Жорж Блон – Великие тайны океанов. Тихий океан. Флибустьерское море (страница 22)

Туземцы Аляски. Гравюра из книги «Путешествие по всему миру на „Буссоли“ и „Астролябии“». 1792

Когда Флёрио де Лангль ступил на сушу, чтобы забрать последний груз воды перед отплытием, он запасся множеством небольших подарков, надеясь оставить у островитян хорошую память о французах. Туземцы яростно стали вырывать подарки друг у друга, самые сильные и наглые завладели почти всем. Те, кому ничего не досталось, обратили свой гнев не на соплеменников, а на дарителей. Они стали бросать в них камнями и угрожать. Флёрио де Лангль мог произвести залп из ружей, но помнил о миролюбивых наставлениях короля. Он предпочел отдать приказ об отплытии. В него попал камень, и он пошатнулся. Повторялась сцена смерти Кука, со времени которой минуло девять лет. Когда сопровождавшие капитана люди бросились на его защиту, оказалось, что ружья подмокли и не стреляли. Двенадцать человек, в том числе Флёрио де Лангль и натуралист Ламанон, были убиты.

За два с половиной года экспедиция, которую Людовик XVI задумал как мирное плавание, потеряла более тридцати человек. Вышеупомянутый английский капитан сообщил, что «Буссоль» и «Астролябия» покинули Ботанический залив 10 марта 1788 года, за четыре месяца до его собственного отплытия.

Больше вестей от Лаперуза не было. Никогда.

События, потрясшие Францию, объясняют неспешность, с которой снаряжалась спасательная экспедиция. Парижское Общество естествоиспытателей обратилось в Национальное собрание, которое в феврале 1791 года вынесло постановление «о необходимости оказать помощь Лаперузу и его команде». Спустя еще семь месяцев два корвета под командованием контр-адмирала Д’Антркасто ушли из Бреста. Прошло уже три с половиной года, как «Буссоль» и «Астролябия» покинули Ботанический залив.

Никто не хотел верить в смерть Лаперуза и его спутников. Быть может, ради успокоения совести люди предпочитали считать их пропавшими, нашедшими пристанище на каких-то островах, «бросившими нас ради более гостеприимных небес». Командующий эскадрой оставался в ведомостях личного состава флота, и мадам де Лаперуз исправно получала жалованье мужа.

При подготовке экспедиции «Форель» переименовали в «Поиск», а «Дюранс» – в «Надежду». Оба названия больше соответствовали целям путешествия. Д’Антркасто получил указание, которое счел интересным. Английский капитан Джордж Оуэн по возвращении из Бомбея слышал, что к северу от Новой Гвинеи, на островах Адмиралтейства, были найдены обломки французского корабля. Туда Д’Антркасто и решил направиться.

Луи-Филипп Крепен. Гибель шлюпок экспедиции Лаперуза у берегов Аляски в 1786 году. 1806

Во время стоянки у мыса Доброй Надежды до него дошел еще один слух: другой англичанин, капитан Хантер, вроде бы видел на островах Адмиралтейства людей в форме французских моряков, подававших ему сигналы. Сильное волнение на море помешало ему пристать к острову. Добросовестный Д’Антркасто останавливался повсюду, где надеялся обнаружить следы пребывания «Буссоли» и «Астролябии». Но тщетно.

Однажды майской ночью 1793 года дозорный сообщил об острове по левому борту. При свете звезд была видна пена разбивавшихся на рифах волн. Д’Антркасто, уже больной смертельной лихорадкой, сверился с картой: островок на нее нанесен не был. Мореплаватель прошел мимо, однако дал островку название. В точке с координатами 11° 40' южной широты и 164° 37' восточной долготы он написал «остров Поиск» – по названию своего корвета. Если бы капитан распорядился осмотреть этот островок, он мог бы написать «остров Находки». И тайна Лаперуза была бы раскрыта задолго до 1827 года.

21 июля 1793 года тело Д’Антркасто со всеми почестями опустили в воду в виду берегов Новой Бретани. Ровно шестью месяцами раньше голова короля Франции скатилась с эшафота. Залезая в повозку, которая должна была отвезти его на площадь Революции (бывшая площадь Людовика XV, будущая площадь Согласия), Луи Капет[7] – исторически достоверная деталь – спросил тюремщика:

– Есть ли вести от Лаперуза?

Вестей не было.

Через тридцать четыре года другой корабль, также называвшийся «Поиск», а вернее, «Рисёрч», поскольку плавал под британским флагом, подошел к атоллу Ваникоро, который со времени смерти Д’Антркасто никто не называл островом Поиск. Его капитан Питер Диллон уже долгие годы бороздил Коралловое море. В этих местах тайн для него не было, кроме одной, которую он мечтал раскрыть.

Луи Ле Бретон. Крушение «Астролябии» Лаперуза на рифах Ваникоро в 1788 году. 1830-е

Несколькими месяцами ранее он посетил остров Тикопиа, где туземцы продали ему серебряную гарду шпаги. На ней был выгравирован герб. Питеру Диллону показалось, что он узнал герб Лаперуза. Имя великого мореплавателя было известно всем морякам мира. Питер Диллон, говоривший на всех наречиях этого региона, опросил жителей Тикопиа. Они сообщили ему, что в последние годы серебряные чайные ложки, топоры, чайные чашки к ним привозили рыбаки, рискнувшие добраться до отдаленного атолла Ваникоро. Продавая свои сокровища, туземцы рассказывали о двух французских кораблях, которые давным-давно потерпели крушение у их берегов, а люди утонули. По другим сведениям, их убили.

Жером Картелье. Контр-адмирал Жюль Дюмон-Дюрвиль. 1846

Питер Диллон горел желанием тут же взять курс на Ваникоро, но в Пондишери его ждали судовладельцы, и он не решился ослушаться. Прибыв в порт назначения, он рассказал об услышанном, показал гарду шпаги и попросил Ост-Индскую компанию направить его на место предполагаемого кораблекрушения. Он получил согласие и покинул Пондишери, взяв на борт господина Эжена Шеньо, официального представителя Франции.

7 июля 1827 года он прибыл на Ваникоро. Потребовалось некоторое время, чтобы завоевать доверие туземцев, но затем они всё рассказали. Два корабля с Духами прибыли к ним. Это случилось много лун назад. Один из кораблей разбился на рифах. «Наши предки хотели подойти ближе, чтобы рассмотреть Духов, но те послали огненные шары, сеявшие смерть». Однако боги благословили стрелы, и предки смогли убить всех Духов с этого корабля.

Туземцы сообщили, что второй корабль выбросило на песчаный пляж. На нем были невоинственные Духи, они раздали подарки. Их вождь с таким же торчащим длинным носом, как и у остальных, разговаривал с луной с помощью палки. Другие Духи, стоя на одной ноге, день и ночь охраняли лагерь, где за деревянными загородками строили маленькое судно из остатков большого. У всех «одноногих» были железные палки. Через пять лун после их прибытия Духи уплыли на борту своего маленького судна.

Луи Ле Бретон. Дюмон-Дюрвиль и его команда на острове Нуку-Хива (Маркизские острова). 1846

Позже выяснилось, что рассказ сознательно приукрасили и внесли изменения. Питер Диллон сумел расшифровать выражения туземцев: «длинные носы» оказались треуголками, «палка для разговоров с луной» – подзорной трубой, «одноногие» были часовыми, неподвижно несущими стражу, а «железные палки» – их ружьями. Он отыскал в море, вблизи берега, несколько бронзовых пушек и морской колокол, надпись на котором смог прочесть: «Меня отлил Базен, Брест, 1785». Он выловил якоря и бронзовые грузила. Туземцы продали ему доску, на которой был выгравирован цветок лилии, а также подсвечник с гербом. Герб, как выяснилось позже, принадлежал господину Колиньону, одному из натуралистов в составе экспедиции Лаперуза. Были приобретены и другие мелкие предметы, подробную опись которых составили в присутствии господина Шеньо.

Титульный лист книги Жюля Дюмон-Дюрвиля «Путешествие к Южному полюсу и в Океанию на корветах „Астролябия“ и „Усердный“». 1846

В апреле 1828 года Диллон приплыл в Калькутту. Его ждала новая миссия: лично доставить королю Франции найденные вещи. Он прибыл в Париж в феврале 1829 года. Карл Х тут же принял его и наградил орденом Почетного легиона, вручил 10 тысяч франков в качестве возмещения расходов и назначил пожизненную пенсию в 4 тысячи франков. По крайней мере одному человеку кораблекрушение Лаперуза принесло удачу.

В то же время, когда Питер Диллон покупал на Тикопиа гарду шпаги, капитан второго ранга Дюмон-Дюрвиль уходил из Тулона с официальной миссией поиска «Буссоли» и «Астролябии», о которых тогда ничего не было известно.

Любой портрет Жюля Себастьена Сезара Дюмон-Дюрвиля свидетельствует, что у этого человека был трудный характер. Он сам рассказывал, как еще ребенком требовал от матери, чтобы она называла его волком. Позже соученики Императорского лицея Кана дали ему кличку Медведь, а офицеры именовали Совой. Красивый, физически развитый, несмотря на свои зоологические клички, молодой человек взял в жены юную Адель, редкая красота которой, как он сам говорил, была «наименьшим из ее достоинств».

В 1819 и 1820 годах он принимал участие в гидрографических экспедициях на Черном и Эгейском морях. За находку на острове Милос Венеры без рук, великолепной скульптуры, которую приобрело французское правительство, он получил крест Святого Людовика. Назначенный первым помощником капитана на корвете «Кокий» («Раковина»), которым командовал Дюпре, он исследовал побережья Новой Гвинеи и Новой Зеландии, проливы Торреса и Кука, а по пути изучал различные диалекты Океании. За 32 месяца он 7 раз пересек экватор и прошел 25 тысяч лье без единого происшествия.