Женевьева Навроцкая – Артефакт для наследницы (страница 27)

– Погоди. – Он посмотрел на Софи, глядящую на него с тем же подозрением, что и Клэр, и из глубин разума вдруг выплыло запоздалое осознание. – Серафина… Пауэлл?

– Пауэлл-Сомер, – уточнила Софи.

– Вот черт! – раздраженно прошептал он, кинувшись к вешалке.

– Стоять!

Клэр вскочила из-за стола, но не успела бы. Сайлас бросил взгляд на наставника, который даже не дернулся в его сторону, так и продолжая молча смотреть на него с какой-то нечитаемой эмоцией, и метнулся в гостиную. Перескочив через половину ступеней, он выбежал на порог – и только там понял, что совершенно не представляет, где искать ведьму.

Дождь до сих пор не закончился. Если она и пошла туда, куда он подумал, то могла использовать ключ-портал или пройти тайными тропами… Поисковое заклинание не может привести к человеку. Прекрасно было бы иметь порошок итера, обнаруживающий следы. В голове билась лишь одна мысль: лишь бы она не пошла в Конгрегацию. Это будет конец. Сайлас приходил в лавку много раз, там остался его магический след. Его выследят, а значит, доберутся и до штаба…

– Мр-мяу? – раздалось из-под ноги.

Сайлас посмотрел вниз и увидел кота. Что ж, в такой ситуации можно и рискнуть.

– Ты видел, куда пошла ведьма? – спросил он без особой надежды: глупо ведь надеяться, что это волшебный кот. Однако животное очень осознанно моргнуло и спрыгнуло с крыльца. На тропинке он обернулся, словно проверяя, идет ли Сайлас. Он выбежал под дождь, и кот припустил на задний двор, откуда обычно приходил.

Там росли высокие кусты, которые было трудно не заметить, ведь лавка стояла особняком от всех домов на улице. Сайлас почувствовал магию, очень похожую на свою, только созданную не виатором. Кто-то использовал активатор порталов, чтобы сформировать сжатие именно здесь. Это показалось ему странным, и он невольно провел рукой по колеблющейся границе, пытаясь считать хоть какой-то опознавательный знак. Но через шелест дождя вдруг послышался другой шум – открывшаяся дверь и торопливые шаги. Больше медлить он не мог.

Плюнув на меры предосторожности, Сайлас раздвинул сухие ветки и шагнул в сжатие, которое внезапно закрылось за его спиной. Это значило лишь одно: кто бы ни установил эту штуку, на ней был ограничитель. И Сайлас только что воспользовался самым последним проходом.

От второго хлопка двери Софи вздрогнула, и это мгновенно вытащило ее из оцепенения.

– Так и знал, что сбежит, – хмыкнул Люсьен. – Ну, нам же лучше.

Клэр, после неудачной попытки догнать Сайласа присевшая на стул, тут же взорвалась:

– Лучше?! Да с тех пор как мы приехали, ни дня не прошло, чтобы ничего не случилось! Если этот маньяк навредит Серафине… Надо ей позвонить! Слава богу, у нее хотя бы раскладушка есть, в отличие от вас, пещерных жителей.

– Сайлас ей ничего не сделает, – заявил Алистер, скрестив руки на груди, и Софи только теперь поняла, что произошло.

Сайлас узнал Алистера. И это явно была не самая приятная встреча.

– Спасибо, что поделился своим авторитетным мнением, великий мастер Ордена джедаев. – Клэр закатила глаза и, набрав номер Серафины, поставила звонок на громкую связь. – Но я лучше подстрахуюсь.

Гудки не прекращались, эхом отдаваясь в ушах, и Софи вдруг поняла, что забыла отдать Сайласу заказ. А вдруг он больше не вернется?

– Он не забрал амулет, – пробормотала она, кинувшись к лестнице.

– Куда… – возмутилась было Клэр, но телефон перешел на автоответчик, вынудив ее отвлечься.

Спустившись в лавку, Софи схватила из корзинки амулет и выбежала на крыльцо. Глупо было надеяться, что Сайлас еще не ушел, но она приняла решение раньше, чем успела подумать.

Дождь и не собирался заканчиваться. Сильные порывы ветра сносили оставшуюся листву, и она тут же превращалась в разноцветное месиво на асфальте. Из-за угла вдруг послышался слишком громкий шорох, и Софи без раздумий выбежала под дождь. Сгустившиеся за домом тени казались объемными. Из-за пасмурной погоды в шесть часов вечера было гораздо темнее обычного, и все же Софи смогла разглядеть силуэт.

Присмотревшись, она тихо сказала:

– Сайлас? Ты… не забрал…

С каждым словом ее уверенность таяла, потому что силуэт выглядел странно. Он, как манекен, недвижимо стоял в темноте, и только когда Софи попятилась, отмер и быстрым шагом двинулся в ее сторону.

– Расшифровки, – зашипел он, схватив ее за руку. – Не смей говорить, что их нет в лавке, это наглая ложь! Они нужны мне. Сейчас!

Софи от страха сжалась, не в силах закричать или вывернуться. Голос показался ей знакомым. Неужели Ригби вернулся?! Почему сейчас?!

Мысленный поток прекратился, когда ее прижали к стене, а горла коснулось холодное лезвие. Софи оцепенела, сжав в руке амулет, чтобы не выронить. С ней такое случалось однажды – в одной из маминых экспедиций в Египте. Тогда она выяснила, что в моменты опасности начинает мыслить рационально и проявляет необычайное спокойствие. Возможно, вот это – настоящий ее талант, а не какая-то магическая одаренность, которую в ней безуспешно пытался отыскать Алистер.

– Чего вы хотите? – спросила она, стараясь двигать только губами и не дышать грудью. Лезвие давило на кожу, и, судя по появившемуся зуду, оно было хорошо заточено.

– Семь лет я пытался добыть для них эти дьявольские расшифровки, – дрожащим голосом поделился незнакомец, убрав нож и стиснув ей шею ладонью. – Все эти годы… Я молился, как Иона во чреве кита, но Бог не услышал, не простил мои грехи, потому что таким, как я, нет прощения. Мерзость, которую они поместили в меня… она сжирает, выжигает меня изнутри… Они избавят меня от этой муки, если я дам им то, чего они хотят.

Радовало, что нож теперь не прижимался к горлу, но закричать она не могла. Незнакомец продолжал бормотать что-то бессвязное – и вдруг наклонился ниже, оказавшись в пятне света дальнего фонаря.

Софи округлила глаза и пораженно ахнула:

– Мистер Хейл! Что вы…

Тот замер и сжал пальцы на ее горле сильнее, почти перекрыв кислород.

– Хватит, я больше не стану вас слушать, – прорычал он. – Все из-за жадности старой карги! Я ведь просил ее, умолял. Но ей было плевать на то, что сделают со мной, если она не отдаст эти проклятые бумажки. Все это от греха, ведь он рождает только больший грех. – Лезвие уперлось Софи в живот. – Ты же не хочешь повторить судьбу Агаты? Говори!

– Что?! – выдохнула Софи, когда хватка на горле ослабла. Нож распорол ткань свитера, как бумагу, оставив на ее теле царапину.

– Ты неплохой человек, – надрывно произнес Хейл. – Прошу, избавь меня от этого мучения!

Ситуация была со всех сторон ужасной, но в его голосе слышалось такое отчаяние, что горло сжималось уже от сочувствия. Софи не понимала, что с ним происходит, и совсем не могла ему помочь.

– Мистер Хейл, – успокаивающе заговорила она, рискнув положить ладонь на руку, сжимающую нож. – Вам необязательно это делать. Мы можем помочь – только скажите, кто вам угрожает? Мистер Ригби?

Хейл нахмурился, расслабив руку, и Софи наконец смогла нормально вдохнуть.

– Не пытайся заговаривать мне зубы, дрянь, – прорычал он и вдруг дернулся, как испуганный зверь.

Совсем рядом послышались взволнованные голоса. Громче говорила Клэр, но звучало и приглушенное бормотание Люсьена.

Только теперь Софи стало по-настоящему страшно. Что, если Хейл накинется на кого-то из них?!

Скорее всего, пережить это сможет только Люсьен, но ведь ему тоже будет больно. Хотелось предотвратить неизбежное, но инстинкт самосохранения подсказывал, что кричать в таких обстоятельствах не стоит.

– Так и знала! – Клэр первая завернула за угол и резко остановилась, сжав кулаки. – Давай без глупостей. Отсутствие смертной казни в Мэне тебя не спасет. Что тебе нужно? Деньги или дом? Или ты с кем-то из этих… темных?

Она сделала маленький шажок вперед, но Хейл уже был на взводе. Он прижал Софи спиной к себе и снова приставил нож к ее горлу.

Люсьен дернулся и так же быстро остановился, не сводя глаз с ее шеи. Софи почувствовала, как по коже потекла теплая струйка крови. Сердце бешено колотилось, успокаивали лишь шершавый шнурок амулета в руке и взвинченность Люсьена, которую она наконец чувствовала.

Дождь промочил ее насквозь, но Софи не ощущала холода.

– Смертная казнь лучше того, что со мной будет, – сказал срывающийся голос прямо над ухом. – Я никогда не хотел убивать. Мне не оставили выбора! И теперь я буду… буду гореть в Аду.

Хейл зарыдал у нее над ухом, а Софи перевела взгляд на Клэр и вдруг поняла, что если умрет сейчас, то ей бы не хотелось, чтобы за нее мстили. Клэр… она может стать одержима этим. Прикрыв глаза, Софи слабо качнула головой – настолько, насколько позволяло положение.

– А я все думал, почему ты тут крутишься. – Люсьен, все это время стоявший позади, медленно вышел вперед. Его тень была странной, будто свет падал на нее с разных сторон, создавая ломаные линии. – Агата тебе помогла, когда ты загибался, – и так ты отплачиваешь ей за добро?

– Добро? – Софи не нужно было видеть лицо Хейла, чтобы понять, что он злобно ощерился. – Все вы, колдуны, – высокомерные ублюдки! Чем я провинился? Почему я должен страдать из-за ваших политических распрей? Мне плевать, кто и чего хочет добиться, плевать на вашу свободу. Я просто хочу, чтобы меня оставили в покое! Я хочу жить!

– Хейл, не надо, – внушительно сказала Клэр, не сводя встревоженного взгляда с Софи. – Кто бы тебе ни угрожал, это можно решить.