Зигмунд Крафт – Хейтер из рода Стужевых. Том 7 (страница 8)

— Алексей, — она наконец повернулась ко мне, и в её глазах я неожиданно увидел решительность. — Скажи, у нас сейчас свидание?

Вопрос прозвучал слишком провокационно, изнутри начало подниматься раздражение. Она решила меня проверить? Или просто издевается? Захотелось просто развернуться и уйти, перестать заниматься неясно чему.

Но я выдохнул, успокаиваясь.

— Дружеская встреча, — ответил я даже для себя неожиданно мягко, пожав плечами, — только и всего.

Она медленно обвела взглядом оранжерею, я инстинктивно последовал её примеру. А тут довольно безлюдно, по дороге встречались посетители, но сейчас никого рядом, только мы одни среди орхидей.

— Хорошо, — сказала она тихо и шагнула ко мне, встав почти вплотную и смотря снизу вверх почти прошептала: — Я знаю твой истинный ранг, Алексей.

Сначала я испугался, но тут же выдохнул и улыбнулся. Потому что это была Ксения Юсупова, моя хорошая подруга, которую я знал как облупленную. А ещё её род княжеский, конечно они знают такую закрытую информацию. Но сказали ей? Зачем?

Она какое-то время рассматривала моё лицо, но, кажется, ничего нужного ей там не нашла.

— Ты ведь даже не понимаешь, что это значит, верно?

— И что это значит? — она была очень близко, почти прижималась ко мне, хотелось прикоснуться к её лицу, но я сдерживался.

— Ты один из сильнейших магов огня своего поколения, я — всего лишь неофит третьей звезды.

Она сказала это с такой горечью, что мне захотелось обнять её и утешить. Хоть прямо здесь, среди цветов… Да что ж всё не то в голову то лезет…

— Ксения…

— Ты понимаешь, что сейчас на тебя смотрят многие? Твои первые бои ещё не прошли, но уже пошли слухи. И даже мой отец, Василий Фёдорович, попросил меня присмотреться к барону Стужеву.

Я молчал, внутри будто всё оборвалось. Она это серьёзно сейчас⁈

— Так что я повторяю вопрос, — она смотрела мне прямо в глаза, и в них не было ни капли кокетства. — Ты понимаешь, что у нас сейчас полноценное свидание?

Тишина была такой плотной, что я слышал, как капает вода где-то в дренажной системе оранжереи. А ещё я будто забыл, как дышать, внезапно мне стало не хватать воздуха.

— Не давай мне ложных надежд, — сказал я строго. Стоило наверное отойти от неё, хотя бы шаг назад сделать, но я не мог.

— Для этого, к сожалению, тебе пришлось бы стать Юсуповым, — ответила она, и её голос дрогнул. — А я знаю, что ты вряд ли пойдёшь на это. Даже ради меня.

Она серьёзно всё же… Да вы издеваетесь! Этот мир решил пошутить над мной? Единственная девушка, в которую я, кажется, влюбился по-настоящему, хочет, чтобы я из одной кабалы перепрыгнул в другую. Чужие рода, чужие ответственности, а я хотел свободы, жить для себя, как я того хочу. И тут такое, по больному.

— Всё слишком сложно, — сказал я, спустя немного времени, так как уже не мог терпеть своих желаний. — А я привык быть прямолинейным.

Я взял её за руку, переплетая наши пальцы. В глазах Ксении появилось удивление, она хотела посмотреть вниз на наши ладони, но я не дал ей этого сделать, поймав её подбородок левой рукой. Она смотрела на меня расширенными зрачками, а я не мог оторвать взгляд от её приоткрытых губ.

И я понял, что просто обязан поцеловать её, иначе потом буду жалеть об этом.

Не долго думая, я наклонился и наши губы встретились. Поцелуй длился, наверное, вечность, или секунду — я так и не понял. Я крепко обнял её, прижимая к себе, и впервые за долгое время ощущал ни с чем не сравнимое облегчение. Казалось, я парю над каменной плитой дорожки оранжереи, а все цветы в округе расцвели, даже те, которых здесь не было. Наверное, это и называется романтикой? Я действительно был счастлив в этот момент и не хотел, чтобы он заканчивался.

Но нас грубо прервали приглушенные голоса — кто-то приближался. Так что мы отстранились, Ксения выдохнула и рассмеялась. Тихо, но радостно.

— Вот теперь это полноценное свидание, — сказала она уверенно.

Я взял её ладонь в свою, как это обычно делают влюблённые парочки. Мы пошли дальше по оранжерее, между самыми разнообразными цветами, на названия которых мне было совершенно плевать.

Внезапно я понял, что мы в конце маршрута — наверное, величайшее разочарование в моей жизни произошло только что.

— Что теперь? — рассеянно спросил я.

— А что теперь? — она непринуждённо пожала плечами. — Мой род дал нам отмашку. Или думаешь, что твой отец будет против?

— Да кто его спрашивать будет-то? — хмыкнул я.

— Тогда… Мы будем проводить время вместе. А будущее покажет, как всё обернётся.

Пальцы Ксении крепче сжали мою ладонь.

— Знаешь, — сказал я, ухмыльнувшись, — теперь у меня нет выбора.

— Ты о чём? — она заинтересованно посмотрела на меня.

— Теперь я просто обязан во что бы то ни стало выиграть этот турнир.

— Из-за меня? — она кокетливо улыбнулась и прижалась ко мне.

— Из-за тебя, — кивнул я. — Даже если я не стану Юсуповым, у нас никто не отнимет это время.

— Ты прав, — она улыбнулась ещё шире и я поцеловал её снова.

Мы вышли из оранжереи уже в сумерках. За стеклянными стенами зажигались уличные фонари, и Москва готовилась к ночи. Нас обволокла вечерняя прохлада, особенно остро ощутимая после душной оранжереи.

— Может, в кафе? — предложил я. — Я бы не отказался от чашечки кофе.

— С удовольствием, — ответила Ксения, продолжая держать мою руку.

Что ж, у меня и правда нет выбора теперь. Камень Зари? Пф! На кону теперь стоит кое-что не менее ценное.

Глава 5

Интерлюдия

Маргарита шла по бульвару без определённой цели — просто гуляла, пытаясь убить время, которого в Москве оказалось слишком много. Она всё ждала, когда Алексей пригласит её на свидание, но тот или подолгу не отвечал на сообщения, или ссылался на занятость.

Она не собиралась следить за Алексеем! Вечер был тёплым, город гудел приглушённо, и ничего не предвещало беды. А потом она повернула голову.

Летняя терраса кафе, столик у зелёной стены, чуть в стороне от остальных. Маргарита остановилась, не веря своим глазам.

Там находился Алексей, а напротив него девушка. Светлицкая не слышала, о чём они говорили — расстояние не позволяло, да и шум улицы съедал слова. Но видела она достаточно — Алексей улыбался, и совсем не так, как она привыкла. Его взгляд был теплее и мягче, осанка более расслабленная. Он говорил что-то, чуть наклонившись вперёд, а девушка смеялась в ответ, прикрыв рот ладонью.

А потом Маргарита увидела их руки. Его ладонь лежала поверх её — спокойно, естественно, будто так и должно быть. Девушка не убирала руку, не отодвигалась. Наоборот — чуть повернула запястье, и их пальцы переплелись.

Маргарита сглотнула, внутри стало холодно — резко, как будто кто-то распахнул окно зимой. Этого просто не может быть!

Она знала эту девушку. Не лично — по программкам турнира, по постерам, которые висели в холле гостиницы и у входа в академию. Княжна Ксения Юсупова, дочь одного из трёх московских князей. Она была официальной представительницей Московской Магической Академии, на базе которой проходил турнир. Лицо с постера смотрело строго и отстранённо, но сейчас оно было совершенно другим — живым, открытым, с румянцем на скулах и глазами, которые не отрывались от Алексея.

Маргарита стояла и не могла сдвинуться с места. Мысль билась в голове, тупая и настойчивая, как головная боль. Как Стужев — барон из Тулы, пусть даже сильный и перспективный, но всё-таки барон — мог оказаться за одним столиком с княжной Юсуповой? И не просто за столиком, а вот так — держа её за руку, улыбаясь ей тем взглядом, который Маргарита никогда не видела обращённым к себе?

Да он же повернутый на тренировках! Ему ведь не нужно ничего, кроме того, что может сделать его сильнее. Сколько девушек заглядывалось на Стужева, но он всем дал отворот, даже Ривертонской! И только она, Маргарита, смогла занять место с ним. И потому не могла поверить, что этот парень неожиданно стал ловеласом, либо решил подняться выше за счёт титулованной девушки. Это просто не в его характере!

Она вспомнила, как ехала сюда. Как представляла, что Алексей обрадуется, — может, не покажет этого, он никогда не показывал, но внутри обрадуется. Как они будут проводить вечера вместе, она будет ходить на его бои, болеть за него, а потом, после турнира, он наконец поймёт, что она та, кто ему нужен. Кто всегда будет рядом и поддержит, кто всегда будет на его стороне. Она уже видела это так отчётливо, что почти поверила, что ещё немного и они официально станут парой, объявят это всем своим общим знакомым и не только. А потом однажды поженятся — это было лишь вопросом времени. А теперь он держал за руку другую.

«Юсуповы никогда не позволят этому случиться», — эта мысль пришла следом — спасительная, трезвая, правильная. Маргарита ухватилась за неё, как за соломинку.

Конечно, не позволят! Княжна и барон из провинции? Это даже не мезальянс, это абсурд. Василий Фёдорович Юсупов, один из трёх столпов, человек, который ужинает с императором, — он никогда не отдаст дочь за какого-то мальчишку из Тулы, каким бы сильным тот ни был. Это просто… увлечение. Юношеское, глупое, которое закончится, как только турнир завершится и все разъедутся по домам.

Маргарита повторила это себе ещё раз. И ещё, ещё. И поняла, что не верит.

Потому что она-то знала, каков Алексей на самом деле. Знала, что за этим спокойным фасадом скрывается сила, которой нет у большинства участников турнира. Что его ранг — не предел, а только начало. Что люди вроде него не остаются баронами навсегда, они поднимаются — медленно, неумолимо. А если он поднимется достаточно высоко, то Юсуповы могут его заметить и заинтересоваться.