Злата Иволга – Змеиное гнездо. Безумный маг (страница 83)

– Сядь, Лоренцо, – сухим злым тоном приказал Мишель Валабрег, направляя пистолет прямо на короля. – За этот стол. А вы, молодой человек, – продолжил он, не глядя на Марио, – можете покинуть комнаты. У нас с его величеством будет личный разговор. Я не желаю случайных жертв.

– Благодарю за разрешение, но я останусь. – Марио уже пришел в себя и понял, что его очередной план провалился. Если сегодня вечером герцог Леонардо и умрет, то не от его заклинания. Но позволить Фельскому Мельнику расправиться с королем тусарский граф не мог. В конце концов, сам он не отрекался от своей присяги и родины, обстоятельства вынудили его покинуть Тусар и искать дом в другом месте. К тому же если Лоренцо умрет, престол займет кронпринц Донато, женатый на принцессе из Арыканов, и прислушивающийся к своему дядюшке Леонардо. И тогда Марио точно не будет покоя.

– Какая глупая самоотверженность, – холодно усмехнулся Мишель Валабрег. – Но кто я такой, чтобы мешать проявить ее? Прошу вас, милорд, присаживайтесь рядом с его величеством.

Марио невозмутимо опустился на стул, заметив брошенный на него искоса удивленный взгляд короля Лоренцо. Палач из Феля, не опуская пистолет, сел за другой конец стола и резким движением подвинул его так, чтобы король и Марио оказались прижатыми к стене. Лоренцо оказался совсем обездвижен и на прицеле. Руки Марио были свободны, но они понадобятся ему позже. Фельский Мельник, при всех своих талантах, не учел одно обстоятельство – он никак не мог ожидать встретить мага в апартаментах кузена короля. Теперь осталось только выбрать подходящее заклинание и сплести его за то время, пока будет идти так называемый «личный разговор». Главное, все хорошо обдумать и учесть, что любой неверный шаг будет стоить королю жизни.

С такого расстояния по неподвижной цели не сможет промахнуться даже слепой. Мишель усмехнулся и отметил, что Лоренцо совершенно не выказывает страха или волнения. Как и молодой дворянин, возжелавший умереть вместе со своим королем. Впрочем, он мог понять, что его и не собирались отпускать.

Проникнуть в знакомый по детским воспоминаниям королевский дворец оказалось просто. Мишель ожидал больших трудностей. У ворот, куда прибывали гонцы с доставкой почты, его не задержали. И только у входа во дворец приказали сдать оружие, что Мишель и сделал, совершенно честно и открыто. Добравшись до стражи у крыла, где располагались апартаменты так называемого «молодого двора», он передал пакет с письмом и бумагами для принцессы Нихан и получил в ответ заверение, что все будет доставлено в комнаты ее высочества, которая отбыла в Суриду на похороны отца и сестры.

Избавившись от необходимости изображать гонца, Мишель направился в прачечную для слуг. Там он отыскал ливрею слуги королевского крыла, накинул ее на себя, обеспечив себе безопасный проход по всем жилым помещениям. Потом вернулся, прошел по другому коридору и тихо оглушил одинокого гвардейца, подходящего для его целей. Завладев пистолетом и ножом, Мишель спрятал бесчувственное тело в первой попавшейся нише и спокойным шагом, минуя охрану, направился к комнатам короля. Не дойдя до цели, Мишель заметил, как тот, кто ему нужен, заходит в одну из дверей, и, недолго думая, направился вслед за ним.

– Итак, дорогой брат, я пришел не для того, чтобы узнать о твоем здоровье. Я хочу, чтобы ты вспомнил нашего брата Ренато и мою мать, королеву Жанну.

На лице Лоренцо промелькнуло что-то похожее на обреченность, а молодой дворянин подал голос:

– Вы пришли отомстить за ее убийство? Как я сразу не догадался.

– Молчать, – приказал Мишель. Неужели весь дворец знает, как умерла его мать? Он шевельнул рукой с пистолетом, удобно лежащей на столе. – Я разговариваю с моим братом. Вы не приняли мое предложение, поэтому сидите тихо.

Аристократ пожал плечами.

– Мой отец умер. Кому ты собираешься мстить? – отстраненным тоном, без всякого интереса, произнес Лоренцо.

Мишель рассмеялся.

– Как ты предсказуем. Убийца Ренато и тот был смелее тебя. Он признался почти сразу.

– О чем ты говоришь? Ренато погиб, упав с лошади, и ничья вина не была доказана.

– Ренато отравили, – возразил Мишель, – а моя мать, как я считал, умерла с горя, не выдержав вечной разлуки с младшим сыном. Я покарал его убийцу, но он оказался не единственным, кто избежал справедливости. – Мишель помолчал, внимательно глядя на Лоренцо. Но тот, встретив его взгляд, упрямо покачал головой.

– Ты совершаешь ошибку.

– Ты стоял рядом со своим негодяем-отцом, когда он убил ее, и не сделал ничего, чтобы помешать этому. Она ведь молила о помощи?

– Она кричала на отца и угрожала, – произнес Лоренцо с тяжким вздохом. – И он отвечал ей тем же. Они стоили друг друга, твоя мать-королева и мой отец-король. А потом она ударила его по щеке. Он схватил ее за руку, вытащил нож и вонзил ей в сердце прежде, чем я смог понять, что происходит.

Да, все, как написано в тех бумагах, только изложено сухо и сжато. А чего он ожидал? Что Лоренцо примется рыдать и просить прощения? Это не барон Зингер, с его дрожащим голосом и потной лысиной.

– Ты стоял рядом и смотрел, – кивнул Мишель. – Скажи, Лоренцо, а тебе было не противно?

Пауза и недоумевающий взгляд.

– Осознавать, что отец стал частым гостем в постели твоей собственной жены? Ложиться с ней после всего этого и пытаться зачать детей? Признать своим сыном незаконнорожденного брата, наконец? И переживать каждый раз все заново, смотря в его лицо? Ты всю жизнь жил в грязи, вместе с твоей блестящей и порочной до мозга и костей семейкой Пескаторе. И еще смеешь судить о том, чего стоила моя мать?

– Тебе же не было противно сидеть на привязи у герцога Анри и выполнять его приказы? Копаться в чужом грязном белье? Собственноручно подвешивать людей на крюках и вырывать им ногти? Убивать их в собственных постелях, а потом смотреть в глаза их детям? Или чем ты еще занимался у себя в Феле? Сажал цветы и выращивал кроликов?

Да, с Лоренцо справиться непросто. Бьет оружием противника. Мишель почувствовал горечь в горле. Он действительно служил цепным псом у герцога Анри и освободился только с его смертью. Однако никакая правота не отменяет вины Лоренцо.

– Герцог Жорж отнял мои титулы и земли и отдал их моему кузену. Моя жена давно умерла. Поэтому терять мне нечего, осталось только карать. – Он помолчал, наблюдая, как на лице Лоренцо проступает бледность. – Армандо застал мою мать за написанием письма. Кому она писала?

– Его ты уже не покараешь, он давно мертв, – с издевкой ответил бледный Лоренцо. – Своему любовнику, придворному магу Илеханда Стефану Леманну. Жанна вовсе не была невинной жертвой злого короля, какой ты ее, вероятно, увидел в своих мыслях. Она успешно манипулировала многими мужчинами, и, узнав, что Донато на самом деле сын моего отца, решила поделиться с некоторыми из них новостями.

Мишель почувствовал, как в нем закипает гнев и с трудом обуздал его. Лоренцо не выйдет из этих комнат живым, поэтому нет смысла тратить на него свою ярость.

– Что произошло потом?

– Отец выждал время, – с деланным равнодушием сказал Лоренцо. – А затем позвал слуг и сказал, что королева умерла от припадка. Это никого не удивило, потому что после смерти Ренато она была сама не своя. А нож отец вытащил из ее тела много позже. Мы не знали, что в комнате был посторонний человек.

Все верно. Бумаги, которые Мишель изъял у суридского гонца, должен был кто-то написать. И этот кто-то, наверное, заставил Лоренцо нервничать и бояться. Взгляд Мишеля лениво переместился на сидящего неподвижно молодого аристократа. Шантажист собирался требовать от короля еще денег или пришел за чем-то более серьезным? И остался только потому, что увидел и в нем, Мишеле, очередную подходящую наживу для своих дел? Впору было рассмеяться в лицо этой парочке негодяев, прижатой тяжелым столом к стене.

– Всегда смотрите вокруг себя, а особенно за спину, – медленно проговорил Мишель искаженную цитату из Первой Истины. Признание было получено, и он почувствовал непреодолимую душевную усталость.

Марио справился с плетением заклинания и, слушая разговор Мишеля Валабрега и короля Лоренцо, невольно вспоминал картины далекого прошлого. Вот он, мальчик десяти лет, шагает по темному ходу, всматриваясь в пятно света впереди. Вот он выглядывает из-за занавески, слышит голоса и понимает, что попал в комнаты королевы. Вот он испуганно вжимается в стену, когда мужчина и женщина начинают кричать друг на друга. Смысл услышанного с большим трудом доходит до него. Пройдет несколько лет, прежде чем он поймет, о чем именно говорили в тот вечер. Мужчина, король Армандо, притрагивается к своей горящей от пощечины щеки, потом хватает женщину за руку. Миг – и королева Жанна оседает на пол, держась за рукоятку ножа, торчащего у нее из груди. Молодой принц с бледным лицом трогает короля за рукав, но тот отмахивается, берет с письменного стола листок бумаги, вчитывается в него, затем рвет и прячет в своей одежде.

– Неизвестно, кому она еще успела написать, – слышит Марио его голос. – Мы должны быть осторожны.

Затем король позвал стражу, и напуганный мальчик убежал.

– Король Тусара Лоренцо из рода Пескаторе, – заговорил между тем Мишель Валабрег. – Ты признался в соучастии в убийстве королевы Жанны. Не твоя рука нанесла роковой удар беззащитной женщине, однако ты виновен не меньше своего отца. Именно твое слабоволие и попустительство отвратительному поведению отца послужили причиной смерти королевы Жанны.