Зигмунд Крафт – Хейтер из рода Стужевых, том 1 (страница 158)
— Да, убить.
— Ты это… разыгрываешь?
— Отец, все очень серьезно. Человек знает, что ты здесь.
— Кто?
— Щур. Знаешь такого?
— Щур… — Даниил Петрович за миг замер, не веря услышанному, губы его слегка собрались в морщинистую трубочку, тихо спросил: — Он сам сказал тебе такое?
— Он послал меня за тобой.
— Где он?
— На улице. Ждет.
— Меня?
— Тебя.
Глушко-отец неожиданно отрезвел, задергался, не понимая, куда девать трясущиеся руки, не до конца соображая, что говорить. Снова поднял на сына глаза.
— Ну и чего?.. Чего делать, сынок?
— Бежать.
— Куда?
— Пока домой, потом посмотрим.
— Так ведь дома тоже… Щур ведь знает, где я живу.
— Неважно. Тебе главное сейчас уйти, чтоб он не заметил.
— Да, наверно… Наверно, правильно, — сейчас, предупрежу, распоряжусь, — Даниил Петрович с трудом выудил из кармана штанов мобильник, набрал номер. — Иван… Иван Семенович… Слушай внимательно. Незаметно отгони машину куда-то в сторону… в какой-нибудь переулочек, жди меня там. Ну, рядом какой-нибудь, сам определись. Да, можно справа… Я найду. Сиди в машине не высовывайся! — отключил связь, взял за руку Виталия, попытался улыбнуться. — А может, ты пошутил, сынок? Может, потому что обижен?
— Все, пап, закругляемся… Он ждет.
— А тебя не тронет?
— Пока не тронет, а там видно будет.
— А как я отсюда выйду, чтоб не заметил?
— Спроси, где черный вход.
Неожиданно в коридоре появился Аверьян в сопровождении двух охранников, увидел отца с сыном, подошел к ним.
— Догадываюсь, Петрович, это и есть твой сын?
— Так точно. Виталий, — суетливо и глупо по-военному ответил тот. — Подай руку, Виталий.
Аверьян и Глушко-сын обменялись рукопожатием, Хозяин показал широким жестом в сторону зала.
— А чего здесь стоите?.. Идите к гостям!
— Так ведь не при форме, Хозяин… Не успел, прямо на этом, как его… прямо на байке прискакал. Неудобно как-то.
— Скажи, что я разрешил.
— А сестра… ну, Малика… здесь еще? В самый раз хотел познакомить.
— Дома Малика. Переволновалась, пусть отдохнет. В следующий раз познакомишь.
Аверьян ушел, отец пару раз обнял сына, пробормотал:
— Я все понял, сынок… Куда сам теперь?
— А куда еще?.. Домой.
— Конечно, домой. Ты беги пока, а я следом. Не беспокойся, все будет путем. Главное, сам поосторожней. А то вдруг, не дай бог…
Виталий проследил за отцом, пока тот не скрылся в зале, окинул взглядом шумных праздничных гостей и покинул ресторан.
Щур ждал его. Идти навстречу не стал, ждал, когда подойдет сам парень. Спросил с ухмылкой.
— Повидал отца?
— Повидал?
— Что сказал?
— Сказал, как велел.
— Выйдет на разговор?
— Обещал.
— А если струхнет?
— Значит, его проблемы.
Щур с той же ухмылкой молча посмотрел на Виталика, предупредил:
— Смотри, прыщ, если раскололся, пожалел батю, добра не жди. Тебе тоже не поздоровится.
— Я свободен? — спросил парень.
— Пока свободен. Нужно будет — найду.
Глушко-сын надел всю байковскую амуницию, завел двигатель, пару раз газанул и скрылся в ближайшем переулке. Щур занял место в салоне, положил на колени карабин, широко открыл дверцу, стал внимательно следить за входом в ресторан.
Аверьян и Ахмет прогуливались ночью по аллее своего двора, охрана держалась поодаль, ничто не мешало доверительному разговору.
— Что скажешь, Шеф? — бросил Ахмет взгляд на Аверьяна.
— Думаю, — ответил тот, глядя себе под ноги.
— С чего это вдруг твоего мента понесло?
— Потому что мент.
— Неадекватный парень. Опасный… С Саидом поговорил?
— Поговорил.
— Что сказал?
— Обижен, что так поступили с сыном. Позор получился. Много теперь разговоров вокруг.
— Может, наказать твоего мента, и вопрос решится? Получится, что ты серьезно извинишься перед Саидом и его сыном.
— Наказать — это как?
— Он тебе нужен?
— Был нужен, какие-то дела решал. Теперь не знаю.