Зигмунд Крафт – Хейтер из рода Стужевых. Том 7 (страница 16)

— Я тоже остаюсь, — вклинилась Маргарита. Голос у неё был ровный, почти невинный. — Не могу же я бросить Алексея в такой ответственный момент.

Я покосился на неё, она же даже не посмотрела на Ксению. Юсупова молчала, ни тени раздражения, ни вопроса. Лишь я ощутил, как он вздрогнула, так как держал её за руку.

— А ты, Ксения? — Скважинцев, кажется, единственный не чувствовал напряжения за столом. — Ты тоже будешь поддерживать нашего Алексея?

— Я живу в Москве, к тому же, представляю академию, — ответила она, слегка пожав плечами. — И, разумеется, дружеская поддержка прилагается по умолчанию.

Маргарита вскинула бровь. Я заметил, как её пальцы сжали край салфетки.

— Дружеская? — переспросила она с лёгкой усмешкой. — Мило.

— А что тебя смущает? — Ксения повернулась к ней с видом искреннего любопытства.

Маргарита пожала плечами, сохраняя непринуждённость:

— Ничего. Просто… обычно девушки так называют парней, которые для них не больше чем друзья. А у вас с Алексеем, кажется, не совсем дружеские отношения.

Я напрягся. Горелов внезапно заинтересовался своим элем. Скважинцев переводил взгляд с одной на другую, как зритель на теннисном матче.

Ксения улыбнулась спокойно и уверенно:

— Если парень любимый, то он обязательно будет лучшим другом, — сказала она. — Иначе это не настоящая любовь, а фикция. Разве не так?

Маргарита моргнула. На секунду мне показалось, что она сейчас скажет что-то колкое, но она взяла себя в руки.

— Может быть, — ответила она и поднесла бокал вина к губам. — Может быть.

Повисла пауза. Горелов откашлялся и громко спросил:

— Так что там с десертами? Позовём официанта?

— Зови, — ответил я, благодарный за смену темы.

Скважинцев тут же подхватил:

— Я тоже возьму! — и вскочил, чтобы подойти к кнопке.

Маргарита опустила бокал вина и посмотрела на меня. Мне показалось, что на её лице читается жалость и сожаление. Дар мой подобные эмоции уловить не мог, так что тут приходилось гадать.

Да и не важно на самом деле, что думает эта девушка — это её дело, меня не касается.

Разговор перешёл в более нейтральное русло. Когда принесли десерты, разговор перешёл на обсуждение предстоящих боёв. Горелов стал перечислять, кого из финалистов видел, кого стоит опасаться, кто выглядит слабее. Скважинцев поддакивал, иногда вставляя свои наблюдения. Маргарита сидела тихо, изредка улыбаясь, но в разговор не лезла.

Ксения участвовала вполне естественно, как и подобает человеку, который разбирается в теме не хуже других.

Я слушал вполуха, так как голова была занята другим. Что меня ждёт в будущем? Финал, шестнадцать участников, каждый бой — как последний. Нагрузки невероятные, и я должен это выдержать. А что, если не смогу?

Когда появился в теле Алексея, всё казалось таким простым и очевидным. Я считал себя королем мира, главным героем истории, что мне все должны подчиниться в итоге. Вот только жизнь всё расставила по своим местам. Дар оказался пусть и уникальным, но в то же время не таким очевидно имбовым, как я полагал, скорее, наоборот. Ко всему потребовалось найти свой ключ, подход, но главное — очень много работать. Чем больше сил приложено, чем больше отдаёшься делу, тем результат выше. Я в точке, где нахожусь, исключительно благодаря себе, а не случайно или за красивые глазки. Я всего добился сам.

Я хотел стать сильнее, кому-то что-то доказать, учился на своих ошибках. Но в итоге понял, что здесь всё для меня настоящее. Ульяна, Василий, его бабушка — моя семья. Здесь есть люди, ради которых я хотел бы жить, рядом с которыми хотел бы находиться. И сейчас одна из таких находилась рядом со мной и сжимала своими пальцами мои.

Впервые я столкнулся с ситуацией, что хочу чего-то по-настоящему сильно, всей душой. И что если проиграю, то это не просто риск, я потеряю часть себя и своего будущего счастья. А потому у меня появился этот липкий страх неудачи, и я ничего не мог с этим поделать.

Остальные пятнадцать финалистов не менее сильные соперники, как я уже повстречал. Где-то там, среди них, возможно, будет тот самый монстр, о котором говорил Макс. Тот, кто сметёт всех на своём пути, в том числе меня.

Или я сам стану этим монстром и взойду на пьедестал победителя.

Ксения повернулась ко мне и шепнула:

— Ты сегодня какой-то отстранённый.

— Думаю о турнире, — ответил я.

— Не надо, — её пальцы сжали мои чуть крепче. — Сегодня можно просто праздновать.

Я кивнул, ведь она была права. Сегодня нужно наслаждаться моментом, а испытания меня ждут только с завтрашнего дня. Вот тогда точно не будет времени на передышку в ближайшие восемь дней. А пока — можно было просто дышать и праздновать.

Глава 9

Интерлюдия

Ксения задумчиво смотрела на своё отражение в зеркале. Как всегда, она выглядела прекрасно, хотя внутри пульсировала усталость от долгого дня, от светских бесед и напряжения последних недель. Боевой турнир, официальный представитель академии среди студентов — всё это давило гораздо сильнее, чем она рассчитывала.

Она повернула кран, и тёплая вода полилась на пальцы. Жидкое мыло приятно пахло лавандой и будто настраивало на задумчивое настроение.

Ксения смотрела на свои руки — тонкие, изящные, но с крепкой хваткой мага, привыкшей держать меч. Как же она устала… Полотенце из мягкой бумаги можно было взять здесь же, в специальном устройстве, что она и сделала.

Туалет ресторана был выдержан в минималистичном стиле. Тёмное дерево, матовое стекло, живые цветы в горшках на полке, мраморная столешница с раковинами. Идеальное место для того, чтобы перевести дух после утомительного ужина и привести мысли в порядок после долгого сидения в компании. Собственно, за этим Ксению сюда и пришла. Светлицкая постоянно бросала на неё взгляды, от которых у девушки появилась неловкость.

Внезапно дверь открылась с тихим шелестом. Ксения подняла глаза и увидела в отражении зеркала Маргариту. Платье дороже, чем положено мероприятию, драгоценности не к месту, укладка тщательнее, взгляд острее. Маргарита вошла с такой уверенностью, будто это был её личный будуар.

Подобный облик был Юсуповой неприятен — она таких вещей насмотрелась достаточно за свою жизнь. Сплошной пластик и маски, от которых она бежала, как могла, потому что под ними не было ничего по-настоящему хорошего. Тот же Алексей был единственным парнем, рядом с которым она ощущала себя девушкой, а не княжной, студенткой или кем-то ещё. Груз ответственности сваливался с плеч, и она могла их расправить, чтобы свободно вздохнуть. Время, проведённое в Тамбове рядом с Алексеем, было лучшим в её жизни.

— Ксения, — в улыбке Светлицкой ощущалась неприятная искусственность. — Можно на минуту?

Ксения вытерла руки, бросила полотенце в мусорку под раковиной и повернулась к ней лицом.

— Конечно, Маргарита. Чем могу помочь? — попыталась она сказать доброжелательно. Играть свою роль, несмотря на усталость и сомнения.

Та подошла к соседней раковине, но воду включать не стала. Прислонилась к столешнице, сложив руки на груди.

— Я хотела поговорить об Алексее.

Ксения не удивилась. Она ждала этого разговора ещё идя на данное мероприятие и зная, что эта девушка будет там. Ждала с тем холодным спокойствием, которое воспитали в ней годы жизни среди людей, для которых чужие чувства были лишь разменной монетой.

— Что именно тебя интересует? — спросила Ксения спокойно.

— Давай без предисловий, — Маргарита чуть наклонила голову, и её голос зазвучал мягче, почти по-приятельски. — Мы обе понимаем, что он нравится нам обеим. Но мы взрослые женщины, аристократки, у нас нет нужды грызть друг другу глотки из-за мужчины.

Ксения молча смотрела на неё, ожидая продолжения мысли.

— Я предлагаю дружить, — сказала Маргарита, чуть наклонившись вперёд. — Быть с ним рядом, каждая по-своему. Он сильный, перспективный, ему нужна поддержка, а не скандалы.

— Дружить? — переспросила Ксения. В её голосе не было насмешки — только лёгкое удивление.

— Ну да. Вместе его поддерживать, вместе… заботиться о нём. В конце концов, для мужчины его уровня две женщины — не проблема. А для нас это был бы разумный союз. Ты даёшь ему статус и связи, я — внимание и заботу. Мы дополняем друг друга.

Маргарита говорила быстро, будто боялась, что её перебьют. Ксения слушала, и где-то глубоко внутри поднималась холодная волна раздражения и брезгливости.

— Ты предлагаешь мне делить Алексея? — уточнила Ксения.

— Я предлагаю не создавать лишних проблем, — поправила Маргарита. — Он молодой, горячий, ему нужны обе.

Ксения вздохнула и потёрла переносицу.

— Маргарита, — сказала она, глядя прямо ей в глаза, — ты, видимо, совершенно не знаешь Алексея. Он будет иметь только одну жену. Если этой женщиной стану я — других не будет. Если ты — я не стану лезть в ваши отношения. Но я не собираюсь ни с кем делить мужчину, которого люблю. Я не стану запрещать общаться с тобой, так как уверена в Алексее, но и ты меру знай в своих фантазиях.

Маргарита сжала губы.

— Значит, ни себе, ни другим? — хмыкнула она.

— Не понимаю, о чём ты, — ответила Ксения, поправляя волосы. — Это вопрос уважения к себе и к нему. Я не буду торговаться из-за его внимания. Ты можешь быть с ним ровно столько, сколько он позволяет. Но когда будущее наших отношений станет очевиднее, он выберет только одну, не двух. И если это буду не я, — Юсупова пожала плечами с небрежностью, — то не хочу, чтобы он оставался один. Это будет твой шанс, если готова сейчас ждать.