Зинаида Гаврик – Академия влиятельных гадов или Я снова молода?! (страница 4)
А уж сколько средств для зубов! И зубной порошок, и мазь какая-то, и скребки для языка, и два вида полоскания (как я позже убедилась – весьма едкого).
Ну, ясно. Товар должен пахнуть соответственно. Надо думать, тут ещё и штрафуют, если явишься на занятия с немытыми волосами или запахом изо рта. Наследнички ещё побрезгуют такую добычу присваивать!
В ванной комнате были зеркальные стены в полный рост, и я, наконец, как следует рассмотрела своё новое тело.
Что сказать? Рамелия была весьма миловидной девушкой с русой косой, яркими глазами чайного цвета и чуть тронутой загаром кожей. Лишнего веса не было, но и особой худобой она тоже не отличалась. Как-то чувствовалось, что эта девушка раньше занималась физическим трудом – на ладонях я обнаружила еле заметные мозоли, да и руки были достаточно крепкими. Эх, вот бы грудь чуть менее выдающуюся и бёдра не такие пышные, а?
В данном случае красота – это враг. Ну ладно, будем работать с тем, что имеем.
К слову, с устройством крана я разобралась быстро. Видимо, девиц сюда набирали из таких семей, где ванных комнат не водилось, поэтому везде были золотистые переливающиеся таблички с подробными инструкциями на тему того, какое средство для чего предназначено и какой рычажок дёрнуть, чтобы пошла холодная, тёплая или горячая вода. Удобно! Как оказалось, надписями они не ограничились – надо думать, читать умели не все. Стоило задеть табличку, как она мелодично начинала надиктовывать инструкции, о чём я узнала, случайно ударившись об одну из них локтем.
Я быстро ополоснулась, выбрав мыло с наименее раздражающим запахом, но вместо ночнушки натянула на себя одно из чистых платьев. Не собираюсь спать в этой тряпочке! Эх, мне бы мои тёплые панталоны с начёсом... И плевать на красоту. К девяноста годам уже отчётливо понимаешь, что здоровье дороже всего на свете. А тут ещё полы холодные да без ковра! Носки бы шерстяные где-то достать.
Завернувшись в одеяло и уже засыпая, я наметила план на завтра: держаться в толпе, стараться не высовываться и не выделяться, а главное – оценить обстановку и разобраться в местных правилах. Ну и усердно учиться, конечно, чтобы как можно скорее научиться пользоваться своими способностями. Эх, хорошо бы, если бы мы завтра проходили какие-то боевые заклинания!
Очень, признаться, беспокоили мысли о неугомонном Петрусии. Больно уж вид у него вчера был злобный. Что-то мне подсказывает, что вряд ли он до утра забудет нашу маленькую стычку.
А ещё... ведь это он, ирод окаянный, приложил меня о стену! Сабрина сказала, что я в панике стучалась в комнату, а потом она услышала его голос. Значит, он появился до того, как я вселилась в это тело. Вот орясина некрещёная...
Наверное, Рамелия пыталась отбиваться, он её отшвырнул и... всё. Мне вдруг вспомнилось, как именно этот лопух носатый приводил меня в чувство. Пинком! И ещё после этого злится, что ему промеж ног прилетело! Укокошил девку, увалень непутёвый, ни за что ни про что. Ну, держись у меня! Я тебе всю плешь проем... как второму мужу, козлу блудливому. Вот уж кто меня иначе как ведьмой не величал! А нечего было изменять мне направо и налево...
Глава 6
Утром я проснулась рано, Сабрина ещё посапывала, хотя она уснула куда раньше меня. Да и до этого по коридорам не носилась. Но... привычка, что поделаешь. Почему-то с возрастом у меня начисто пропал этот навык – дрыхнуть до обеда.
Когда откуда-то из-под потолка заиграла мелодичная музыка, я уже вышла из ванной, вытирая волосы. Ого, вот так будильники тут у них! Захочешь, не отключишь. Музыка становилась всё громче, а потом чей-то голос гнусаво провозгласил:
– Подъём! Подъём! Занятия начнутся через час. Не забываем привести себя в порядок! Кто будет выглядеть ненадлежащим образом – вечером будет отрабатывать.
Сабрина подскочила с воплем:
– Ой, опаздываем!
И тут же с изумлением уставилась на меня.
– Ты что, не спала?
– Подремала немного, – отмахнулась я. – А почему опаздываем?
– Ты что! Надо столько всего сделать! Вымыться, высушить волосы и накраситься! Вчера Лиуре влепили выговор и отработку после занятий за то, что пришла без помады. Хочешь опять вечером до комнаты добираться?!
Она вскочила с кровати и начала носиться по комнате, будто не могла придумать, за что схватиться, а потом нырнула в ванную.
Ну и нравы здесь! Не перестаю удивляться. Отличная угроза у преподавателей – чуть что не так сделал, оставят на вечернюю отработку.
Я со вздохом села перед тумбочкой и установила перед собой зеркало. Хотелось, конечно, взбунтоваться, но это было бы крайне неразумно. Сначала надо разобраться в местных правилах и найти лазейки.
Коробочки с косметикой тоже были подписаны, что и для чего предназначено. Почему-то сложностей с тем, чтобы читать надписи, у меня не возникло. Впрочем, языкового барьера тоже не было. Наверное, следовало удивиться, но мне вдруг пришло в голову, что ведь в этой академии учатся маги из разных миров. Вероятно, при поступлении на каждого накладывают какие-то чары, чтобы все понимали друг друга и могли пользоваться учебниками.
Я накрасилась, постаравшись наложить неяркий, но заметный макияж, чтобы никто не мог придраться при всём желании. Хотя зачем такому молодому лицу дополнительные краски? Молодость сама по себе красива. Но это начинаешь понимать с возрастом.
На занятия мы неслись, как молодые козочки, хотя бежать на каблуках – то ещё удовольствие. К счастью, нам удалось влиться в ручеёк других студенток.
Что интересно, парней в коридорах пока не было. Как оказалось, они просыпались куда позже – их пары начинались после обеда, чтобы наследники успели как следует отдохнуть после ночной охоты.
Перед первым занятием нас собрали на линейку в одном из общих холлов. Две массивные женщины с внушительной мускулатурой и до крайности суровыми лицами велели всем выстроиться вдоль стены. Сами они были одеты в удобные штаны из мягкой кожи и безрукавки. Этих богатырш следовало называть наставницами, хотя, по мне, они больше были похожи на надсмотрщиц в гареме. Сходство усиливало обилие массивных золотых украшений и яркий макияж. Хотя при их мужских фигурах и огромных лицах всё это смотрелось до крайности нелепо.
Всего я насчитала пятнадцать девчонок, включая меня. Действительно, немного! Но штучный товар всегда дороже, а редкий трофей приносит больше радости охотнику.
А далее был... унизительный осмотр! Нас придирчиво оглядывали, не стесняясь хватать за подбородок, чтобы вынудить поднять голову.
Видимо, после недавних наказаний за отсутствие помады никто не рискнул явиться в ненадлежащем виде, поскольку, пока очередь не дошла до меня, серьёзных замечаний не было. Разве что пару раз наставницы цедили сквозь зубы что-то вроде: "Губы тонкие, крась лучше, чтобы казались пухлее" или "Румян надо больше, а то лицо бледное".
Но когда одна из наставниц подошла ко мне, её глаза сверкнули, а губы искривились в гадкой усмешке.
– Смотрите-ка кто тут у нас! – издевательски протянула она. – Это же наша бунтарка! Ну что, благополучно добралась вчера до комнаты?
Ага, так вот, похоже, благодаря кому я оказалась после отбоя в коридорах!
Кажется, вчера что-то произошло между Рамелией и этой женщиной. Возможно, Рамелия не выдержала и огрызнулась? Или попыталась отстоять свои границы? Эх, заглянуть бы ей в память... Жаль, что это невозможно.
В любом случае она заполучила себе недоброжелательницу, которая, к сожалению, обладала властью и которая позаботилась о том, чтобы девчонка не добралась до комнаты вовремя.
И теперь, судя по злорадному лицу наставницы, она абсолютно уверена, что этой ночью меня поймали.
Наверное, всё-таки разглядела синяки на лице, которые я постаралась замазать.
– Смотрю, сегодня ты не такая дерзкая? – ядовито осведомилась она. – Видимо, кто-то все-таки взялся за твоё воспитание. Полагаю, тебя можно поздравить?
– Простите, наставница, – учтиво склонила голову я. – Вчера я действительно вела себя неподобающе. Хочу принести извинения, этого больше не повторится. И благодарю за заботу, вчера я благополучно вернулась в комнату.
К сожалению, моя вежливая речь почему-то окончательно её разозлила, хотя я рассчитывала на обратное.
Её перекосило так, что я поняла – дело плохо. Ох, Рамелия, малышка, что же ты натворила вчера, раз превратила эту женщину в своего лютого врага? Или она в принципе приходит в ярость от любой непокорности?
– Сегодня чтобы явилась на отработку после занятий, – прошипела она, наклонившись к моему лицу. – Будешь сидеть до упора, пока не включится ночное освещение и не прозвучит сигнал отхода ко сну. Одна. С открытой дверью. Станешь уроком для всех, кто посмеет мне перечить! А если двинешься с места до назначенного времени, то в следующий раз назначу тебя на ночной патруль коридоров! Подменишь коменданта, паршивка. Поняла?!
Она отстранилась и снова широко улыбнулась.
– Уверена, завтра на линейке у тебя будет совсем другой вид, не такой цветущий. А у нас появится повод тебя поздравить.
Её напарница хохотнула, а потом грозно глянула на шеренгу, и оттуда сразу раздалось несколько услужливых смешков.
Глава 7
В этот момент из коридора без особой спешки вышла ещё одна девушка. Она явно тоже была первокурсницей, судя по форменному красному платью. Она шла, ни на кого не глядя, и даже не думала ускорить шаг, хоть уже безнадёжно опаздывала.