Журнал «Искатель» – Искатель, 2012 № 11 (страница 5)

— Но мы все-таки спросим. Спасибо за кофе.

Хетти растерянно проводила посетителей до дверей.

— Я не знаю, — снова неопределенно произнесла она, когда они вышли за порог и одновременно обернулись, чтобы кивнуть ей в последний раз. — Я просто не понимаю...

— Не нужно понимать, — рассеянно сказала Вильгельмина, — вы теперь богаты. Поймите для начала это. Не забудьте про обед.

— Я за вами заеду, — галантно пообещал на прощание Дик Уиллет.

Как только они вышли на улицу, Вильгельмина возбужденно сказала:

— Вы обратили внимание, что ей пришлось срезать с куска сыра чуть ли не половину, чтобы добраться до мякоти? Сыр у нее заветрился в холодильнике. И колбасу тоже пришлось... я хочу сказать, что она отрезала немного, чтобы дать мне кусочек свежей. Наверное, у нее много пропадает. Слышали, что она сказала — немного, мол, остро, много не съешь, но очень вкусно... А намазывать маргарин — довольно хлопотное дело... Мне кажется, что надо внести какую-то свежую струю в проблему упаковки пищевых продуктов. Пластиковые упаковки с уже нарезанными продуктами тоже не очень удобные — ведь как только ее вскроешь, продукт может быстро испортиться и, будучи нарезанным, опять же заветривается и теряет вид и вкус. В качестве пищи я пока еще недостаточно хорошо разбираюсь, чтобы судить, но для начала можно подумать об упаковке и так далее. Как вы считаете?

— Потрясно! — вырвалось у Дика. — Я считаю... ну, я считаю, что вам надо сходить еще в несколько домов и посмотреть...

— Конечно! — обрадовалась Вильгельмина. — Вы смотрите в корень! Мне всю жизнь еду подавали на подносе, а потом уносили поднос. Однажды, еще совсем маленькой, я прокралась в кухню, чтобы попробовать самой поджарить мясо, мне давно хотелось это сделать. Но кухарка услышала, как я гремлю сковородками, и позвала няньку. Мне прилично досталось тогда. Это был мой первый опыт в пищевом бизнесе: я поняла, что без шума мясо не зажарить.

Дик рассмеялся.

— Не подвезти ли вас? — спросила Вильгельмина. — Я еду к мистеру Фраулу.

— Позволено ли мне спросить, зачем?

— Конечно, секрета здесь нет. Хочу взять кредит в банке и собираюсь узнать, во-первых, какие у меня в этом смысле перспективы, а во-вторых, что для этого нужно. Я собираюсь открыть магазин продуктов. Куча денег нужна — снять или, еще лучше, купить помещение в хорошем месте, обставить его, нанять и обучить персонал, а самое главное — именно товары, у меня есть несколько хороших идей. Я могла бы продать один из домов, которые мне оставил папа, но мне этого не хотелось бы, так что нужен заем. На фабрику я сама отправлюсь.

— На какую фабрику? — спросил Дик, глядя на нее во все глаза.

— Где буду брать продукты. Надо переговорить насчет упаковки. Есть одна идея...

— Я поеду с вами к Фраулу, — заявил Дик Уиллет, хотя еще две минуты назад не собирался этого делать. — Лучше уж я присмотрю за вами. Чувствую определенную ответственность.

Вильгельмина от души рассмеялась в первый раз после смерти отца.

— Ну что ж, папа научил меня не только работать, но и не пренебрегать дружескими советами опытных и мудрых людей. — Она тронулась с места. — Кстати, вы знаете, у меня пропал медальон.

— Какой медальон?

— Мой любимый. Это был мамин медальон, там внутри мое изображение — мне семь лет, папа специально заказывал. Хотела надеть его и не могу найти.

Дик заинтересовался.

— А в вашем доме... — начал он.

— У меня только старые и верные слуги. К тому же в доме полным-полно дорогих вещей. Если бы кто-то вздумал красть, украл бы что-то подороже, и уж во всяком случае, домашние не могли не знать, что прежде всего я хвачусь именно этого медальона.

Дик кивнул. Ему нравилось, что Вильгельмина не выкрикивает возмущенные протесты, защищая отца и своих слуг, а подходит ко всему так разумно и просто.

— Когда вы видели медальон в последний раз?

— Не помню, — неуверенно сказала Вильгельмина. — Мне кажется, довольно давно. Месяц, не меньше. Я очень редко ношу украшения и давно не заглядывала в то место, где они хранятся.

Дик снова кивнул — этот ответ избавлял его от тягостной необходимости спрашивать, видела ли Вильгельмина медальон после смерти отца.

— Медальон какой-то особенный?

— Золотой, но не очень дорогой. Там секретная пружинка была, поэтому папа любил его и часто забавлялся, предлагая гостям попробовать открыть медальон. Никто ни разу не смог этого сделать.

Дик задумчиво молчал, пока они не приехали к Фраулу. История с медальоном заинтересовала его, но пока было не совсем понятно, каким боком приложить ее к истории с завещанием.

Адвокат Фраул, хоть и донельзя изумленный просьбой Вильгельмины, заверил ее, что охотно найдет ей кредит на любую сумму. В качестве обеспечения вполне подходили имя ее отца и прекрасный старинный замок.

Глава третья. Замок лорда Бэттени

На другой день Дик, как и обещал, заехал за Хетти, и оба отправились в гости к Вильгельмине Бэттени. Дик заметил, что Хетти приоделась, но платье на ней, хоть и более нарядное, было все же очень простым. Ехать надо было около полутора часов, и Дик постоянно сверялся с картой. Наконец впереди показалась дубовая роща, в которой прятался замок Бэттени. Машина покатила между громадными дубами по отличной дороге, и после резкого поворота перед ними открылся такой потрясающий вид, что Дик невольно притормозил.

— Вот это да! — воскликнула в восторге Хетти.

Восхититься было чем. Замок — слабость лорда Бэттени — производил весьма внушительное впечатление. Когда первый восторг улегся, Дик сразу же приуныл: стало совершенно ясно, что даже если его догадка правильна и деньги в замке, найти их будет непросто.

Вильгельмина сама встретила гостей. По просьбе Дика она провела их по комнатам замка — чистым, красивым и еще печальным. Обед был накрыт в большой гостиной — настоящей гостиной, со старинным камином, но с очень современной и удобной мебелью.

— Здесь, может, не слишком модерново, — сказала Вильгельмина, словно извиняясь за вкус отца, — но я люблю этот дом.

— Здесь замечательно! — неожиданно горячо запротестовала Хетти. — Просто чудесно!

— Здесь есть желтая бумага? — внезапно спросил Дик.

— Какая бумага? — не поняла Вильгельмина.

— С водяными знаками.

— А! — Вильгельмина поняла. — Надо посмотреть, я не знаю. У папы в кабинете много всякой бумаги. Я еще не смотрела.

Дик кивнул и занялся салатом. Еда была восхитительна. Вильгельмина зорко следила за тем, чтобы гости хорошенько ели.

— Терпеть не могу обедов, устроенных для того, чтобы помолоть языком или тем более решить какие-то дела, — сказала она. — Разве можно забывать о том, что обед — это прием пищи?

— Совершенно согласен, — сказал Дик Уиллет и положил другого салата. — Вы решили взять кредит, который предлагает Фраул?

— Конечно, — удивилась Вильгельмина, — я же за этим и пришла к нему.

— Я несколько опасался, что вы не захотите пользоваться именем отца и откажетесь от кредита.

— Я не понимаю, — сказала Вильгельмина, — почему я должна отказаться пользоваться его именем. Это было бы неуважением к нему, я терпеть не могу этих воплей детей богатых родителей, что они, дескать, такие независимые и хотят всего добиться сами. Зачем же папа старался? Ради кого он все это делал? Он много раз говорил мне, что только ради меня, и я ему верю. Если у меня будут дети, я тоже сделаю для них все, что смогу, и буду очень огорчена, если они начнут играть в дурацкую гордость и не захотят этим воспользоваться. К тому же это и вообще чушь — человек вполне может показать, на что он способен и чего он стоит, и с деньгами и без них.

— Совершенно с вами согласен, — снова сказал Дик. — Где вы держали свой медальон?

— В шкатулке на туалетном столике.

— Посмотреть можно?

— После обеда, — непреклонно сказала Вильгельмина, и Дик покорился.

— Простите, — робко заговорила Хетти, подняв голову от тарелки, — а о каком кредите вы говорите, не секрет?

— Если бы это был секрет, мы не стали бы говорить об этом в вашем присутствии, — улыбаясь, ответила Вильгельмина. — Да здесь и вообще нет секрета ни от вас, ни от кого-то другого. Я хочу занять в банке денег, чтобы открыть свой магазин. Буду там продавать продукты. Я всегда об этом мечтала.

— Может быть... вы возьмете деньги у меня? — еще более робко спросила Хетти. — Я не знаю, что с ними делать... правда...

Вильгельмина пододвинула ей блюдо с рыбой и ободряюще похлопала ее по руке. Дик Уиллет рассмеялся.

— Вы знаете, — начал он, обращаясь к Хетти, — вам просто феноменально повезло. Вы ведь не просто получили кучу денег, а еще сразу же сможете пристроить их как нельзя лучше. Я верю в талант мисс Вильгельмины... — Он внезапно замолчал. Каждый раз, когда приходилось произносить «мисс Вильгельмина», это раздражало его, потому что он никак не мог понять, что ему здесь не нравится.

Вильгельмина сдвинула брови.

— Вы думаете, это будет этично? — неуверенно спросила она.

— Не только этично, но еще и по-человечески, — без запинки ответил Дик, со значением глядя на нее. Оба не могли не понимать, что жизнь Хетти теперь резко изменится, что она к этому не готова и может даже по неопытности попасть в беду.

— Ну хорошо, — решилась Вильгельмина. — Но действовать мы с вами будем так: пойдем завтра к адвокату, и я возьму деньги взаймы под те проценты, которые считаются в деловом мире разумными и справедливыми. Оговорим и сроки, все как положено. Иначе не выйдет! — она слегка повысила голос, потому что увидела, что Хетти собирается возражать. — Если мой бизнес будет удачным, вы можете не забирать своих денег, а получать соответствующий вашему вкладу доход.