Злата Косолапова – Под тенью мира. Книга 1 (страница 9)

Я уже почти прошмыгнула к классу вслед за Кристиной, как вдруг одобрительный свист сменился на омерзительные возгласы. Меня так и затрясло от обиды.

– Эй, мышь! – крикнул мне вслед Буч.

Я замерла, ощущая, как сердце проваливается куда-то на дно желудка, затем медленно повернулась к нему, глядя со всей возможной для меня неприязнью. С тех лет, что мы были детьми, Буч изменился, пожалуй, больше чем все остальные мальчики в Убежище. К моему сожалению, природа отчего-то решила наделить его излишней харизмой и сделала уж слишком симпатичным для такого козла, каким он являлся.

Я сложила руки на груди и уставилась на Буча. Он раскованно и самодовольно опирался на шершавую бетонную стену, подняв одну ногу к стене и сложив руки на груди. Его тёмные волосы были подняты и уложены в высокую аккуратную причёску, которая ему очень шла. У Буча была смуглая кожа, узкое лицо с острыми скулами, тонкие красивые губы и специфические брови, приподнятые вверх и придающие ему самодовольный и высокомерный вид. Но кем он был было сразу видно по его ярко-зелёным глазам в обрамлении длинных девчачьих ресниц.

Пол Хэннон стоял от меня дальше всех. Он слабо улыбался, глядя куда-то в стену, и щурил свои черные глаза, будто бы стараясь не обращать внимания на то, что происходит. Я, честно говоря, даже не знала, почему остановилась, мне нужно было молча пройти мимо, но отчего-то в очередной раз захотелось сказать Бучу всё, что я о нём думаю.

– Карликовая, – давясь смехом, поддакнул Уолли.

Буч и я одновременно посмотрели на громилу Уолли, чьи широкие плечи содрогались от смеха, а уродливое лицо с поросячьими глазками и широким ртом тут же скорчило неясную гримасу.

– Заткнись, Уолли. Сейчас я говорю, – беззлобно огрызнулся в его сторону Буч.

Уолли сразу обижено и зло потупил взгляд, уставившись куда-то в пол, Буч же снова посмотрел на меня.

– Ну, что, Смит, – хохотнул он, – собираешься после экзамена пол драить, по которому я хожу? Вряд ли у тебя мозгов на большее хватит.

Я покачала головой, стараясь успокоиться. Надо просто взять и уйти.

– На себя посмотри, Делория, – едко высказала я, – тебе мозгов даже на подобное не хватит.

Довольная собой я резко развернулась и пошла к классу, не обращая внимания на колкие фразочки Буча, пущенные мне вслед. Я бы так и отправилась на экзамен со спокойной душой, если бы не обернулась в последний момент и не увидела, как из-за угла выходит Амата. Она была какой-то задумчивой и сразу растерялась, увидев Делорию и остальную банду перед собой.

Парни одобрительно загудели, когда Амата попыталась пройти мимо, а Буч схватил её за запястье, резко развернув к себе.

– Эй, Альмодовар, постой-ка! – растягивая слова, произнёс Буч, прикрыв глаза. – Не хочешь ли с нами поговорить перед экзаменом?

– Оставь меня в покое, Делория, – зло прошипела Амата, сверкая глазами. Она попыталась вырвать руку из его хватки, но у неё это получилось только потому, что Буч сам её отпустил.

– Да ладно тебе. Посмотри, какие крутые парни рядом с тобой, – сказал Буч, чуть склонив голову в бок. Амата с отвращением скривила рот.

– Ты идиот, Буч. И вся твоя банда – такие же идиоты, как и ты.

Я почувствовала, как атмосфера накалилась. На одном дыхании, я развернулась и пошла в обратную сторону, сжав руки в кулаки. Видимо, без печальных последствий этот день не пройдёт.

– Отвали от неё, Буч, – резко сказала я.

Амата с удивленной благодарностью посмотрела на меня. Её лицо при свете ламп выглядело совсем бледным. Уже порядком злой Буч повернулся ко мне, и я едва не отшатнулась, такой холодной яростью было искажено его лицо. Делория сжал губы в тонкую линию и медленно прищурил изумрудные глаза, посмотрев на меня.

Амата тут же стала выглядеть какой-то пришибленной, её красивое лицо побледнело ещё больше, а в глазах заблестел страх. Но мне-то уже терять было нечего – с Бучем я всю жизнь была на ножах, и если мы сейчас подерёмся, то в этом ничего страшного не будет, помимо парочки выбитых зубов. У меня.

– А ты что развопилась, мелочь поганая? – очень тихо и медленно выговорил Буч, лёд в его голосе буквально резал до костей.

Я постаралась проглотить ком в горле и перестать нервничать, хотя руки предательски вспотели, а сердце так и рвалось из груди.

– Что слышал. Отвали от Аматы, – как-то тихо ответила я.

Уолли и Пол Хэннон молча замерли возле моей подруги, наблюдая за происходящим.

Амата выглядела совсем испуганной. Ну, ещё бы – такая крохотная я и здоровенный Буч – угадай, кто кому накостыляет по первое число.

– А ты ей, кто? Персональный телохранитель? – выдохнул он.

– Если…если тронешь её, я всё расскажу Смотрителю, и тебе достанется по первое число, – быстро сообразила я.

Буча это не особо впечатлило, а вот его сокомандники явно напряглись. Амата вздрогнула и прикусила губу, глядя то на меня, то на Буча. Тот ещё пару секунд смотрел на меня, а затем сжал кулак и сделал шаг по направлению ко мне. Я же наоборот отступила дальше от него, попрощавшись с зубами.

– Ну, всё, Смит. Теперь мой кулак точно подправит тебе лицо, – словно бы выплюнул Буч, угрожающе надвигаясь на меня.

Амата дёрнулась было, чтобы подбежать ко мне, но Уолли с гадкой ухмылкой схватил её за руки, не давая двинуться с места. Я же пятилась от Буча до тех пор, пока не упёрлась спиной в стену. Увидев моё испуганное лицо, Буч чуть опустил кулак, словно решая, стоит ли мне врезать или нет. В эту секунду передо мной словно всё перевернулось, сердце стучало в рёбра с такой силой, что могло бы сломать их. Я смотрела в зелёные глаза Буча, мерцающие злобой, и разом испытывала все те оттенки страха, что не испытывала за всю жизнь.

– У вас всё в порядке? – раздался спокойный голос откуда-то справа.

Я почувствовала, как мои ноги стали ватными и только каким-то чудом держат меня. Из класса вышел озадаченный мистер Броч, и я заметила его подозрительный взгляд, обращённый на Буча. Должно быть, картина перед его глазами разворачивалась весьма странная. Пол Хэннон замер у угла с лицом, на котором была написана то ли жалость, то ли раздражение. Уолли мгновенно отпустил Амату и отвалил к дальней стене с таким видом, будто он вообще тут мимо проходил. Амата, бледная и испуганная, пристально смотрела то на учителя, то на меня. А я…я прижалась к стене и вцепилась в металлический прутик, тянувшейся по ней от пола до самого потолка.

Моё бледное лицо, уже залитое слезами, было обращено к Бучу, который нависал надо мной как коршун над мышкой с таким взглядом, будто бы он действительно собирался меня убить.

Мистер Броч сложил руки на груди, рассматривая зрелище перед собой. Наконец Буч что-то зло прошипел мне и направился в класс мимо учителя, даже не поздоровавшись с ним. Уолли пихнул в плечо Пола Хэннона-младшего и они вместе направились за мистером Брочем. Секунды будто застыли, растянулись как жевательная резинка, налипшая на пальцах. Мы остались с Аматой вдвоём. Она всё ещё стояла там, где её держал Уолли, а я там, где меня чуть не прибил к стене Буч. Представляю, как мы выглядели со стороны – две белые, как полотно, испуганные и потерянные. Сердце стучало где-то в пятках, я хотела что-то сказать, но в горле пересохло, и слова словно застряли на онемевшем языке. Амата глубоко вздохнула, коротко улыбнулась, затем подбежала ко мне и стиснула в объятиях.

– Спасибо тебе, Кайли! Буч просто придурок! Не могу понять, из-за чего они ко мне цепляются. Может быть, потому что мой отец Смотритель, – затараторила Амата.

Я проглотила ком в горле и, наконец, обрела дар речи. Воздух ударом вернулся в легкие, и я почувствовала, что несколько мгновений вообще не могла дышать.

После всего произошедшего мы поспешили в класс.

Я зашла в полутёмный большой класс, где металлические парты с выцарапанными на них надписями и рисунками стояли в два ряда. Это были очень удобные парты, на которых крепились настольные лампы, а в столешницах были встроены маленькие компьютеры. Сами парты соединялись с низкими стульями. Класс был рассчитан на девять человек, в самой середине классной комнаты стоял маленький стол, поддерживающий старый жужжащий проектор, который был направлен на экран, заменявший доску. Сейчас проектор был выключен, и на его серых металлических решёточках плотным слоем лежала пыль. В углу помещения можно было разглядеть стол мистера Броча с книгами, листами бумаги, канцелярскими предметами и большой настольной лампой. За столом мистера Броча красовался, прикрепленный к стене флаг США – пыльный, но выглаженный. В другом углу класса стоял низкий стол с заляпанным химическим оборудованием.

Как только я зашла в класс, то почти сразу же наткнулась на мистера Броча, нашего учителя.

Мистер Броч был симпатичным темнокожим мужчиной средних лет, не имеющий ни жены, ни детей.

– Волнуешься, Кайли? – обратился ко мне мистер Броч, отвлекая меня от рассеянного разглядывания класса.

Я судорожно вздохнула, всё ещё не отойдя от стычки с Бучем. В любом случае, после произошедшего, волнение из-за экзамена показалось мне чем-то очень маленьким и неважным.

– Ага, – неуверенно произнесла я.

Мистер Броч почесал затылок с отстранённым видом, затем хлопнул меня по плечу.

– Не переживай. – Улыбнулся он. – Этот экзамен может дать возможность получить хорошую профессию.