Женя Виненко – Тринадцатое чувство (страница 6)

Безусловно, отношения парочки начались с секса. У Мирного все, что касалось женщин, в первую очередь ассоциировалось с удовольствием. А Ия как нельзя лучше подходила под его идеал ‒ четко в пределах диапазона типичных кукол: длинноногая, стройная, с миловидным личиком, частично благодаря пластике. Однако пару раз покувыркавшись в постели оба молодых человека осознали, что не хотят терять ту дружественную связь, что возникла между ними. Точнее Сева так считал. Шеврун же согласилась с выводами, испытывая дикую боль от расставания. По крайней мере она могла оставаться рядом с любимым человеком в качестве друга.

‒ Почему я узнаю, что ты уволился из академии от посторонних лиц? ‒ обиженно надула розовые щечки Ия. ‒ Представляешь, как я переживала?!

‒ Ты смогла достать то, о чем я просил? ‒ без предисловий, оправданий и прочей ерунды, первым делом поинтересовался Мирный.

Он не сомневался, что за ним наблюдают. Поэтому предложил встретиться в привычной обстановке ‒ популярном, но закрытом баре «Кабинет», где оба гостя были завсегдатаями. Все выглядело как очередная встреча старых товарищей.

‒ Нет, ‒ с досадой брякнула Шеврун. Ей хотелось, чтобы Сева хоть иногда обращал внимание на ее искреннюю заботу. ‒ В курсе, что попросил раздобыть дело с грифом «СС9»?! Откуда у обычного программиста такой доступ.

‒ Ты не «обычный», не юли. Что-то да нашла, раз не отказалась прийти выпить.

‒ То есть желание увидеть близкого человека, потому что соскучилась, не рассматривается?

Мирный мученически завел глаза. Иногда Ия вела себя так, словно они женаты лет двадцать. На девушку его реакция воздействия не возымела. Она только сильнее принялась отчитывать:

‒ Ни звонка, ни сообщения: где ты, что с тобой. Раньше списывались по три раза в неделю, а тут прошел месяц! Я обыскалась. Домой заезжала несколько раз. Ты что, нашел новую работу? Переехал? Влюбился, черт подери?

‒ Успокойся. Расскажу, что смогу, но позже. А сейчас мне важно знать, что ты выяснила.

‒ Хрен с тобой, бездушный болван.

‒ Да в чем дело? Почему все вдруг стали употреблять это неприятное ругательство? Я что, правда так плох?

‒ Еще хуже, чем представляешь, ‒ со знанием дела поддакнула Шеврун. Она сделала пару дыханий из йоги, чтобы успокоиться, и заговорила, незаметно для себя понижая голос: ‒ Я не смогла раздобыть нужную папку. Ее в электронной картотеке не существует. Но, если верить стороннему источнику, есть бумажная версия. Я смогла выяснить, где она хранится. Но все это, возможно, слухи и выдумки.

‒ Так ты полагаешься на своего доносчика или нет? ‒ раздраженно уточнил Сева.

‒ Еще спрашиваешь, почему ты болван?! ‒ Ия сердито выхватила бокал с напитком из рук друга и залпом осушила сама. ‒ Речь идет о засекреченном архиве проекта «Вертикаль». О нем ходят слухи, но очень ненадежные. Якобы эта программа заменила советскую «Сетку10».

‒ Проект «Вертикаль» говоришь? ‒ в честь хороших новостей Мирный потребовал у бармена три шота и тут же их опустошил. ‒ А точное место знаешь? Склад наверняка огромный.

‒ Не просто «огромный», ‒ с энтузиазмом подхватила Шеврун, повторяя за ним действия со стопками. ‒ Мне нашептали, там хранятся материалы со времен союза. А я-то думала, после распада все секретные документы продали ЦРУ. Постой, ‒ подозрительно щурясь, девушка с каждой секундой становилась мрачнее, ‒ ты не удивился, услышав название, ‒ дошло до нее наконец. ‒ Не верю! Ты что, подсел на глупые теории заговоров?

‒ Не перебарщивай. Разве плохо меня знаешь?

‒ Потому и очумела. Все, что я рассказала, ‒ не имеет смысла. Но если архив и существует, ты туда все равно не попадешь.

‒ Мощная система безопасности?

‒ Не то слово. Пожалуй, ты единственный, кто смог бы ее обойти. Однако до места еще нужно добраться. Меня предупредили, что здание находится на охраняемой территории какого-то научного центра. И дело не только в количестве патрулей. Там камеры чуть ли не из унитаза на тебя смотрят, а в ночное время воздух патрулируют дроны.

‒ За это не беспокойся. Так ты знаешь, где искать папку?

‒ Конечно, нет! ‒ возмутилась Ия, будто само предположение звучало нелепо. ‒ Я сомневаюсь, что проект такой существует, что уж говорить о документах. Все что мне известно из слов осведомителя: внутри есть электронное оборудование с локальной картотекой. Он дал номер нужного дела. Этого достаточно, чтобы узнать местоположение папки.

***

‒ Мобильник, часы, спортивный браслет, ‒ ничего из электроники нельзя.

Мирный раздавал последние наставления, перед тем как они с Дубравиной нелегально отправятся в архив. Она все также ему не доверяла и ставила под сомнение любое слово, от чего процесс двигался медленно и добавлял проблем. По крайней мере напарница не отказалась участвовать в сомнительной затее и, следуя уговору, осталась в офисе дольше обычного.

Как только кабинеты опустели, заговорщики спустились в подвал, на подземную парковку, где Сева умудрился вычислить траекторию «слепых зон». В одной из них он припарковал служебный Рендж Ровер, где агенты и переоделись в черные маскировочные костюмы.

‒ На объекте установлена особая система безопасности ПОПУ13: протокол обнаружения посторонних устройств, ‒ тихо объяснял Мирный, помогая сообщнице натянуть балаклаву.

‒ «ПОПУ», ‒ согнувшись пополам, беззвучно рыдала от смеха Лина. ‒ Вы сами решили аббревиатуру в качестве названия использовать или у вас такой креативный отдел маркетинга? А цифра ‒ это сколько попыток «внедрения» ПОПУ пережила?

‒ При мне такого не было, ‒ Северина Владленовича немного задела реакции напарницы. Могла бы и уважение проявить. Он понятия не имел, как дела обстоят сейчас, но в его время команда в первую очередь старалась над результатом, а не придумывала «бренды». И он всегда превосходил ожидания. ‒ Хватит ржать, лучше запоминай, что говорю. В помещении стоят датчики распознавания последнего поколения. Вся техника, что не числится в системе, сразу выдаст чужака. Я попытаюсь незаметно провести нас внутрь, на сильно ограниченное время, но доказательств мы с собой не заберем.

‒ Как «не заберем»?! Это обычная папка. Что сложного в том, чтобы ее вынести? ‒ возмущенно спросила Дубравина очевидную, на ее взгляд, вещь.

‒ Ни в коем случае, ‒ категорически запретил Мирный. Мысленно он проклинал напарницу. Они зря тратили драгоценное время на спор. На улице все сильнее накрапывал дождь, способный испортить планы. ‒ Каждая бумажка на складе имеет микроскопический чип. При контакте с температурой, отличающейся от архивной, он разрушится. На основной пункт охраны моментально поступит сигнал, что документ покинул здание. Нас поймают, не успеем чихнуть. Единственное, что нам под силу: проникнуть внутрь, быстро изучить дело и покинуть помещение до того, как нас обнаружат.

‒ Ладно, умник. Не отставай.

Лина знала каждый закоулок базы, так что до конечной точки сообщники добрались без казусов, ‒ ни один дрон не засек. Но вот с системой безопасности архива осведомитель Ии не ошибся. Насколько бы Сева не считал себя гениальным, пришлось порядочно повозиться. Дубравина нервничала. Ее и без того нулевое доверие, с каждой минутой уходило глубоко в минус. Когда замок щелкнул, и тяжелая дверь отъехала в сторону, взломщики облегченно выдохнули.

‒ На все про все пятнадцать минут, ‒ напомнил Мирный. ‒ Чтобы найти отсек с папкой, придется поколдовать еще и над электронной картотекой.

Девушка ничего не ответила, по ее лицу ясно читалось: плевать, сколько у них времени, она в лепешку разобьется, но добудет информацию.

Нарушители осторожно вошли внутрь. В свете аварийного освещения обстановка выглядела не четко, но размах увиденного все равно поражал: ни одного окна, ‒ то, что они видели снаружи, являлось обманкой; вход-выход единственный, через который агенты проникли; неимоверное количество вентиляционных систем, датчиков, климат-контролей и ничего из мебели, кроме массивных металлических стеллажей высотой до потолка и одинокого терминала, встроенного в стену.

К счастью, с архивным компьютером Сева справился за пару минут. А вот с расположением папки повезло меньше. Предстояло бежать к дальним секциям. Лине так не терпелось, что она пришла к финишу первой. Однако, едва, протянув руку к нужному отсеку, испуганно отпрянула. Красные сигнальные огни забегали по помещению. Звука не последовало, но зато в полной тишине ясно слышался шорох опускаемых защитных заслонок.

‒ Твою мать! ‒ выругался Мирный и, не оглядываясь, бросился обратно к компьютеру. ‒ Осталось несколько минут до того, как нагрянет охрана. Возвращаемся! Попробую нас вытащить.

Только добежав до терминала, Сева обнаружил, что Дубравина и не думала его слушать. Она осталась на месте. Ради заветной папки дрянная девка не гнушалась пожертвовать и своей свободой, и чужой.

‒ Сука, ‒ буркнул агент и на ситуацию, и не на поддающийся манипуляциям систему, и на глупую напарницу.

Буквально в последнюю минуту Мирному удалось обойти защитные коды и вынырнуть наружу. Он собирался оставить Лину внутри, когда услышал торопливый топот. Увесистая дверь медленно закрывалась. Северин Владленович встал перед выбором. Не придержит дверь, ‒ девчонка останется внутри. Спасаться самому или помочь Дубравиной? Напарница не сдаст его, он не сомневался. Но Липкая, зная о прошлом Севы, с легкостью догадается, кто был вторым. Инстинкт самосохранения сработал безотказно.