Женевьева Навроцкая – Артефакт для наследницы (страница 33)
Сайлас бросил на нее задумчивый взгляд. Разве она не сказала несколько дней назад, что приехала в Сент-Ивори
– Когда мы приехали, все выглядело так, словно Агата готовилась, – задумчиво проговорила Клэр. – Помнишь, ты спросила Хейла, не убирал ли кто-то товар? Еще и это письмо… Если она не убивала себя, то знала, что за ней придут. – Она снова повернулась к Люсьену. – Почему тебя не было здесь? Разве ты не видел, что она к чему-то готовится?
– Это случилось на Лугнасад, – ответил Люсьен. – Два раза в году я могу покинуть это место, чтобы посетить Холмы или Аннун. Один из этих дней – канун Лугнасада.
Алистер присвистнул:
– Хейл за целый месяц не смог ничего найти, а ты просто смотрел, как здесь что-то вынюхивает смертный?
– Я же сказал, что не мог рисковать, потому что потерял часть своих сил, – процедил Люсьен. – И я не знал, что он делает: он ведь был нотариусом, а я в личные дела Агаты никогда не вникал.
– Хорошо, картина проясняется. – Клэр помассировала пальцами переносицу и начала перечислять, загибая пальцы. – Мы имеем непонятную книгу, за которой охотится куча волшебников. Книга зашифрована, и ее расшифровки, скорее всего, спрятаны где-то в лавке. – Сайлас заметил, как напряглись Алистер с Люсьеном, но Клэр продолжала беззаботно щебетать, не обращая на него никакого внимания, словно он был членом их безумного семейства. – Допустим, хотя мы пока не уверены в этом, Хейл убивает Агату и подстраивает все так, чтобы это выглядело самоубийством. Но почему тогда он не нашел расшифровки? Зачем убивать единственного человека, который знает, где они?
– Вы, конечно, простите за такой глупый вопрос. – Серафина, толком не спавшая несколько суток, явно с большим трудом могла уследить за полетом мысли Клэр. – Но о какой книге речь? Неужели…?
Алистер бросил тяжелый, но какой-то слишком смиренный взгляд на Клэр, немало удивив Сайласа своим спокойствием.
– Та самая, – просто сказал он, посмотрев на Серафину.
Серафина непонимающе нахмурилась, а затем ее лицо вытянулось от удивления:
– Не может быть.
– Еще как может, – возразил Алистер.
– Значит, из-за расшифровок этой книги, открывающей Хранилище с крутыми магическими артефактами и древними знаниями, на семью Софи охотятся уже двести лет? – уточнила Клэр, приподняв бровь. – А этот Хейл, получается, работает на Ригби? Или они работают вместе?
– Не думаю. – Алистер почесал щетину и изобразил в воздухе кавычки. – «Ригби» не стал бы связываться с приспешником церкви, а наш Хейл, судя по его болтовне, связан с кем-то из инквизиторских радикалов.
Клэр вопросительно повела плечом.
– Откуда такие познания об этом Ригби? Мне казалось, что ты знаешь не больше нас.
Сайлас до последнего надеялся, что пронесет, но Алистер обратил на него слишком внимательный взгляд серых глаз и криво ухмыльнулся.
– Никто не ответит лучше, чем Сайлас, правда ведь? Расскажи, куда делся Томас Мален после того, как вы с ним под ручку шагнули в портал после устроенной в Солисе кровавой бани. Или его лучше будет назвать мистером Ригби, чтобы ты точно понял, о ком речь?
Больше всего его беспокоила реакция Софи, но она лишь устало прикрыла глаза, словно ожидала чего-то подобного.
– Ригби и есть Томас, – спокойно сказала она. – Наследник Ордена, о котором ты мне рассказал?
Сайлас напряженно кивнул. Он все равно мог продолжать гнуть линию о том, что не работает с ним.
– Ладно, поступим так. – Клэр встала из-за стола и подбоченилась, как начальник, готовый раздавать приказы. – Сначала ты, – указала она на Сайласа, – расскажешь, на кого работаешь, а сразу после этого мы спустимся в подвал и узнаем, на кого работает Хейл и зачем он убил Агату. И поверь мне: если вы заодно, лучше тебе начать придумывать эпитафию.
– Томас применил ко мне свои чары подавления разума и заставил открыть дверь в Теневой город, – повторил он то же самое, что рассказал Софи. – Когда мы попали туда, его влияние развеялось, он был сильно ранен. Я попытался вернуться, но испугался, что меня лишат магии, и просто сбежал. Конечно, я слышал о Ригби и по описанию его сил не мог не догадаться, кто это, но мы ни разу не встречались.
– Ладно, в любом случае, если ты соврал, это станет понятно по реакции Хейла, – заявила Клэр, откинув волосы за плечо. – Идем? Хочется уже разобраться с этим волшебным дурдомом, сбагрить его колдунам и забыть все как страшный сон.
Сайлас поймал встревоженный взгляд Софи и улыбнулся уголками губ. Одну руку он держал в кармане – все не мог выпустить из пальцев амулет. Когда она искренне, открыто улыбнулась ему в ответ, Сайласу показалось, что амулет стал чуточку теплее. Невыносимо захотелось снова взять ее за руку, чтобы почувствовать не только ее тепло, но и то, как тьма вокруг растворяется, а свет пробивает толстую корку налипшей за последние годы грязи. Но он стряхнул это наваждение и прошел мимо, опустив глаза в пол. Не стоит привязываться к этому ощущению. Все равно это временно. Он найдет расшифровки, и больше они никогда не встретятся.
Сайлас совершенно не мог понять, почему от этого его захлестывает едкое разочарование, скребущее под ребрами. Будто ему не все равно. Будто уютный дом и красивая девчонка, рядом с которой хочется быть кем-то лучше, важнее свободы.
Будто у него есть хотя бы крошечный шанс вернуться к прежней жизни и узнать, как бы она сложилась, не соверши он ту роковую ошибку. Нет, такие мечты отсекать нужно сразу, потому что они не принесут ничего, кроме болезненного разочарования. В конце концов, на что может рассчитывать предатель, спаливший все мосты? Только на то, что, упав в холодную мутную воду, ему удастся побарахтаться еще какое-то время, прежде чем тьма затянет его окончательно.
Софи думала, что уже разучилась удивляться, но обнаружить подвал в подсобке, куда она заходила почти каждый день, было действительно неожиданно. Деревянная крышка пряталась под тем самым ящиком, который принадлежал Люсьену и который Софи в первый день не смогла открыть. Теперь его выставили в лавку, где он сильно мешал проходу. Пол вокруг него был заляпан кровью и черными следами подошв, некоторые полки оказались сдвинуты. Софи ужаснулась, подумав о том, как выглядят их задний двор и порог.
До открытия оставалось два с половиной часа, и она даже знала, чем всех занять. Разумеется, после разговора с Хейлом. Решиться было нелегко, но ей действительно хотелось докопаться до правды и узнать, кто убил бабушку и… отца. Труднее всего оказалось поверить, что все это время Софи была права – когда отказывалась верить, когда убеждала маму и всех вокруг, что он не мог пойти на такое.
И сейчас она как никогда была близка к истине, но тоненький трусливый голосок внутри умолял повернуть назад: убеждал ее, что от этой правды лучше не станет.
– Я спущусь первая, – бескомпромиссно заявила Клэр.
– Чтобы, если он освободился, сразу огрел тебя по голове? – недовольно пробурчал Алистер, оттаскивая ее от края. – За тобой Люсьен вдогонку не кинется, так что даже не рассчитывай. Еще свой костюмчик от Прада испачкаешь.
– Волнуешься о моей одежде? – елейно протянула Клэр. – Как мило. Не переживай, все равно я в нем хожу только дома.
– Он прав, не стоит рисковать, – холодно заметил Сайлас, заглянув в черный провал. – Вдруг он действительно нападет? Пусть Люсьен лезет, с ним ничего не случится.
– А может, тебя туда скинем? – раздраженно отозвалась Клэр, подавшись вперед, будто действительно собиралась его столкнуть. – По тебе никто плакать не будет.
В груди у Софи заворочался зудящий ком беспокойства. Она бы волновалась за любого, кто вызвался идти туда первым, даже за Люсьена, хотя с ним действительно вряд ли что-то могло случиться. Просто не хотелось, чтобы кто-то из них пострадал.
В подсобке из-за столпотворения было нечем дышать. Сайлас и Клэр начали спорить. Алистер задумался о чем-то, а Серафина устало привалилась к стене и разглядывала облупившийся черный лак на ногтях. Никто даже не заметил, как Софи покачнулась из-за головокружения. Ей очень повезло, что еще один скучающий участник всеобщего безумия молчаливо стоял позади.
Придержав ее рукой за талию, Люсьен прижал Софи ближе к себе. Она почувствовала, как напряглась его грудь, а волосы у нее на макушке слегка пошевелились от шумного выдоха. Он определенно вел себя иначе с тех пор, как спас ее, но Софи было странно думать, что он смущается и не знает, что делать. Хотя именно это и происходило, что было совсем не похоже на Люсьена, которого она успела узнать. Слегка развернувшись, она подняла взгляд и увидела, что он хмурится, разглядывая ее.
От него исходила нечеловеческая прохлада, благодаря которой в голове немного прояснилось, но она не успела его поблагодарить.
– Достали! – фыркнула Серафина, оттолкнувшись от стены. – Если сунется ко мне – дам в глаз. Может, он вообще сбежал или помер: вы тут орете, а от него ни звука.
– Ты-то куда, – процедил Алистер, не выпуская руки Клэр из своей, потому что она все время порывалась то ли спуститься первой, то ли толкнуть Сайласа.
– Не переживайте, я умею не только зелья варить.
Осмотрев гнилые покосившиеся ступени, Серафина включила фонарик и начала медленно спускаться. Сначала ее голова исчезла в черном провале, затем раздался приглушенный стук подошв о зашуршавшую землю, а потом что-то заскрипело, и в подвале зажегся свет.