Злата Иволга – Змеиное гнездо. Безумный маг (страница 35)

Безвременная кончина королевы и связанная с этим темная история заставила Рудольфа искать нового человека, которому могли бы быть полезны его таланты. Кто же знал, что в этом человеке, в свои тридцать пять лет, он найдет не только партнера, но и любовь, о существовании которой давно забыл. Ингрид и не предполагала, насколько ее новоиспеченный жених был к ней привязан, как его тянуло к ней, как каждый раз, просто находясь рядом, он хотел дотронуться до нее, прижать к себе и, если обстановка не позволяет большего, просто зацеловать до изнеможения. Он до боли остро осознал, насколько ему нужна эта женщина, увидев ее с пистолетом в руках. Делая Ингрид предложение, он не ждал много, а готов был услышать лишь разумный ответ и удовлетвориться тем, что она попросит его подождать. Ее быстрое согласие и неожиданно счастливые сияющие голубые глаза заставили Рудольфа поверить, что его чувства взаимны. Понимание насколько, пришло после безумной волшебной ночи, похожей на наважденье. Утром ему понадобились поистине чудовищные усилия, чтобы покинуть столицу и Ингрид. И теперь он обязан вернуться.

Где-то близко послышался волчий вой. Конь фыркнул, мотнул головой и резко остановился, ловя бархатистыми ноздрями недоступные человеку запахи. Рудольф удивленно нахмурился: вой был слишком правдоподобен, не похож на человеческое подражание, да и поведение коня это подтверждало. Но с чего стае охотиться среди бела дня в дубраве? Впрочем, он не столь искушенный охотник, чтобы хорошо разбираться в повадках серых хищников. Оставалось надеяться, что им не придет в голову нападать на человека, вряд ли они тут настолько оголодали, мелкой дичи в траве бегало предостаточно.

Рудольф послал беспокойно косящего коня вперед. Тот прошел несколько шагов и снова встал, как вкопанный. Вечерние облака скрыли солнце, порыв ветра заставил листву тревожно перешептываться. Рудольф невольно поежился и выругался. Каурый всхрапнул и попятился, мотая головой. Ридель сжал бока и натянул поводья, подчиняя испуганного коня. На дорогу перед ними вышел большой волк и остановился, глядя на всадника желтыми глазами.

Пару мгновений зверь и человек смотрели друг на друга, и Рудольфа посетила мысль, что волк его отвлекает. Он где-то слышал, что стая так охотится: один хищник показывается перед жертвой, а в это время сбоку нападают его собратья. Проверять теорию у Риделя не было никакого желания. Он развернул коня и отпустил поводья. Перепуганный каурый рванул с места в карьер, да так, что Рудольфу стоило немалого труда удержаться в седле. Через несколько минут бешеной скачки, он оглянулся и, не обнаружив преследования, слегка придержал коня.

Сердце колотилось. Рудольф никак не мог отделаться от мысли, что с этим волком что-то не так. В голову лезли полузабытые детские сказки про мыслящих, словно люди, зверей и недобрых духов, проникших в мир живых, и принявших чужое обличье. Рудольф витиевато выругался, остановил коня и принялся заряжать пистолеты.

Справа снова послышался вой. Ему ответили где-то далеко впереди и не так далеко позади. Конь шарахнулся и затанцевал, едва удерживаемый твердой рукой всадника. Похоже, проклятые звери его окружили. Этого не могло быть, но это было. Рудольф помнил, что недавно проезжал боковую тропу, спускающуюся к Эйне. Может там была пристань или рыбацкая деревушка. В любом случае, видимо, это единственный путь, который ему остался. Интересно, волки хорошо плавают?

Дорожка круто сбегала к реке, и через несколько минут, Рудольф увидел, что она переходит в широкий канатный мост, высоко подвешенный над Эйной. На том берегу вздымалась невесть откуда взявшаяся в этих краях серая скала, к которой и крепилось сооружение, очевидно не мешая местному судоходству. Мост выглядел обветшалым и не внушал доверия. В других обстоятельствах Ридель ни за что бы на него не сунулся, а конь тем более. Но выбирать не приходилось, за спиной снова послышался вой загоняющей добычу стаи. Будь он проклят, если это обычные волки! Либо тут не обошлось без магии, либо у него бред преследования и пора сдаваться в башню шутов.

Рудольф спешился, замотал морду коня плащом, надеясь, что страх перед хищниками пересилит страх шаткой поверхности, по которой им предстояло пройти, и осторожно ступил на серые доски. Они продвигались медленно, и Рудольф про себя прикидывал, что делать, если животное шарахнется в сторону. Умных мыслей на этот счет, к сожалению, не было, а все приходившие на ум перспективы сводились к короткому и малоприятному полету в реку. По счастью, конь пока вел себя прилично, хотя и дрожал всем телом. До берега оставалось всего несколько шагов, когда из-за большого камня вышли два человека и остановились у схода, демонстративно обнажив шпаги. Рудольф оглянулся: на далеком берегу маячили еще двое, видимо, не слишком переживая по поводу волков и злых духов.

Теперь все встало на свои места. Долгожданная засада выбрала несколько экзотичный способ, однако надо отдать им должное, в таких условиях сопротивляться и впрямь было не с руки. Другое дело, что Рудольф с самого начала собирался поспорить лишь для вида, но его оппонентов можно простить. Они-то этого не знали и, очевидно, боялись его упустить. Однако, их подозрительно мало. Похоже, его недостаточно ценят.

– Бросайте оружие, – раздался глухой голос из-под низко надвинутой на глаза шляпы.

– Добрый вечер, господа, – широко улыбнулся Рудольф. – У вас ко мне дело?

Он глубоко вздохнул и выдохнул, заставляя сердце биться ровно. Может и впрямь не выделываться? Перспектива фехтовать на ветхом мостике, подвешенном над рекой, не радовала ни капельки. Тем более что исход предрешен и зачем испытывать на прочность нервы себе и хорошим людям? С другой стороны, какой же он будет секретный агент, если сдастся без боя. Так можно всю ценность потерять. Придется все-таки устроить показательные выступления, главное, не убить кого-нибудь ненароком.

Рудольф резким движением сорвал плащ с морды коня и для пущей убедительности огрел его по крупу. Увидев близкий берег, ошалевшей каурый сделал огромный прыжок с места и помчался прочь, расшвыривая шарахнувшихся нападавших. Не теряя времени, Ридель устремился за ним, чтобы занять более выгодную позицию на твердой земле. Это ему удалось, и он выхватил шпагу, пока «разбойники» не опомнились.

– Вы должны идти с нами, – продолжил их предводитель.

– Не припоминаю вас в числе своих кредиторов. А вот вы, – он посмотрел по сторонам, – теперь должны мне стоимость моего убежавшего коня.

Темные фигуры переглянулись, и Рудольф уловил их неуверенность.

– Если вы не пойдете, нам придется заставить вас.

– Я восхищен вашей смелостью, – отсалютовал им шпагой Рудольф. – Вы предпочитаете умереть по очереди или все сразу?

– Вы делаете себе же хуже…

Рудольф не дослушал и атаковал самого разговорчивого.

Противник оказался на удивление шустрым, и его напарник не замедлил присоединиться. В паре они действовали на редкость слажено, но невозможность обойти противника им сильно мешала. Как и необходимость взять его живым.

Отбив атаку Рудольфа, разговорчивый завязал его шпагу в то время, как его друг попытался уколоть в ногу, но Ридель сбил его удар плащом. При этом пришлось неудобно развернуться, потому что молчун нападал справа. В какой-то момент Рудольф был весь раскрыт для удара, чуть ли не спиной к первому нападавшему, и желай противники его убить, он был бы уже трупом. Но сейчас они слегка растерялись, выбирая тактику, и Рудольф, завершив разворот, от души заехал гардой в челюсть молчуну.

Явно не вдохновленный судьбой напарника, разговорчивый накинулся на Рудольфа с серией быстрых ударов, разумно полагая, что лучшая защита – это нападение. Ридель отбивал удары, выбирая как бы половчее упасть и потерять шпагу, чтобы разошедшийся противник в запале не наделал в нем лишних дырок. Пора было заканчивать. Те двое тоже не станут долго ждать на другом бережке, а получить удар по затылку малоприятно. Рудольф сбил очередную атаку, отмахнулся широким жестом, заставив противника отступить, и швырнул ему в лицо плащ, выиграв еще пару шагов. Вот сейчас надо споткнуться и упасть на правую руку… Что-то свистнуло, и ноги Рудольфа обвила плеть с грузилом на конце. Волчанка! Символично. Как говорится, не гонкой волка бьют, уловкой. Можно было не сомневаться, что за камушком притаился третий, а может и не один. Ну, и слава Хору! Рудольф рухнул на колени и поднял руки, намереваясь пасть к ногам победителей, но сзади раздался полный страха женский крик. Ридель обернулся и увидел, что проклятый мост решил-таки развалиться, когда парочка оставшихся головорезов была примерно на середине. Трос ограждения с одной стороны лопнул, и настил болтался как тряпичный, лишившись натяжения. Один из преследователей лежал, раскинув руки на неумолимо кренящихся досках и медленно соскальзывал к краю. Второй, небольшого роста и маленькими руками, кричавший женским голосом, вцепился в оставшийся трос одной рукой, другой изо всех сил пытаясь дотянуться до падающего товарища. Однако любое движение заставляло мост трястись и изгибаться еще сильнее.

Рудольф отвернулся, чтобы оценить обстановку на этом берегу. Его разговорчивый противник, впутавшийся из плаща и потерявший шляпу, смотрел поверх головы Риделя с выражением крайней растерянности на лице. Метатель волчанки приближался от камня, неуверенно вытаскивая шпагу. Молчун с разбитой челюстью все еще лежал, слабо постанывая, на земле. Нет, это точно не люди Корфов! Такие недоумки в Морской Длани долго не протянут.