Злата Иволга – Змеиное гнездо. Безумный маг (страница 68)

– Ферранте, ну что вам стоит, он мне уже всю плешь проел за сегодняшнее утро, – всплеснул руками хозяин «Доброй свинки». – Заберите его, а?

– Перед тем, как отправиться в столицу с вестями для нашего короля я должен привести себя в надлежащий вид, – качнул головой маг. – И появление при дворе с подозрительным пьяницей не входит в мои планы.

– Да я… – икнул гонец. – Да я трезв!

– Я вижу, – брезгливо ответил маг. – Прошу меня извинить. Желаю хорошего дня, – коротко кивнул он в сторону хозяина и пошел к двери. Мишель про себя отметил его тонкий профиль и величественную осанку. И этот тоже собирался в тусарскую столицу во дворец. Странное совпадение.

– Сволочь высокомерная, – заныл суридский гонец, когда маг вышел. – В вашем заведении все такие?

– Нет, есть еще хуже, – огрызнулся в ответ хозяин. – Но этот появляется редко, и не советую к нему лишний раз привязываться. – Он шумно выдохнул через нижнюю губу. – Сегодня какой-то бешеный день. Все как с цепи сорвались.

– Овес моему коню так и не заменили! Вы издеваетесь что ли?

– Сию минуту, – отозвался хозяин. – Сейчас разберемся. Где этот проклятый лентяй, закусай его духи?..

Суридский гонец вернулся за столик к Мишелю и печально налил себе еще вина.

– Я пропал, – заявил он, качая головой, и в два глотка осушил стакан.

Через час Мишель принес своего нового знакомого, уверявшего его в своей вечной благодарности, в свою комнату и бросил на кровать. Выждав пару минут и убедившись, что суридец спит мертвецки пьяным сном, Мишель быстро обыскал его и вытащил из поясной сумки лист бумаги с печатью суридского королевского дома, мешок с деньгами и какой-то пакет. Деньги он оставил на месте, письмо принцессы Джайлан к сестре повертел в руках, внимательно рассмотрел печать и отложил. Потом сел на кровать рядом с храпящим гонцом и принялся распаковывать пакет. На колени ему упали исписанные мелким почерком по-тусарски листы бумаги.

Первая Башня, герцогство Высокогорье, Илеханд

Леонардо повернулся на скрип двери и еле сдержал изумленное восклицание, увидев Элфриду. Лицо этой прекрасной женщины выдавало крайнюю усталость, под глазами залегли темные тени, а сквозь тонкую кожу просматривалась не просто бледность, а даже синева. Подол ее светлого, цвета неба в разгар сезона Пчелы, платья был испачкан грязью.

– Не беспокойтесь, – остановила она кинувшегося к ней Леонардо. – Мне поможет только полноценный отдых.

Но приняла протянутую руку, дошла до кресла и с явным облегчением опустилась в него. Леонардо, злясь на себя, с неохотой отпустил прохладную ладонь, подвинул себе кресло, сел и с волнением вопросительно заглянул в уставшие темные глаза. Элфрида приподняла уголки губ.

– Ваш сын жив, хотя и не совсем здоров, – кивнула она. – Я его видела.

Леонардо даже не подумал спрашивать о том, как ей это удалось. Он испытывал ни с чем несравнимое облегчение и такую искреннюю радость, которые последний раз посещали его, когда восемнадцать лет назад лекарь торжественно объявил ему, что Албертина благополучно родила мальчика. Лючано жив, а все остальное не важно.

– Где он?

– Я заметила его на подъезде к замку князя Йенса. Его вез на лошади кавалер Ридель. – На лбу Элфриды появилась задумчивая морщинка.

– И кто это? – с интересом спросил Леонардо.

– Есть такой человек, – в голосе уставшей, но не ставшей от этого меньше прекрасной женщины, прозвучала откровенная досада. – Не представляю, как ему это удалось. Ничего его не берет, ни река, ни болота, ни волки.

– Надеюсь, Лючано в безопасности?

– Да. Полагаю, что кавалер Ридель случайно встретил его на дороге и решил помочь. В замке ваш сын наберется сил, и вы сможете забрать его.

Леонардо внимательно посмотрел на Элфриду и улыбнулся.

– Если Лючано путешествует с человеком, который, по вашим словам, настолько неуязвим, то я спокоен за сына, – сказал он, и теперь досада проступила и на лице Магистра.

Она пару секунд укоризненно смотрела на него, а потом откинулась на спинку кресла и рассмеялась своим звонким смехом.

– Не могу поверить, что вы дразните меня, ваша светлость.

Леонардо и сам не мог понять, почему его потянуло шутить над Элфридой. Он никогда не был расположен к неуместному веселью, особенно с женщинами. Но она выглядела такой уставшей и хрупкой в этом большом глубоком кресле, что ему захотелось приободрить ее. В конце концов, он многим ей обязан. Странно, Леонардо не чувствовал раздражения, как было в тех редких случаях, когда он бывал перед кем-то в долгу. Нет, эта женщина непостижимая загадка! Она на всех так действует, или это только он под старости лет оказался таким болваном? Леонардо представил себе полную Башню томно вздыхающих по своему Магистру мужчин-магов, и чуть не рассмеялся.

– Может, воды? – спросил Леонардо, чтобы скрыть неловкость.

Элфрида покачала головой.

– Мне надо поспать. Однако перед тем, как я уйду, у меня будет к вам небольшая просьба.

– Все, что угодно, – ответил Леонардо и только потом понял, что он сказал. С обещаниями, а особенно такими, следует быть очень осторожным.

– В дипломатическом багаже, который должен быть в вашем замке, есть одна вещь. Это круглая шкатулка. На вид она выполнена из камня, но достаточно легкая. – Элфрида замолчала.

– Я проверю. Она нужна вам? – спросил Леонардо, вспомнив, что упомянутый багаж может быть только вещами графа Марио Риччи. Неужели этот подлец и фигляр и с Башнями успел чего-то не поделить?

– Да, – медленно кивнула Элфрида. – Будет прекрасно, если она окажется на месте. И передать ее лучше так, чтобы никто ничего не узнал. Из-за нее уже погибло несколько людей. Этим вы окажете неоценимую услугу не только нашим странам, но, возможно, и целому миру.

– Нет более неоценимой услуги, чем та, которую вы оказали мне. – Леонардо встал с кресла, взял ее тонкую белую руку в свою и поцеловал. Когда он отпустил ее, ему все еще казалось, что он чувствует биение пульса под тонкой кожей на ее теплом запястье и легкий аромат ее духов. Взгляд Элфриды скользнули по его лицу, задержался на миг и опустился.

– Вы покинете Башню прежде, чем я проснусь. Надо назначить вам мага, – сказала она.

– Да. Я намерен послать этот ходячий желтый кошмар в Синие Камни с распоряжением найти шкатулку и в случае удачи немедленно передать ее вам. – Леонардо сел в кресло. – А после пусть отправляется в свою Четвертую Башню и заберет оттуда мою жену.

– Вы не боитесь его замучить? – чуть улыбнулась Элфрида. – Столько порталов за небольшое время.

– Я слышал, что боевые маги очень выносливы, – отозвался Леонардо. – А этот выглядит довольно крепким. – И он улыбнулся в ответ. – И, конечно же, я вышлю вам деньги за вексель, как только доберусь до столицы.

– Ах, деньги это такая мелочь, – сверкнула белоснежными ровными зубками Элфрида. – Кстати, надеюсь, Джулио скоро отпустят. Думаю, он сильно переживает свое заключение. С ним поступили на редкость несправедливо.

Леонардо с трудом оторвал взгляд от ее губ и вздохнул.

Особняк герцогини Оттилии, столица, Илеханд

Герцогиня Оттилия рассеянно перебирала драгоценности в большой шкатулке. Роскошный мех сполз на левый бок, но она этого не заметила. Она даже не предложила Конраду свой неизменный чай. Похоже, всерьез задумалась.

– Сделать Иоганну и вашу дочь наследницами Жабьего Пруда? – пробормотала она. – Для меня это несколько неожиданно. Я пока вообще не задумывалась о наследниках.

– Никто из нас не вечен, – наставительно произнес Конрад и только великолепное воспитание помешало ему прибавить: «В вашем возрасте особенно пора подумать о душе». К тому же, будущему почтенному отцу не пристало так общаться со старыми людьми.

Оттилия подцепила скрюченным пальцем нитку бус из крупного жемчуга и пожевала губами.

– Вы все сказали верно, дорогой. Морская Длань не столько герцогство, сколько организация, которой нужен сильный главнокомандующий. Но я никак не могу понять, почему вы не желаете им стать. Зигфрид не сможет оспорить ваши права.

– Дело в том, герцогиня. – Конрад улыбнулся ей, – что я выбрал свой путь. И это не герцог, и не Хозяин Морской Длани. Я намерен просить посвящения в почтенные отцы Хора. Я почти умер, но чудом выжил, а, значит, Бог сохранил мне жизнь для чего-то особенного. И теперь я уверен, что понял, для чего. С Зигфридом я обо все договорился.

Об исчезновении, а тем более, похищении брата сумасшедшим магом Оттилии знать преждевременно. Неизвестно, что она придумает в связи с этим событием. Хватит ее выступления на прошлом Большом дворянском собрании. Конечно, Вильгельмина собирается перевернуть всю страну в поисках Зигфрида, и Оттилия все равно узнает, скорее рано, чем поздно. Но хотя бы пару дней герцогине лучше пожить спокойно. И для души полезно.

– Вот как. – На ее лице не было особого изумления. – Что ж – это ваше решение и право. Хотя не скажу, что понимаю его. Полагаю, Иоганне вы сообщите все сами?

– Я поговорю с ней, как только вы обдумаете мое предложение и дадите ответ, – сказал Конрад.

Он полагал, что Оттилию не придется долго упрашивать. Ее согласие устраняло никому не нужный казус, который мог возникнуть в случае, если бы маленькая Гертруда продолжала считаться наследницей Морской Длани.

– О, эти сестры, – взмахнула сухенькой ручкой Оттилия. – Неизвестно, откуда они вообще взялись и имеют ли отношение к династии. В любом случае, их статус должна будет подтвердить Вильгельмина. – Она взяла из шкатулки большую рубиновую брошь и сжала ее в ладони. – Никогда не думала, что Жабий Пруд унаследует потомство моей глупой Катарины. После того, как я узнала, что она позволила себя обольстить этому ничтожному лейб-лекарю, я за всю жизнь с ней и парой слов не перемолвилась. А тот только и рад был – сестра принца-консорта для него, словно звезда, упавшая с неба. И бароном он стал, благодаря Катарине.