Журнал «Искатель» – Искатель, 2003 № 06 (страница 1)
ИСКАТЕЛЬ 2003
№ 6
© «Книги «ИСКАТЕЛЯ», 2003
Содержание:
ПЛАТА ЗА СТРАХ
Повесть
*ПЛАНЕТА, КОТОРОЙ НЕ БЫЛО
Рассказ
*ПОЗВОНИТЕ В НЕБЕСНУЮ КАНЦЕЛЯРИЮ
Рассказ
ПЛАТА ЗА СТРАХ
1. СЛОВО БОЦМАНА
С Наташей Рябцевой я познакомился чуть больше полутора лет назад — когда уже был готов поверить в свою счастливую звезду. Тогда я пригнал из Турции чуть ли не целый контейнер всякого барахла и наконец-то отдал долги, грозившие разорить меня. Конечно, думал и о будущем, переведя часть прибыли в доллары, но, как и полагается сибирскому купцу, сперва решил хорошенько гульнуть. Две недели не вылезал из кабаков, накачиваясь крепкими напитками и угощая приятелей, которые в ответ угощали меня.
У нас тогда сложилась теплая компания: я, Леха Махнов, Саня Шнейдеман и Генка Каледин. Все мы, кроме Генки, знали друг друга с детства — выросли в соседних высотках, что рядом с площадью Калинина в Заельцовском районе Новосибирска.
В тот вечер мы отмечали Новый год, вернее, его канун. Так уж у нас повелось, что долгая череда зимних праздников для нас начинается не тридцать первого декабря, а числа этак с тридцатого — впрочем, не для нас одних, как мы могли судить по заполненному до отказа ресторану «Созвездие рыб».
Нас было четверо парней и две девчонки. Как раз в то время я снова остался один — повздорил с очередной подругой, решившей вывернуть наизнанку мой кошелек. Я сидел у края столика, лениво потягивал водку, попыхивал сигареткой, пошучивал над перебравшими друзьями, но чем больше вокруг веселились, тем чаще посматривал по сторонам.
Отгрохав что-то приблатненно-разухабистое, музыканты заиграли медленное, и наши парочки удалились танцевать. Я проводил их взглядом — и вдруг забыл обо всем на свете.
Возле самой сцены, обнявшись, танцевали парень с девчонкой. Как выглядел парень, уже и не помню, — но вот девчонка!
В темно-синем, с люрексом, явно дорогом платье, с длинными, до талии, светлыми волосами, перехваченными серебристым ободком, она могла бы украсить обложку любого журнала. Но, глядя на ее идеальную фигуру, выразительное лицо и пухлые губы, я грешным делом представлял ее фото-моделью «Плейбоя».
Когда танец кончился, я повернулся к сидевшему рядом Генке Каледину. Он работал в частном охранно-сыскном бюро и по долгу службы был знаком со многими состоятельными людьми Новосибирска.
— Ген!.. Видишь вон ту, в синем? Знаешь, кто она?
Генка посмотрел. Подумал. И мрачно спросил.
— В синем?
— Да.
— Ухлестнуть хочешь?
— А что?
— Не советую.
— Это почему еще? — Меня злила его манера уходить от ответа на простой вопрос.
— Ее зовут Наталья, а фамилия у нее — Рябцева. Тебе это ни о чем не говорит?
— Нет.
— Это дочка Боцмана, местного авторитета. — Генка наигранно зевнул. — Ну, как? Прошло?
Что и говорить, Генкины слова произвели на меня должное впечатление. Я замолчал и на какое-то время перестал прикладываться к спиртному. Но потом, когда снова заиграли медленную мелодию, решился — встал, подошел к столикам, занятым крепкими мордоворотами с золотыми цепями на бычьих шеях, и пригласил на танец Наталью. За их столиками, сдвинутыми вместе, повисла гробовая тишина. Я почувствовал на себе неприязненно-тяжелые взгляды, но девушка встала и даже мило улыбнулась.
…Когда я вернулся к нашему столу, Генка, восхищенно глядя на меня, сообщил:
— Славка, ты — покойник.
Если бы Генка знал, чего я наговорил Наташе, пока танцевал с ней, он, наверное, не стал бы так шутить. Но Генка не знал, а я не стал говорить ему — ни о дерзостях, которые себе позволил, ни о свидании, назначенном мне дочкой местного авторитета.
Через месяц я открыто ухаживал за дочкой Боцмана — и не встречал особого отпора с ее стороны. Не думаю, что так уж нравился ей. Свой успех я объяснял не столько личными достоинствами, сколько недостатками ее обычного окружения.
При этом, как ни странно, никакого давления извне я не ощущал. Ко мне не подходили для
В конце концов я потерял терпение и съездил в Академгородок к родственникам средней дальности, где и договорился об аренде квартиры на одну ночь. Сообщение об этой удачной сделке Наташа встретила ободряющей улыбкой.
Пятнадцатого февраля — я хорошо запомнил этот день — мы с Наташей поехали за город. На Бердское шоссе я вырулил уже около шести вечера, когда на пригород опускались сумерки. Магнитола наигрывала что-то попсовое, я нес какую-то галантную чушь, Наташа возбужденно хихикала — словом, вечер сулил быть удачным.
Перед поворотом в Матвеевку ко мне сзади пристроилась какая-то машина. Сначала я не придал, этому значения, но автомобиль вдруг добавил газу и поравнялся со мной. Он оказался темно-синим джипом «Чероки».
— Черт, — простонала Наташа, увидев машину. — Это же отец!
От моего хорошего настроения не осталось и следа. А тут еще джип вырвался вперед и принялся подрезать меня, вынуждая остановиться.
— Тормози, — сказала Наташа упавшим голосом. — А то они что-нибудь устроят…
У нее задрожал подбородок. Да и я, честно говоря, порядком струхнул.
Дублируя действия водителя джипа, я остановился у обочины. У иномарки открылись обе передние дверцы, и по сторонам машины выросли две фигуры. Наташа тяжело вздохнула.
— Папа был за рулем, — сообщила она. — Значит, что-то задумал…
Две темные фигуры неторопливо двинулись к моей машине. Что ж, надо было держать марку. Я открыл дверцу и тоже покинул автомобиль.
Один из подошедших имел внешность обычного боксера-тяжеловеса, покончившего со спортом, зато другой…
Он был без шапки, в расстегнутом коротком полушубке, под которым виднелся строгий деловой костюм с ослабленным галстуком — в другое время я бы принял его за директора какого-нибудь солидного предприятия, а не за бандита. Снег медленно падал на его холеную седую шевелюру, но мужчина не обращал на это никакого внимания. Его глаза буравили меня сквозь стекла очков в тонкой оправе.
— Здравствуйте, — сказал я, потому что надо было что-то сказать.
Вместо ответного приветствия мужчина представился:
— Виктор Эдуардович.
Я даже вздрогнул — наверное, меньше удивился бы, если бы человек в дорогом костюме, с охранником и джипом назвал себя Боцманом.
— Вячеслав… — начал я и запнулся, посчитав отчество излишним в данной обстановке.
Виктор Эдуардович покачал головой и взялся за ручку пассажирской дверцы моей машины. Открыл.
— Пересядь ко мне, — тоном, не терпящим возражений, бросил он в салон. — Слышишь?
Наташа молча вышла из «Жигулей» и направилась к джипу.
— Борис, проводи, — махнул телохранителю Виктор Эдуардович. Когда боксер и Наташа скрылись за тонированными стеклами иномарки, он снова посмотрел на меня.
— Ну, Славочка… Что делать будем?
Мне стало не по себе. По опыту я знал, что когда бандюги начинают обращаться к тебе уменьшительно-ласкательно, жди какой-нибудь пакости.
Я пожал плечами. Было холодно. У меня уже начали мерзнуть уши — я стоял без шапки. Впрочем, Виктор Эдуардович тоже не был сторонником зимнего закаливания.
— Знаешь что, Славочка, — сказал он. — Уже холодно, давай-ка поедем обратно. Садись за руль и езжай за мной. Только имей в виду! Поеду я быстро и советую тебе не отставать. Если отстанешь или потеряешься, потом пожалеешь об этом.
Мне может не понравиться, что моя дочь ездит с типом, который не умеет водить машину.
С этими словами Виктор Эдуардович повернулся и пошел к своей тачке. Я трясущимися руками вытащил сигарету, прикурил и, пока садился за руль, успел сделать три или четыре глубокие затяжки. Гонка не обещала ничего хорошего, но выбора у меня не было.