Женевьева Валентайн – Лучшая фантастика XXI века (страница 99)
Но сегодня, несомненно, был настоящий праздник. По-прежнему держа девочку за руку, каппа слезла с телеги и растворилась в толпе.
– Держись крепче, – сказала она девочке. – Не отпускай руку. Не хочу потерять тебя среди этих людей.
Они смотрели, как мимо прошествовал длинный дракон, за ним шагали львы из красных и золотых искр. Под ними виднелись ноги в сандалиях. Когда небо потемнело, став аквамариновым, начались фейерверки; огни вспыхивали, как звезды в глубине небесных вод. Каппа и девочка шли мимо прилавков, с которых продавали всевозможные товары: сладости, части схем, сушеные фрукты, цветы. Каппа купила девочке коробочку конфет, и та стала есть в приятной тишине. Это хорошо, думала каппа, видя, что девочка ведет себя как нормальный маленький ребенок. Она мягко потянула икирио за руку.
– Все в порядке?
Девочка кивнула, потом нахмурилась.
– А это что?
Грохот фейерверков стал вдвое громче. Последовала неожиданная какофония звуков. Из-за угла выбежал отряд женщин-тигриц, в церемониальных доспехах и высоких золотых шапках. Женщины были вооружены пиками и делали вид, что нападают на толпу. Девочка пронзительно вскрикнула.
– Тише, – сказала каппа; сердце ее упало. – Видишь? Это просто игра.
Девочка прижалась к платью каппы, поднесла руку ко рту.
– Они мне не нравятся. Такие большие.
– Это значит, что идет богиня, – сказала рядом какая-то молодая женщина. Говорила она снисходительно: горожанка просвещала невежественных крестьян. – На главной площади началось шествие – оттуда оно направится сюда и дальше, в Нан-Онг.
– Слышишь? – спросила каппа, крепче сжимая руку девочки. – Ты увидишь богиню. – Она наклонилась и шепнула девочке на ухо: – Ты ее помнишь?
– Богиню? – шепотом ответила девочка. – А кто это?
Каппа нахмурилась. Женщина-тигрица точно сказала, что девочка – от Ай-Нами. Может, икирио просто не помнит? Но это вызывает новые вопросы о ее происхождении и возрасте.
– Скоро увидишь, – сказала каппа, чувствуя: что-то неладно.
Из-за спин высоких людей каппа увидела начало процессии – скачущего пса-льва. Вначале она подумала, что цилиня изображает группа людей, но потом поняла, что мифическое животное вполне реально. Его золотые глаза вращались, длинный красный язык болтался. Девочка до боли сжала руку каппы.
– Не бойся, – сказала каппа, – он на привязи.
Дрессировщики напряженно следили за ним, но смеялись и кричали что-то друг другу, когда цилинь встряхивал своей великолепной гривой. Дальше следовал паланкин, его несли на плечах четверо существ, немного похожих на каппу, но более крупных и внушительных. Их спины покрывали тяжелые блестящие панцири. Они шли со своей ношей, улыбаясь. Эти существа – носильщики-черепахи, цилинь, женщины-тигрицы – все были собственностью двора. Никто другой не смел выращивать такие существа или владеть ими (другое дело – обычные каппы, которых вывели очень давно для физического труда на фабриках и на малайских рисовых полях). Каппа помнила такие существа со времен своей жизни при дворе, помнила и о том, что происходило за закрытыми дверями для развлечения богини Тан Чен и ее гостей. Каппа нисколько не жалела о Тан Чен, но, говорят, Ай-Нами еще хуже.
– Приближается наша богиня, – негромко сказал кто-то в толпе. Раздались возгласы удивления и восторга. Если бы только они знали, думала каппа. Но так всегда лучше. Она посмотрела на приближающиеся носилки: занавеска отдернута, и сама Ай-Нами выглядывает в окно и машет толпе. Ее овальное лицо раскрашено в традиционной манере – по коже скользят разноцветные полосы. Сверкают большие черные глаза, обведенные золотом. Сам воздух вокруг нее, кажется, насыщен благоуханием и блеском. Удивленная каппа отступила на шаг. Иллюзия и голограммы, ничего больше, но она никогда не видела, чтобы кто-нибудь был так похож на богиню.
– Как она прекрасна! – сказала женщина рядом с каппой, бешено аплодируя.
– Да, – нахмурившись, согласилась каппа.
– И так добра к нам.
– Правда?
Каппа повернулась, ожидая увидеть понимающую улыбку, цинично кривую усмешку, но женщина, казалось, говорила совершенно искренне.
– Конечно! Теперь стало безопасно ходить ночью по улицам. Она приходила в мой дом и сама поднялась по лестнице, чтобы лично все увидеть, а потом приказала расчистить канал. Теперь у нас снова есть чистая вода и электричество. И на всех углах бедным раздают пищу – с субсидированных ферм. Сейчас все намного лучше.
В толпе послышались одобрительные возгласы. Каппа, удивленная, посмотрела на девочку.
– Ты все это слышала?
Но лицо девочки выражало ужас. Глаза закатились, так что видны были только сине-белые полоски, на губах выступила тонкая полоска пены. Она тянула каппу за руку. Каппа немедля взяла ее на руки и вынесла из толпы к пустой скамье. Усадила ребенка, села рядом. Икирио, казалось, почти ничего не сознавала, она что-то негромко бормотала и бранилась.
– Что случилось? – спросила каппа, но девочка не ответила. Каппа бросилась назад к толпе и обратилась к одной женщине: – Мне нужен врач. Побыстрей.
Женщина обернулась.
– А что случилось?
– Моя подопечная больна. Может, жара… не знаю.
– За углом на улице Чен больница, но, думаю, сейчас они все смотрят шествие, – сказала женщина.
Каппа тоже так думала, но выбора у нее не было. Вдруг девочка умирает? Она подняла икирио на руки и через просвет между домами (всего лишь несколько лачуг) понесла на улицу Чен. Вероятно, благотворное влияние Ай-Нами сюда еще не распространилось – а может, дошло: уличные колонки работали, и, когда каппа нажала на кнопку, забила чистая вода. Каппа смочила край платья и вытерла лицо девочки, а потом понесла к синей звезде, обозначающей больницу.
Вначале ей показалось, что женщина права и здесь никого нет. Но, стоя перед дверью, она заметила в глубине фигуру. Тогда она постучала в стекло. Показалась крупная сильная женщина в красном платье. Когда она увидела каппу, лицо ее скривилось.
– Мы закрыты!
– Пожалуйста! – воскликнула каппа.
Она показала ребенка, которого держала на руках. Что-то бормоча, женщина отперла дверь.
– Заноси ее. Положи сюда, на диван. Тебе повезло, что я здесь. Забыла цветочные лепестки, чтобы бросать на участников шествия. Что с ней?
– Не знаю. У нее припадки – не знаю, что это такое.
– Ты ее нянька?
– Да.
– Она очень бледна, – сказала женщина. – Бедняжка. Лекарей нет. У нас их трое, все занимаются традиционным лечением. Попробую их вызвать. – Она пальцами сжала мочку. Каппа увидела зеленый огонек. – Ма Шен Ши? Это я, я в больнице. Тут маленькая девочка потеряла сознание. Можешь прийти?
Ответ как будто был положительным.
– Садись, – сказала женщина. – Он скоро придет.
Каппа ждала, глядя на ребенка. Девочка стонала и бредила. Кулаки ее были сжаты.
– У нее раньше бывало такое состояние? – спросила женщина.
– Нет. Случались лишь… кратковременные припадки.
Каппа подняла голову, услышав, как открылась дверь. Вошел пожилой мужчина маленького роста, в красном платье лекаря, с сигаретой во рту.
– Иди, бросай лепестки, – сказал он женщине. – А ты, каппа, займись чем-нибудь полезным. Завари чай. Я осмотрю ее.
Женщина исчезла в теплой тьме снаружи. Каппа неохотно отыскала за столом регистраторши чайник и включила его, потом бросила в три чашки три шарика чая, все время при этом наблюдая за лекарем. Тот осмотрел глаза и уши девочки, вытащил ее язык, резко постучал по коленям и локтям и проверил пульс. А потом просто сидел, закрыв глаза и вытянув руку над неподвижной девочкой. Каппе хотелось спросить, что он делает, но она не смела вмешиваться. Девочка часто задышала, как дышат собаки. Лекарь открыл глаза.
– Что с ней? – шепотом спросила каппа. – Ты знаешь?
– Я точно знаю, что с ней, – сказал лекарь. Он подошел к столу и глотнул чая. – Можно выразиться так: она икирио. Отличный образец мастерства.
Каппа смотрела на него.
– Так мне сказали, когда принесли ее ко мне. Но что такое икирио?
– Икирио – существо из легенд, из старых преданий, которые рассказывают на островах Ниппон. Это дух.
– Эта маленькая девочка
– Я и не говорю, что легенды во всем правдивы, – сказал лекарь. – Я до сих пор видел только одного икирио, мужчину. В старинных преданиях их создают из злобы, из злой воли, проецируя тьму подсознания.
– А сейчас?
– А сейчас это дети, принимающие на себя чьи-то худшие аспекты, – клоны, несущие темные элементы личности. Эмоции, концепции, чувства извлекаются из оригинала и вселяются в пустого хозяина. Эта девочка – чье-то худшее. Знаешь чье?
Каппа колебалась. Она прекрасно знала, кто это проделал – Ай-Нами, сверкающая золотая богиня, отправившая в болота эту малую часть себя. Потом она вспомнила женщину в толпе, очистку канала, дом со свежей водой и электричеством. И этого было достаточно, чтобы она медленно сказала:
– Нет, не знаю.
– Что ж, это кто-то очень богатый; возможно, это сделали ради любимого ребенка. Ребенок может пристраститься к наркотикам или выпивке, у него могут проявиться какие-то генетически заложенные психические нарушения, и тогда выращивают клона, передают ему эти части ребенка и отсылают. Это стоит целое состояние. Когда-то это назвали бы черной магией. Теперь – черной наукой.