела, я знаю, – он кривовато улыбается.

– Да кто ты рядом с генералом Авиром? Клоп, – я тыкаю в него пальцем. – Приблизишься ко мне, и он тебя раздавит, как мерзкое насекомое.

Я не сомневаюсь, что Авир, когда придет в себя, доберется до Шафара. Как бы ни злился на меня.

– Ты глухая, Лу? Или тупая? – Шафар, не ожидавший прямого нападения, теряет контроль. – Ты очень сильно провинилась перед Авирами. Если он узнает, что ты его ребенка выкинула на улицу, представляешь, что будет?

Шафар произносит эти слова так просто, с усмешкой, а у меня в груди пылает от всей этой несправедливости, от мерзости.

– Я не выкидывала. Ты украл мое дитя, а меня пометил, как скот, – шиплю я.

– Нет, нет, все было иначе, – он изображает задумчивость, как будто пытается вспомнить. – Ты уничтожила метку, написала письмо, отказалась от генерала и его ребенка. А я тебя принял опозоренную. И сейчас приму.

От бессильного гнева начинает болеть голова, но, главное, что Сэм отвлекся, и они с Эль отошли еще дальше. Малышка выбирает шарики и смеется.

– Ты не протолкнешь эту ложь.

– Ты всегда была курицей. Боги. Какая идиотка. Моя мать ведь просила не продавать дом Айши. И куда ты сейчас пойдешь? Дом в Ревансе заложен генералу и он тебя оттуда вышибет пинком.

– Идиот – ты, Шафар, – я складываю руки на груди и специально отвлекаю его оскорблениями, чтобы не смотрел в сторону Сэма и Эль.

– Расхрабрилась как, – Юс посмеивается и хватает меня лапищей за подбородок.

Я отшатываюсь, но продолжаю смотреть ему в глаза и расплываюсь в ехидной улыбке: