Зигмунд Крафт – Хейтер из рода Стужевых, том 1 (страница 177)

— Это Вадим, — сказала Вера Ивановна, поднесла трубку к уху. — Что, дорогой?.. Какие еще люди?.. Где?.. Возле ворот?.. А чего хотят?.. Мне только что звонил какой-то Юрий Иванович, сказал то же самое. Не знаешь, кто такой?.. Я тоже первый раз слышу. А что, действительно опасно? И куда нам теперь деваться? Да, я с Костей… Хорошо, будем пока кружить по городу, а там посмотрим. Будут новости, сразу же звони! — положила трубку рядом на сиденье, взглянула на сына. — Говорит, базу окружают какие-то люди. Не советует пока ехать.

— Какие люди?

— Не объяснил. Несколько крытых машин.

— Он что, сговорился с этим Юрием Ивановичем?

— Не знаю. Но от беды лучше покатаемся по городу.

Из окна кабинета было отлично видно, как от ворот овощебазы быстро и тренированно выдвинулись люди в черных балаклавах на лицах, некоторые дружно рассредоточились по двору, большая часть из них перебежками двинулась в сторону административного здания.

Несколько сотрудников, большей частью женщины, наблюдавшие за происходящим вместе с Вадимом, сбились еще кучнее, старшая секретарша негромко и испуганно спросила:

— Что делать, Вадим Юрьевич? Они сейчас будут здесь.

— Запираемся изнутри, быстренько вынимаем все носители из компьютеров, сидим тихо, никому не открываем. Пусть ломают двери.

— А что полиция? Вы ведь звонили им.

— Полиция в такие дела старается не вмешиваться. Там пока размышляют.

Четверо сотрудников, разбирающихся в технике, немедленно занялись компьютерами, Вадим с оставшимися секретаршами и помощниками продолжали наблюдать из окна за происходящим.

Было видно, как при входе в администрацию завязалась короткая и яростная стычка между местной охраной и прибывшими, послышались хлопки — видимо, у кого-то не выдержали нервы, кто-то пару раз выстрелил.

— Я боюсь, — прошептала молоденькая секретарша, держась за рукав Вадима. — Они стреляют, Вадим Юрьевич.

— Значит, погибнем смертью храбрых.

— Я серьезно.

— Я тоже не шучу.

И тут произошло нечто неожиданное. В ворота овощебазы на бешеной скорости влетели около десятка черных иномарок, из них стали вываливаться молодые вооруженные крепкие парни в легкой униформе, ринулись на тех, кто пытался прорваться в административное здание.

Донеслись жесткие команды, выкрики.

— Не сметь!.. Назад!.. Руки за спины!

Завязалась рукопашная, нападавшие от напора неизвестных дрогнули, бросились врассыпную, опрометью кинулись обратно к воротам.

Молодые парни в униформе преследовали их, давали для острастки нечастые предупредительные выстрелы, гнали до самых крытых автомобилей, на которых те приехали, загоняли под брезент, заставляли водителей побыстрее покинуть площадку перед базой.

Пораженный, ничего не понимающий Вадим не отходил от окна, смотрел на происходящее, молчал под вопросительными взглядами сотрудников.

— Это менты? — произнесла наконец молоденькая секретарша.

— Вряд ли, — тихо ответил Вадим. — Думаю, кто-то покруче. — С вымученной улыбкой добавил: — Кажется, пронесло. Отбой.

Глушко смотрел перед собой отрешенно, безразлично, не замечал мелькающие по бокам машины, дома, людей, никак не реагировал на пиликающий мобильник, пока Иван Семенович не подал голос.

— Даниил Петрович, возьмите трубку. Пять минут уже пилит по нервам!

Тот нехотя взял трубку, блеклым голосом произнес:

— Слушаю…

— Даниил Петрович! — прокричал голос. — Это Сергей! Не могу дозвониться, не берете трубку. Тут на базе подстава!.. Какие люди поперли нас! Что делать, Даниил Петрович?

— Пошел к черту, — почти не разжимая губ произнес Глушко.

— Не понял… Их целая банда, даже стреляли!

— Пошел к чертям, говорю!

— Так что, возвращаться на хату?

— Дебил… — отключил связь и снова погрузился в состояние полного отсутствия и бессмысленности.

Внедорожник Бежецких неторопливо катил по загруженным улицам города, дисциплинированно останавливался на светофорах, не спеша трогался, выбирая места, где можно было не гнать, не спешить, просто убивать время.

Вера Ивановна и сын молчали, смотрели в разные стороны, слушали негромкую музыку.

От звонка мобильника оба вздрогнули. Мать с опаской глянула на экран.

— Вадим, — поднесла трубку к уху. — Ну, что там у тебя?.. Не поняла, кого «поперли»?.. А кто они были? — послушала невнятное, сбивчивое объяснение компаньона, вдруг взорвалась: — Ни черта не поняла!.. Кто кого погнал? Кто такие эти люди, откуда взялись? Можешь объяснить по-человечески? — Послушала еще какое-то время, примирительно предложила: — Ладно, успокоились. Сейчас приедем, все расскажешь. Да, Костя со мной. — Отключила связь, сказала водителю: — На Пятую базу.

Аверьян и Ахмет сидели в гостиной, смотрели друг на друга с понимающей усмешкой, Ахмет попросил:

— Дай послушать последний кусок.

— Про пустую фуру?

— Да, хочу понять, что делать дальше.

Хозяин лениво нажал пару кнопок на крохотном диктофоне, отследил по цифрам тот самый «кусок», включил запись.

КАЮМ (смеется). Такой умный! Мы ж ничего не повезем! Другие повезут!

ЛЫКОВ. Кто?

КАЮМ. Ираклий и еще двое. Их фуру затоварят, а мы пустые.

ЛЫКОВ. Можешь объяснить?

КАЮМ. Совсем тупой?.. Нас пускают вперед, дают наводку, чтоб задержать, нас шмонают, а Ираклий в этот момент с грузом проскакивает. Все, мент, очень просто.

ЛЫКОВ. Кто-нибудь еще знает об этом?

КАЮМ. Никто. Теперь ты знаешь.

ЛЫКОВ. Майор?

КАЮМ. Ему нельзя говорить. Тоже молчи. Плохой человек. Шеф хочет с ним после всего серьезно рассчитаться… Соображаешь как?

ЛЫКОВ. Приблизительно. А откуда знаешь про вторую фуру?

КАЮМ. Ираклий раскололся… Ночью был сильно пьяный, все рассказал. Сильно боится.

ЛЫКОВ. А чего бояться, если проскочит?

КАЮМ. Знаешь, сколько товара в его фуре?.. Триста килограмм. Если тормознут, сразу большой срок. Двадцать лет!

ЛЫКОВ. Не тормознут. Аверьян все продумал. Он умный.

КАЮМ. Менты тоже бывают умные. Откуда знаешь, кто может стукнуть? Например, ты.

ЛЫКОВ. Мне Хозяин не доверяет?

КАЮМ. Совсем нет. Тоже хочет рассчитаться… Очень злой, что Малике нравишься. И еще не верит, что ты честный мент.

Ахмет сам выключил запись, пробормотал:

— Шакал долбаный, — налил себе и Аверьяну чая. — Как думаешь, зачем он такой откровенный перед этим ментом?

— Или от глупости, или от подлости.

— Сказать парням, чтоб прямо сейчас оторвали голову?