Женева Ли – Непристойно богатый вампир (страница 28)

― Может быть, нам стоит закончить наш разговор. ― Мне стало не по себе. Я не была готова к встрече с его матерью или полчищами прекрасных вампиров.

― Я бы предпочел посидеть здесь с тобой и обсудить это, но меня ждут в доме. ― Его тон приобрел неожиданно жесткий оттенок, что повергло меня в шок. Я вжалась в кресло, и выражение его лица смягчилось.

― Пожалуйста, ты пойдешь со мной?

― В обмен на виолончель? ― с горечью спросила я.

― Виолончель ― твоя. — В окончательности его слов сомневаться не приходилось. ― Можешь делать с ней все, что хочешь.

― Я хочу ее вернуть.

― Кроме этого, ― сказал он сквозь стиснутые челюсти. ― Играй, сжигай, продавай. Ты ведь еще не закончила учебу, верно? Выплатишь свои студенческие ссуды, купишь дешевый инструмент и будешь путешествовать.

Я уставилась на него. Полмиллиона долларов могли бы не только погасить мои студенческие кредиты. Это позволило бы погасить медицинские долги моей мамы.

Джулиан ухмыльнулся. Он знал, что прижал меня к стене.

― Что скажешь?

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Тея

Вопрос звенел у меня в ушах. Он наконец-то нашел мой запретный плод ― единственное искушение, перед которым я не могла устоять.

― Ты не можешь так думать.

― Могу. Виолончель была подарком.

― Я думала, что это вознаграждение, ― напомнила я ему.

― Это был дешевый прием. Я не пытаюсь купить тебя, Тея. ― В нашем бурном обмене репликами я услышала нечто новое в его голосе ― искренность.

― Почему ты хочешь, чтобы я ходила с тобой на эти вечеринки? ― Он уже сказал, что я не принадлежу к его миру, так почему же теперь он притащил меня буквально к его воротам?

― Потому что ты интересная.

Это было не то, что я ожидала услышать от него. Я прищурилась.

― Интересная? Это звучит как утешительная награда.

― Дай мне закончить, ― резко сказал он. ― Ты никогда не отвечаешь так, как я от тебя ожидаю.

― Я не такая, как все остальные девушки? ― догадалась я, закатив глаза.

― А какой человек похож на другого? ― спросил он, совершенно не понимая моей мысли. Справедливости ради надо сказать, что он пропустил сексуальную революцию последних десятилетий. ― Ты играешь на виолончели с такой страстью, какой я не видел уже несколько столетий. Я хотел бы, чтобы ты снова сыграла для меня. Ты молода и невинна…

Он хотел меня развратить? Я боролась с волнением, которое испытала при этой мысли. Я не забыла об острие его клыка и о том, что оно сулило.

― …и я могу показать тебе мир, ― продолжил он. Его слова перекликались с тем, что он говорил раньше, но на этот раз я прислушалась. ― На следующей неделе мне нужно ехать в Париж. Будут мероприятия в Венеции, Лондоне, Гонконге и еще в дюжине городов мира.

― То есть, тебе нужно, чтобы я уехала из Сан-Франциско? ― У меня пересохло в горле, пока я обдумывала это. ― Я не могу уехать. Учеба. Моя мать. Прослушивания.

― Это все может подождать один год, ― уговаривал он. ― Я предлагаю тебе то, о чем большинство людей может только мечтать, и твои обязательства здесь будут выполнены.

― Подожди, ты хочешь сказать, что собираешься оплачивать мои счета? ― После той картины, которую он мне нарисовал, это было похоже на то, что он облил меня холодной водой. ― Я не могу оставить маму. Она только что закончила курс облучения и…

― Тея, ― остановил он меня. ― Мы будем путешествовать на одном из семейных самолетов. Если тебе понадобится вернуться домой, чтобы ухаживать за ней, это можно будет мгновенно организовать.

― Мои соседи по комнате и квартет. ― Я искала причины, чтобы не сказать «да», потому что каждый барьер, который он уничтожал, приближал меня к тому, что он предлагает.

― Арендная плата будет выплачиваться, и я уверен, что квартет сможет найти другого бедного виолончелиста, ― сухо сказал он. ― Ты ищешь повод отказать. Чего ты хочешь?

Я хотела увидеть мир, и знала, что пережить это с Джулианом будет лучше моих самых смелых фантазий. Он не просто бывал в этих местах, он жил там. Он не знал историю, он жил ею. Мне предстояло путешествие всей жизни с доступом к тем частям мира, о которых большинство людей даже не подозревает. Но была одна проблема.

― И все, что мне нужно сделать, это притвориться твоей девушкой?

Его голубые глаза сверкали в тусклом свете лимузина, когда он говорил. Было ясно, что он знает, что меня к нему тянет.

― А как насчет обязательства жениться, или как это называется? ― спросила я.

― Обряды? ― Его озадаченная улыбка сменилась хмурым взглядом. ― Обряды ― это то, почему мне нужно, чтобы ты была со мной. Если я уже занят…

― Никто не будет преследовать тебя. ― Я наткнулась на очень неудачный роман Джейн Остин.

― Именно.

― Не лучше ли тебе попросить кого-то, кто тебе нравится? ― Я поковыряла ворсинки на своей бархатной юбке.

― Почему ты думаешь, что ты меня не привлекаешь? ― медленно спросил он. ― Или я неправильно понял тот поцелуй?

Я покраснела так сильно, что мне захотелось оказаться на другом конце лимузина и спрятаться. Я была единственной, кто упомянул об этом. Тактично. Почему он должен был говорить так прямо? Я собрала всю свою смелость и посмотрела прямо в его прекрасные глаза.

― Ты не захотел переспать со мной.

― Это сложно, ― пробормотал он. ― Ты девственница.

― Не прокаженная. ― Несмотря ни на что, во мне вспыхнуло мужество. Я действительно казалась ему привлекательной. Он хотел меня поцеловать. Он хотел посадить меня на частный самолет и облететь со мной весь мир. Если это был сон, то я молилась, чтобы Оливия не разбудила меня.

― Ты ждала… ― он поднял палец, чтобы я не перебивала, ― по своим личным причинам. Этот подарок ты должна приберечь для человека, который его заслуживает.

― О. ― Я не знала, как на это реагировать. Джулиан считал, что я заслуживаю большего, чем он. Ему нужно было изменить свои стандарты. ― Значит, я буду сопровождать тебя на вечеринках, а потом мы пожелаем друг другу спокойной ночи?

Джулиан заерзал на своем месте и поджал губы.

― Я никогда не говорил, что буду держать свои руки подальше от тебя.

― Но ты не лишишь меня девственности?

Он секунду изучал меня, и с каждой секундой яркость его глаз угасала. Неужели монстр победил мужчину? Или я только надеялась на это?

― Как далеко ты зашла с мужчиной?

― Я не знаю, почему ты думаешь… ― пролепетала я, пытаясь придумать ответ, который скрыл бы правду.

― Или с женщиной? ― добавил он извиняющимся тоном, неправильно поняв мою реакцию.

― Я много чего делала, ― подстраховалась я.

Джулиан провел языком по губам, словно почувствовал вкус моей лжи. Боже, я надеялась, что вампиры не обладают такой способностью. Он придвинулся ближе, наклонив голову так, что его рот оказался рядом с моим ухом.

― Это очень важно, котёнок, ― прошептал он. ― Я чувствую твое смущение. Это лишнее. Я просто прошу тебя ответить на один вопрос. Кто-нибудь когда-нибудь заставлял тебя кончать?

Я сглотнула, внезапно поблагодарив его за то, что угол наклона головы не позволяет ему видеть мое лицо. Наконец, я выдавила из себя «нет».

― Понятно. ― Он положил руку в перчатке на мое колено и погладил его длинными, успокаивающими движениями. ― А сама ты кончала?

Мое тело напряглось, готовясь к бою. Я ни за что не отвечу на этот вопрос. Тем более, что молчание будет достаточным ответом. Джулиан продолжал свои нежные прикосновения, пока я вела войну с самой собой. Это совершенно его не касается, не так ли? Я глубоко вздохнула и попыталась принять безразличный вид.

― Конечно, ― сказала я, нервно смеясь.

Он ждал, не говоря больше ни слова, пока я не проглотила свою гордость.

― Я не знаю, ― тихо сказала я.

― Если ты не знаешь, значит, нет. ― Он не дразнил меня, хотя я не могла представить, почему. Рука, поглаживающая мою коленку, скользнула выше по бедру, и я перестала дышать. ― Сегодня вечером я хотел бы это исправить.

О, Боже…