Жуля Кендзикунду – Колебимые (страница 5)

– Ты можешь говорить? – юный волшебник впал в панику, на его лице проступили слёзы.

Девочка пошевелила губами, но не смогла сказать ничего.

– Сейчас подойдёт Петир, он поможет! Держись…

– Ма… – девочка едва смогла что-то промямлить.

– Что? – переспросил ребёнок.

– Ма… мама… – у девочки могли бы политься слёзы, но их, видимо, совсем не осталось.

Микитка обнял бедную девочку. Он понял, чьи свежие обглоданные кости лежали рядом с ней.

Ребёнок грел её и пытался успокоить. Руки девочки были плотно примотаны сзади к выступу на стене. Поняв это, Микитка отпустил её, немедленно снял рюкзак. Из него он быстро достал нож, а после развязал сложный хаотичный тугой узел гоблинов.

Тогда он обнял её вновь и она прижалась к нему, как только могла. У неё совсем мало сил. Девочка не была холодной, но ей точно не хватало всё это время тепла другого человека.

Спустя какое-то время в подземелье спустился сам Петир.

– Эх! – прокричал он с задором в главной комнате. – Эти твари меня так бесят. Микитка, ты в порядке? Ты где?

Из той комнаты загорелся свет. Ученик сразу узнал свечение, которое обычно создаёт его учитель.

– Я здесь! Тут девочка! – с тяжестью на сердце крикнул Микитка.

– Что? – Петир пошёл на его голос.

Он вошёл. В комнате стало светло. У девочки оказались красивые рыжие кудрявые волосы. На её теле разорванная льняная одежда, похожая на одежду Микитки.

– Мы… мы должны помочь, Петир. Обязаны! – слёзно попросил Микитка.

– Вот те на. Жалко девчушку. Оставим в ближайшей деревне. – сухо проговорил наставник.

– Что? Что ты такое говоришь?!

– Успокойся, всё будет хорошо. Давай, её нужно поднять на землю. В рюкзаке есть сменная рубашка моя, отдадим.

Мужчина заметил свежие кости возле девочки.

– Они… они делали с тобой это? – обратился к девочке Петир.

Бедняжка помолчала, её лицо скривилось. Волшебник сделал вывод, но она объяснила его ошибку:

– Н-нет…

– Очень хорошо. Мы сможем помочь тебе.

Волшебник поднял детей с помощью невидимой длани, земля легко пропустила их наверх.

Наверху невероятно светло. Микитка перестал поддерживать кошачье зрение, а девочка закрыла своими ручками себе глаза.

– Ты… ты привыкнешь… как долго ты там была?

Она лишь помотала головой.

Петир поднялся наверх.

– Кладки? – уточнил Микитка.

– Да, сжёг.

– Мерзкие монстры… какие же они…

– Рок всех сапиенсов, ужасный рок Седьмого Пути. Его воплощение на нашей земле. – стал говорить с грустью Петир.

– Я не хочу, чтобы она ходила, Петир.

– Мне несложно её понести на спине. Такому великому магу – это раз плюнуть. Мы скоро должны будем пройти ту речку, о которой говорил нам глава поселения. Там оставим. Наверняка, она оттуда.

– Если оттуда, тогда хорошо… – не очень уверенно сказал Микитка.

– Ей с нами нельзя, мой дорогой ученик.

– Д-да…

Петир подошёл к девочке. Она всё ещё боялась убрать руки от глаз.

– Слушай, недотрога, – обратился к девочке наставник, – открой же глазки, посмотри на своих спасителей. Ха-ха!

– Д… да… – ответила девочка.

Она наконец-то убрала ручки и открыла глазки. Такие красивые зелёные зрачки, невинное честное личико. Ей пришлось долго привыкать к свету солнца, но всё же она увидела Петира и Микитку за ним.

– Спа… спасибо… – малышка попыталась изобразить улыбку. Ей это пришлось очень тяжело.

Мужчина дал девочке отпить из его фляги, хотя ученик был уверен, что в ней всегда какой-то алкоголь. Микитка достал рубашку Петира из рюкзачка и передал бедняжке, та, неловко продевая руки, смогла её надеть. На ней одежда наставника была так велика, что больше походила на платье. Петир объяснил девчушке необходимость залезть к нему на спину, она послушалась.

Юный волшебник обратил внимание на тела гоблинов. Они почти распались в сухой чёрный пепел.

– Молванг… – с ненавистью и грустью проговорил Микитка.

Эти ужасные монстры даже не могут чувствовать угрызения совести, им никогда не понять, какие ужасные поступки они совершили там, под землёй. Они, будто животные, но более дикие, гадкие… покинутые богами, обречённые на забвение. Если бы Микитка мог бы, он бы истребил их всех, до единого.

Группа направилась дальше.

Глава 4. Грива

Петир честно нёс девочку на своей большой мускулистой широкой спине. Для своего ученика он выглядел по-особенному мужественно. Микитка часто примечал для себя, что его учитель очень красивый и сильный мужчина. Этим он привлекал ребёнка даже больше, чем папа.

Властный, упорный, агрессивный… магистр может обидеть, но всегда защитит. Ему очень хочется доверять, но Микитка никогда не забывался и помнит, что в их отношениях есть и должна быть граница. Но всё же какие бы разумные доводы не приходили на ум, ученик всё равно понимает, что Петир для него – не просто учитель.

В какой-то момент девочка верхом на наставнике даже заснула. Поняв это, очень неуместно Петир сказал своему ученику, что животное спит возле тебя только, если доверяет. Микитка вежливо промолчал.

Именно подобные фразы, мысли учителя всегда настораживают Микитку.

Они шли так чуть больше двух часов, пока их путь действительно не прервала довольно крупная речка с неожиданно сильным течением. Моста не было видно, а тропинка, судя по всему, спускается ниже по течению реки. Тогда Петир молча повернул вслед за стёжкой, и группа пошла дальше.

Запах реки казался Микитке очень интересным. Чувствуя лёгкую горечь, но в то же время и живость воды, ребёнок был каждый раз рад увидеть, как из речки периодически выплёскивалась какая-нибудь рыбёшка.

Поскольку девочка спала, а никто не хотел её будить, напарники шли всё время молча, и нельзя представить радость Микитки и, скорее всего Петира, когда она неожиданно сказала громко и чётко: «Рыба!».

– Рыбка плавает в воде, не бывать тебе в беде! Ха-ха! – развеселился Петир и шатнул девчушку, чтобы поднять ей настроение.

– Не делай так! – вежливо попросил Микитка перестать, хотя малышке это определённо нравилось.

– Говорят, величайший полководец из всех Росен умел управлять течением рек, направлять их движение так, чтобы сметать противников с поле боя! Эх, великий был, однако ж, человек!

– Слышал это имя прежде… – ребёнок вспомнил сказки, которые ему рассказывали родители.

– Он же стал первым консулом Республики!

– «Росенова лень» – это про него?..

– Да, есть такая фраза… – задумался Петир, – видишь ли, говорят, что воевода сильно болел и не мог принимать участие в боях непосредственно.

– Тогда как же он воевал?

– Умом и властью, росточек!