Жозефина Лорес – Тот, кого нельзя вызывать (страница 10)
– За Агафьей следить будешь! А я – ведьма! Сама знаю, что делаю.
Наступила секунда ошеломленной тишины, а потом Осип хмыкнул и спокойно заметил.
– Вот так, Мир! Демона приручила. Молодец! А ты тут со своим ножиком… клади на место.
Радмир убрал руку.
– Ну, я… я просто…
Любава, чтобы разрядить обстановку, снова засуетилась.
– Ну, все, все, хватит! Садись за стол!
Мы уселись. История повторилась. Сначала натянутая тишина, украдкой брошенные взгляды. Но общая атмосфера праздника, предвкушение Новолетия и щедрый ужин делали свое дело.
Радмир, согревшись и подобрев, стал рассказывать про свою невесту Агафью, дочь местного лесника, у которого он работал помощником.
– Рукодельница, – хвастался он, – к празднику мне рубаху новую вышила! Смотрите!
Он полез в огромный кожаный баул, что притащил с собой, и достал рубаху из тонкого белого полотна, украшенную по вороту и манжетам замысловатой красно-синей вышивкой. Все принялись ахать и охать, передавая рубаху по кругу. Дошла очередь и до меня. Я осторожно взял ткань. Вышивка была и правда искусной, узоры сложными, нитки яркими.
– Красиво, – сказал я, потому что больше ничего в голову не пришло.
Радмир, польщенный, кивнул.
– Ага! Агафья – мастерица! Говорит, после свадьбы и тебе, Мусечка, что-нибудь вышьет. Хотя, раз у тебя теперь… – он запнулся, кивнул в мою сторону, – свой охранник…
Он не договорил, но уже не «птица» и не «зверь», а «охранник». Прогресс налицо. Я еще раз изучил вышивку. Узоры были сложными, переплетение нитей – идеальным.
– Искусная работа, – отметил я, потому что ценил мастерство, – орнамент напоминает защитные руны третьего круга.
Все замолчали, уставившись на меня.
– Это как? – насторожился Радмир.
– Ну, – я почувствовал себя неловко под пристальными взглядами.
– В Таранкусе подобными символами ограждают владения от непрошеных гостей. Вышивка… э… просто радует глаз.
Я передал рубаху обратно, и братец уложил ее в баул.
– Ну, хоть разбираешься в чем-то полезном, – сообщил он, не развивая тему дальше.
Разговор потихоньку оживился. Радмир, пустился в рассказы о лесе, своей работе и предстоящей свадьбе. Любава сияла, глядя на своих детей. Осип молча курил трубку у печи, но по его глазам было видно, что он доволен.
Я сидел и слушал. Этот быт, эти заботы были так далеки от моей вечной борьбы за место под кровавым солнцем Таранкуса. И в этом было что-то невероятно притягательное. Спокойное. Настоящее.
Маруса, заметив мою задумчивость, тихо тронула меня за рукав.
– Все хорошо? – прошептала она.
– Неожиданно, – так же тихо ответил я – они не такие, как я думал.
– А ты что думал?
– Что они будут бояться. Ненавидеть. Сторониться.
– Видишь, – она улыбнулась.
– Мир не делится только на черное и белое. В нем есть место и для демонов, которые плохо летают, но хорошо оценивают вышивку.
Она тепло улыбнулась и погладила меня по руке.
Мы разошлись далеко за полночь. Мне постелили отдельно от Марусы, уступив старую комнату ее брата. Что ж, я решил не шокировать родителей моей ведьмы больше необходимого.
Засыпал я с улыбкой.
* * *
Наступило утро Новолетия. Дом наполнился суетой. Это была радостная, деловая суета. Любава командовала на кухне, выпекая горы пирогов и пряников. Осип и Радмир отправились во двор. Они расчистили от снега место для костра, принесли и сложили дрова.
Мне и Марусе поручили самое ответственное – украсить дом. Мы развешивали по стенам связки сушеных трав и ягод, гирлянды из орехов, гроздей рябины и яблок. А также пучки соломы – символы будущего урожая. Я с моим ростом оказался незаменим при развешивании всех этих украшений. Да, я снова пару раз чуть не свалился с табуретки, но меня не осмеивали, а только подстраховывали.
– Эй, демон, держи! – кричал Радмир и бросал мне очередную связку рябины, которую я ловко хватал на лету.
– Аккуратнее, Стрих, не порви крылом занавеску! – вторила ему Маруса с деловой озабоченностью.
Я ловил яблоки, вешал гирлянды и внутри меня разливалось странное, теплое чувство. Меня не терпели. Мне радовались. Меня использовали по хозяйству. Это было прекрасно.
Кульминацией дня должен был стать обряд разжигания нового огня. Старый огонь в печи аккуратно погасили, засыпав золой. Во дворе, на подготовленном месте лежала груда сухих щепок и несколько поленьев.
Осип перед этим от огня в печи зажег специальный факел для обряда и торжественно протянул ее… мне.
– На, раздуй, – коротко сказал он.
– У тебя с жаром проблем нет.
Все замерли. Это была огромная честь – разжечь первый огонь Новолетия. И ее доверили мне. Чужому. Демону!
Я взял горящую деревяшку. Посмотрел на окружающие меня лица: на счастливое и гордое лицо Марусы, на одобрительный взгляд Осипа, на заинтересованное лицо Радмира, на добрую улыбку Любавы.
Я не стал использовать никаких демонических сил. Не стал изрыгать пламя, как это делают некоторые мои могущественные, но невоспитанные сородичи. Я просто наклонился к костру со сложенными сухими поленьями, сунул туда факел и, как делал это уже много раз за последние месяцы, осторожно, почти по-человечески, раздул тлеющие угли своим дыханием. Пламя вспыхнуло, ровное, яркое, жаркое.
– Гори-гори ясно, чтобы не погасло! – хором крикнули все, и хваткие руки Марусы подхватили меня и потащили в хоровод вокруг нового огня.
Я, невезучий до сей поры демон из Таранкуса, плясал с людьми вокруг костра в какой-то забытой Богиней деревне. И я был счастлив.
Потом были подарки. Я, следуя совету Марусы, вручил Осипу отточенный до бритвенной остроты обломок черного обсидиана из моего родного мира. Из него получилось отличное лезвие для скобеля. Любаве подарил мешочек со сбором ароматных трав растущих в лесу и на поле возле Забродья, которые придавали сил. К нему я добавил большой кусок ароматного мыла, который сварил своими руками. Радмиру достался причудливо изогнутый рог мелкого неразумного демона Таранкуса, который мог бы стать отличной рукоятью для ножа.
И мне тоже дарили. Простые, душевные подарки. Деревянную ложку с замысловатым узором, вырезанную Осипом. Теплые шерстяные носки от Любавы. Кусок домашней копченой грудинки дикого кабана от Радмира. Для меня эти подарки были лучше любого золота.
Вечер Новолетия плавно перетек в ночь. Огонь в очаге весело потрескивал, отбрасывая на стены причудливые тени. Я перестал прижимать крылья, и огонь подчеркивал их контур черной тенью на бревнах стены за моей спиной. Мы сидели за столом, уставленным пустыми мисками и блюдами, на которых остались только крошки от пирогов. Настроение было теплым, расслабленным. Я так наелся, что уже мечтал полежать.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.