Женя Онегина – Зима, любовь, экстрим и хаски (страница 6)

– У него температура сорок. И снижаться никак не хочет. Трясет его знатно. Крепкий вообще парень, если сегодня весь день на ногах провел. Алена переживает, вдруг пневмония. Напичкала его таблетками, сказала, с ним посидит, пока жар не спадет. Вы к собакам? Темку с Сильвером возьмите. Всем полезно будет.

К своему стыду, про Сильвера я совсем забыла.

А пес был хорош. Настоящий породистый сибирский хаски. Такие стоят немереных денег. Их давно уже разводят ради красоты и загадочных разноцветных глаз. И Сильвер тут не исключение. Яркий аквамарин и прозрачный осколок льда. Видно, что пес умный. Хозяина слушает, если считает нужным. И Лаки не тронул в итоге. Хотя я думала, что сожрет и не подавится.

– Вань, сходи за Артемием, – предложила я. – А я пока первую пятерку соберу.

– Нет уж, ты иди к гостям. А я к собакам.

– Они не гости, – серьезно напомнил Костя. – Они хозяева, ребят. Давайте не забывать об этом.

– Ну а ты что скажешь, Буров? – спросила я Костю, когда Оленев скрылся за деревьями. – Как тебе Царевич?

– Он хороший парень, Зойка. Но только здесь не от хорошей жизни. Он может исполнить твою мечту, между прочим. Не мешай ему, хорошо?

– И не собираюсь, – ответила я и отвернулась.

Вдруг стало обидно до слез, что все мои друзья, моя команда, мои самые близкие люди защищают Даниила. От меня. Это было по меньшей мере несправедливо.

– Зойка, ты что? Рыдать, что ли, удумала? – забеспокоился Буров. – И так дождь идет! Нечего тут сырость разводить! Знаю я тебя, Зоя, с пеленок, считай. И характер у тебя, моя дорогая, не сахар! Только Царевич твой – не собачка. И плясать под твою дудку не станет. А вышвырнуть вон из «Медвежьего угла» может. Чисто теоретически.

Я хотела возмутиться, но вовремя прикусила язык, отлично понимая, что Костя прав. Ведь он переживал за меня, собак и «Медвежий угол». План Царевича был хорош. Единственным недостатком его было то, что хозяйкой «Медвежьего угла» теперь была не я.

Пожалуй, нужно еще раз сказать папе спасибо и смириться.

– Ты чего притихла? – спросил Костя. – Козни строишь?

– Пытаюсь быть хорошей девочкой, – ответила я и даже улыбнулась. – Я все понимаю, Буров. И буду стараться.

Вместо ответа Костя обнял меня за плечи и притянул к себе. Я недовольно зафыркала, когда ледяные капли с его дождевика попали мне в лицо, но он только усмехнулся и крепче прижал меня к себе.

Артемий ждал нас на крыльце. Закутанный с головы до ног в непромокаемый плащ, он все никак не мог решиться выйти под дождь. У его ног тоскливо поскуливал Сильвер.

– Темка, девушка за тобой пришла! – заголосил Костя. – Бери пса и идите знакомиться с «Медвежьим углом».

– Ночь на дворе, – заметил Артемий. – И дождь. Мы вокруг домика с Сильвой обойдем, дела сделаем и баиньки. Мне еще с хозяином его всю ночь сидеть!

– Тема, пойдем лучше с нами, – позвала я. – Сильвер четверо суток был в дороге, ему нужно размяться, а тебе – отдохнуть. Ваня ждет нас, пойдем.

– А вдруг они подерутся?

– Не подерутся, – отмахнулась я. – Мы Альбуса возьмем и девочек. Сильвер – воспитанный мальчик, он девочек не тронет.

Артемий вздохнул, сдаваясь, прицепил Сильвера на поводок и вышел под дождь.

– Ты не переживай, парень, – сказал Костя. – За Данькой мы с Аленой присмотрим пока. Ребята вам еды принесут. А то толком поесть не успел.

– Спасибо, – ответил Тема и повернулся ко мне: – Так куда идти? Тут так темно, что ничего не видно.

– Сейчас уйдем из-под фонарей – и будет проще, – сказала я. – Когда на базе гости, мы включаем подсветку по всей территории. Но сейчас это только лишние траты. А собаки любят темноту.

– Разумно, – согласился Тема. Сильвера он отпускать не стал, но пес и не рвался. Бежал немного впереди и с интересом обнюхивал каждый куст.

Ваня ждал нас у банного спуска. Небольшой овраг с покатыми краями врезался в русло реки, образуя маленький пляж. На одном из берегов оврага стояла банька, на другом – экохижины.

Иван, как мы и договаривались, вывел на прогулку Альбуса, двух обормотов, Ниро и Вульфа, и девчонок. Белла и Роузи покосились на Сильвера с опаской. Тот приветливо завилял хвостом, надеясь познакомиться ближе. Молодые псы нетерпеливо заерзали на месте. Но Альбус коротко рыкнул, и все разом затихли. Даже Сильвер и Артемий.

– Какой он огромный, настоящий волк! – проговорил Тема с нескрываемым восхищением и опаской одновременно.

Альбус и правда был похож на волка. Крупный, но поджарый зверь с умными глазами и сильными лапами. Его густая шерсть уже давно была с проседью, а местами и вовсе стала белоснежной. Альбусу было тринадцать лет. И чувствовал он себя отлично, если не считать глухой тоски, в которую пес погрузился после смерти моей бабушки. Мы поддерживали его как могли, развлекали, баловали и порой в своей любви доходили до крайностей. Альбус снисходительно относился к нашим слабостям, но только к Косте действительно испытывал теплые чувства. Идея отдать ему на воспитание молодняк принадлежала моей маме. И это сработало. Старый пес взялся за дело рьяно и даже с огоньком. Нахальные щенки Ниро и Вульф выросли, но все равно ходили за ним хвостом. А мы уже подумывали о том, чтобы познакомить Альбуса с Молли и ее выводком.

Сильвер проявил почтение. Склонил голову набок, прижал уши, припал на передние лапы, заискивающе виляя хвостом. Альбус фыркнул, лениво обнюхал нового знакомого, одобрил и принял в свою стаю. Сильвер немедленно воспрял духом, рыкнул на Ниро и Вульфа, призывая не фамильярничать.

– Думаю, сейчас уже можно его отпустить, – заметила я. – Они познакомились и вряд ли подерутся.

– А вдруг он сбежит? – заволновался Артемий. – Мне Данька голову оторвет!

– Куда сбежит? В Сочи? – уточнила я, а Ванька заржал.

– Ну почему сразу в Сочи? – обиделся Тема.

– Его хозяин здесь; я уверена, что Сильва умный пес и совершенно не рвется на свободу.

Артемий все еще сомневался, но я спустила Ниро и Вульфа, и те немедленно скрылись в лесу. И Сильвер начал рваться за ними. Теме ничего не оставалось делать, кроме как смириться.

Спустя час с небольшим продрогшие насквозь, усталые, но довольные мы вернулись к вольерам, а Артемий с Сильвером отправились в домик охотника. И я совершенно не хотела знать, как и где Тема будет отмывать пса от темной ноябрьской грязи.

Лаки послушно ждала меня во дворе питомника. Мы быстрым шагом обошли территорию базы и отправились спать в наши комнаты, расположенные в мансарде большого дома. Уже почти засыпая, я старалась представить, что ждет «Медвежий угол». Но так и не смогла.

Глава пятая

Определенно, я жив. И пусть перед глазами до сих пор стоит темнота, я знаю, что все еще существую. Тело ноет нещадно. Каждая мышца, каждая клеточка, каждый миллиметр кожи. Любые движения, даже простой поворот головы, доставляют адский дискомфорт. Все болит так, что я боюсь дышать. Черт возьми! Что вообще произошло?

Я точно помнил, что до «Медвежьего угла» мы добрались. И даже обустроились на новом месте. Вредная девчонка с емким именем Зоя, ужин в просторной гостиной с камином, толпа незнакомых людей, и Сильвера рядом нет…

А потом…

– Тема… – мой собственный голос кажется мне чужим, незнакомым. Горло саднит, и становится трудно дышать. Мокрая от пота футболка противно липнет к телу. – Тем…

Слышатся торопливые шаги.

Где-то рядом хлопает дверь. Яркий свет разрывает царящий в комнате мрак. Я пытаюсь приподняться на подушке, но у меня ничего не выходит. И без сил падаю на кровать.

– Данька?! – радостно восклицает друг. – Очнулся?

От его звонкого голоса моя голова готова расколоться на части. На много частей. Я недовольно морщусь и снова пытаюсь подняться. От холодного света лампы начинают слезиться глаза. Я делаю вдох, чтобы ответить, но захожусь кашлем. В горле пересохло.

Артемий протягивает мне кружку. Я жадно пью, и теплый горько-кислый морс с каждым глотком возвращает меня к жизни. Рядом с кроватью скулит Сильвер. Я протягиваю руку, чтобы потрепать его за ушами, но верная псина тут же принимает это за приглашение забраться ко мне в постель. Огромная горячая туша ложится мне на грудь и начинает вылизывать лицо.

– Сильва! Фу! – хриплю я. – Сильвер, уйди!

– Сильвер, брысь! – рявкает Артемий.

Хаски недовольно ворчит, но отступает и ложится у меня в ногах.

– Ты как? – спрашивает друг.

– Хреново, – отвечаю я честно. – Как будто бульдозер по мне прошелся. И как здесь оказался, я не помню.

– Тебя Костя притащил, – говорит Артемий и явно ждет, пока я что-нибудь вспомню.

– Нас на ужин позвали, потом я рассказал про рекламный тур… И все. Меня пытались отравить?

Темка смеется, но как-то невесело.

– Это первое, что я подумал, брат, когда ты свалился под стол, – признается он. – Но все оказалось проще, Дань. У тебя грипп. Температура была за сорок. Алена с тобой ночь сидела, компрессы меняла. Пока ты бредить не прекратил.

– Алена?

– Жена Костика, милая такая девчонка. Блондинка, – напоминает мне друг и смотрит с интересом. – Уютная такая.

Алена вспоминается легко. Но щеки тут же опаляет жаром, а следом и всю мою изрядно помятую тушку снова бросает в пот. Сильвер недовольно скулит в ногах.

– Черт, – бормочу я. – Едва знакомая девица возилась со мной всю ночь… Ночь же?

– Ага, тебя после трех где-то отпустило. Зойкина мама сказала, что если температура не начнет спадать, то скорую вызывать. Но мы справились!