Злата Иволга – Мир под рукой (страница 5)

– Извините, ― подняла брови Марина. ― Я вас не знаю.

Она была уверена, что в туалетной комнате пусто. Откуда же взялся этот странный тип, судя по виду, из технического отдела? Прятался? Но зачем?

– Конечно, не знаете, ― усмехнулся человек. ― Среди моих знакомых змей подколодных нет.

– Не желаю вас больше слушать, ― заявила Марина и почти бегом направилась к выходу, неловко споткнувшись под насмешливым взглядом.

Она вихрем пронеслась по коридору, забежала в свой кабинет, прислонилась к двери и перевела дыхание. Рабочий день начинался скверно. И зачем она только пошла к Жанне? В душе клокотала злость на свою несдержанность. Марина стукнула кулаком по двери и третий раз за это утро вздрогнула от неожиданности.

– Кхм… Марина Андреевна, вы хорошо себя чувствуйте? ― осведомился вежливый голос.

У стола, в кресле для посетителей, сидел пациент.

– Обычно я задаю такой вопрос, ― грустно улыбнулась доктор Менделеева и поправила нежно-голубую прядку надо лбом, красиво оттенявшую медовый цвет ее волос.

Почему-то посещения именно этого человека всегда успокаивали. Хотя от человека у него остался только мозг.

– Простите, что не дождался в приемной. Но меня уверили, что вы сильно не задержитесь, вот я и решил подождать в кабинете. ― Интонации говорили о том, что собеседник тоже любезно улыбается, хотя его лицо было скрыто маской. Сегодня он явился в золотистой венецианской вольто без изысков, вероятно, вняв просьбам Марины перестать шокировать обслуживающий персонал.

– Это вы меня простите, Леонид Сергеевич. ― Марина уже пришла в себя. ― Обычно я не заставляю ждать пациентов.

Она прошла к столу и села в привычное удобное кресло.

– Если не произойдет чего-то необычного, да? ― взмахнул пальцами механической руки визитер.

Марина внимательно посмотрела на него и покачала головой.

– Вы, как всегда, правы. Утро не задалось.

– Поверьте, Марина Андреевна, я обращал внимание на личные и мелкие служебные неурядицы ровно до одного случая. Когда вынужден был месяц просидеть в подвале на воде и сухарях. И это под угрозой обнаружения, немедленной ликвидации и, соответственно, провала всего… проекта. После я неоднократно попадал и в худшие ситуации, но тот, первый раз, мне запомнился особенно. Видите ли, я всегда не любил крыс, до фобии.

О своем давнем пациенте Марина знала немного. Леонид Сергеевич Платов был одним из первых людей, которые согласились на тогда еще экспериментальную операцию по пересадке мозга в киберсистему двенадцать лет назад. Четверо были больны неизлечимыми заболеваниями, а Платов считал болезнью старость. Рожденный еще в прошлом веке, закончивший Высшую академию внешней разведки, которая в его время носила более скромное название Института КГБ, начавший свою карьеру в период краха Советского Союза, побывавший во многих горячих точках и общавшийся с такими чинами государств, о которых и генеральный директор «Идеального здоровья» слышал лишь в новостях, Леонид Сергеевич не мог смириться с тем, что его тело одряхлело. Из пяти человек трое не выдержали существования в виде машины и решились на эвтаназию, а двое продолжали благополучно жить и по сей день.

Сейчас кибернейрохирургия шагнула далеко вперед, но неутешительная статистика сохранилась. Порядка сорока процентов успешно прошедших операцию людей психологически не смогли приспособиться к новой жизни. Это влияло на общественное мнение, и пока немногие смертельно больные решались на пересадку. Возможно, через некоторое время, когда изменится менталитет и восприятие киборогов как членов общества станет обыденным, психологическая травма исчезнет. Пока же большей частью коллеги Марины занимались киберпротезированием, а пациентов, подобных Леониду Сергеевичу, было едва два десятка на весь филиал.

Три года назад Платова закрепили за доктором Менделеевой, и тот исправно проходил плановые обследования. В основном, за тем, чтобы проверить состояние безотказного и, с его точки зрения, прекрасного механического организма и встроить в него последние технические новинки, которые производила стремительно развивающаяся индустрия киберпротезирования.

– Спасибо за совет, Леонид Сергеевич, ― ответила Марина, поднимаясь с кресла. ― Мы часто не ценим то, что имеем. Не буду вас задерживать, пройдемте в лабораторию.

– Я прекрасно себя чувствую, ― проговорил бывший разведчик, бесшумно ступая позади. Насчет бывшего, впрочем, Марина сильно сомневалась. Этот ходячий учебник истории мог еще принести немалую пользу. Но о таких делах с пациентами беседовать не принято.

– Мы проверим систему рециркуляции и уровень кислорода в питательной жидкости, ― сказала Марина, указывая Платову на глубокое кресло с высокой спинкой.

– О единственном живом органе приходится заботиться, ― проворчал пациент, скидывая бесформенный балахон и устраиваясь поудобнее, скорее по привычке.

Его сделанное в основном из сверхпрочных композитов тело давно забыло подобные заботы. Многие киборги старались сохранять человекоподобную фигуру, но Леонид Сергеевич предпочитал удобство и функциональность внешнему виду. К тому же ему явно доставляло удовольствие эпатировать окружающих причудливыми масками и нарядами.

– Я тут слышал, Марина Андреевна, что городские власти снова собираются протолкнуть закон об увеличении квартплаты для таких, как я. Такое впечатление, что у них полгорода бессмертных. ― В голосе Платова слышался откровенный смех.

– Уверена, вам ничего не грозит, Леонид Сергеевич, ― улыбнулась Марина. ― Ущемлять материально такого человека, как вы, просто позор. Наоборот, им следует подать прошение об увеличении вашей офицерской пенсии.

– Они скорее добровольно уйдут в отставку. ― Платов развел руки, облегчая доктору доступ к грудной клетке. ― Я вам говорил, что они мне заявили в прошлый раз?

Иногда слова Леонида Сергеевича походили на обычное стариковское брюзжание, и Марина заслушивалась настолько, что начинала верить. Было ли это способом маскировки и введения в заблуждение, или мозг разведчика не чужд возрастным причудам, доктор Менделеева так и не смогла понять.

― Уууубью!!! ― раздался вопль, за которым последовал вполне характерный для ситуации грохот. Однако сейчас, вопреки всему негативному семейному опыту, накопленному человечеством тысячелетиями, жертвой оказался сам тиран и агрессор. Он поскользнулся на брошенном кем-то из детей огрызке яблока и растянулся на грязном полу, нелепо взбрыкнул ногами. Пару минут он барахтался, стараясь собрать конечности, словно гигантский жук, потом постепенно затих, и вскоре неразборчивые ругательства перешли в громкий и заливистый храп.

Олег вопросительно посмотрел на хозяйку квартиры.

– До утра будет дрыхнуть, ― кивнула она и направилась к кухне, куда они так и не дошли. Похоже, позаботиться о пьяном валяющемся на полу муже не входило в ее планы.

Олег пошел за хозяйкой, стараясь не наступать на разбросанные по коридору детские игрушки. И, самое главное, не показать свое отношение к происходящему.

– Простите, я пришел рано. Мне было назначено на десять. ― Он осмотрел убогую кухоньку, оснащенную самой примитивной поварской системой. Наверное, их устанавливали в домах лет тридцать назад.

– Бард все равно опоздает, ― беспечно махнула рукой хозяйка, указывая гостю на стул, с которого предварительно убрала какое-то мелкое животное, похожее на морскую свинку.

– Кхм… ― Олег прокашлялся и осторожно присел. ― Скажите, Тамара, а Бард ― ваш друг?

– Когда-то был. Мы учились вместе в университете. ― Женщина, совершенно не похожая на носительницу гордого южного имени, подняла на гостя светло-серые глаза. ― После наши пути разошлись. Так, списываемся иногда.

– Мааам! ― вопль вбежавшего на кухню ребенка едва не заставил подпрыгнуть задумавшегося Олега. ― Костя не дает мне смотреть мультики!

– Смотрите по очереди, ― устало ответила мать.

– Ну а я что буду тогда делать? ― заныла девочка, топнув ногой.

– Сидеть тихо. Или папа проснется.

Восставший папа был сильным аргументом для ребенка. Девочка испуганно расширила глаза, взмахнула светлыми косичками и убежала. На гостя она не обратила внимания.

– Я не закончила университет, потому что к последнему курсу была беременна, ― продолжала прерванную беседу Тамара. ― Отец ребенка сбежал, поэтому мне пришлось тяжко. Потом появился Юрка. Он не всегда был таким. И у нас родился еще ребенок, и еще… На нормальную работу устроиться не получилось. Вот и живем теперь в портовом районе в квартире моего покойного дедушки. Хорошо старшего сына мама забрала на пару дней, иначе бы здесь очень громко было.

Рассказ был краткий, сдержанный и многое объяснял. Например, то, почему бывшая студентка факультета информационных технологий прозябала в порту с каким-то подзаборным пьяницей, по недоразумению оказавшимся ее законным мужем. Их когда-то связывала большая любовь? Или любовь к детям заменила Тамаре все, даже нормальное человеческое общение? Вряд ли тело, валяющееся на полу в коридоре, годилось для интеллектуальных бесед за семейным ужином. Олег ободряюще улыбнулся и пожелал проклятому Барду появиться побыстрее, потому что уже не знал, как вести себя с хозяйкой. Ничего не скажешь ― конспиративная квартира.

Словно в ответ на молитвы Олега в коридоре раздался скрип двери, шум шагов, и Тамара сердито дернула головой.