Желько Максимович – Любовь, Двадцать лет рутины (страница 6)

Марс в Овне – импульс. Венера в Рыбах – иллюзия. Уран в квадрате к Солнцу – революция.

– Хорошо, – услышал он свой голос. – Пойдём.

Они шли по пустым улицам. Вера жила недалеко – старый дом у Сенной площади, парадная с облупленной краской, лестница скрипучая. Пятый этаж без лифта. Виктор поднимался следом, и каждый шаг был выбором. Мог остановиться. Сказать: «Извини, я не могу». Уйти.

Не уходил.

Квартира маленькая – комната-студия, окно на крыши, стол у окна, заваленный чертежами. Пахло кофе и чем-то пряным – корица, что ли.

– Садись, – Вера сняла туфли, прошла на кухню. – Правда сварю кофе.

Виктор сел на диван. Старый, мягкий, с пледом. На стене – фотографии домов, наверное, её проекты. Красивые, странные, не похожие друг на друга.

Вера вернулась с двумя чашками. Села рядом. Близко. Не касаясь, но так, что чувствовалось тепло её тела.

– Ты не обязан, – сказала она, глядя в чашку. – Если думаешь, что я тебя соблазняю – нет. Я просто… хотела, чтобы ты не был один. Понимаешь?

Виктор понимал. Она видела его одиночество. То, что Людмила перестала видеть. Или никогда не видела.

– Я двадцать лет не изменял, – сказал он.

– Знаю. – Вера посмотрела на него. – Видно.

– Тогда зачем?

– Затем, что ты живой. И я живая. И иногда живым людям нужно касаться друг друга, чтобы помнить об этом.

Она положила руку на его ладонь. Пальцы тёплые, тонкие. Виктор смотрел на их руки – его большая, в мозолях от инструментов, её изящная, в пятнах чернил.

– Вера…

– Тихо, – шепнула она. – Не думай. Хоть раз не думай.

И поцеловала его.

Виктор замер. Губы Веры мягкие, вкус мартини и мяты. Его Уран вспыхнул, сломав все плотины Сатурна. Он ответил на поцелуй – жадно, отчаянно, как тонущий хватается за воздух.

Они целовались, и мир сжимался до этой комнаты, до этого дивана, до их двух тел, которые искали друг в друге то, что потеряли в собственных жизнях.

Вера откинулась на подушки, притягивая его к себе. Виктор чувствовал, как внутри что-то размораживается – лёд двадцати лет молчания, рутины, безжизненности. Марс в Овне горел, требуя действия.

– Останься, – прошептала Вера. – Сегодня. Просто побудь со мной.

Виктор смотрел в её глаза. Зелёные, честные. Она не обещала любви. Не требовала будущего. Просто предлагала настоящее.

Он кивнул.

Они занимались любовью медленно, без спешки. Вера смеялась, когда он неловко стягивал с неё платье. Шептала что-то, чего он не разбирал, но интонация была нежной. Её кожа пахла дождём и ванилью.

Секс был не техничным – он был настоящим. Виктор забыл, каково это – чувствовать желание, а не исполнять супружеский долг. Вера двигалась под ним, обнимала, царапала спину, и он чувствовал себя не сорокапятилетним инженером с залысинами, а мужчиной. Живым.

Потом они лежали в темноте. Вера обняла его за плечо, дыхание её выравнивалось. Виктор смотрел в потолок. Трещина через всю комнату, как разлом.

Что он сделал?

Изменил. Предал. Разрушил двадцать лет верности одним порывом.

Меркурий ретроградный шептал: «Никто не узнает. Это была случайность. Командировка. Город. Момент слабости». Но Виктор знал: случайностей не бывает. Он выбрал. Сознательно. И теперь будет нести это.

Вера зашевелилась во сне, прижалась ближе. Виктор осторожно высвободился, сел на краю дивана. Оделся в темноте, стараясь не шуметь.

– Уходишь? – спросила Вера сонно.

Он обернулся. Она лежала, укрывшись пледом, волосы растрёпаны.

– Мне… нужно подумать, – сказал Виктор.

Вера кивнула:

– Я понимаю. Но знай: я не жалею.

– Я тоже, – ответил он и понял, что это правда.

Не жалел. Это пугало больше всего.

Виктор вышел на улицу. Рассвет подступал – серый, холодный, беспощадный. Город просыпался: дворники мели площади, первые трамваи скрежетали по рельсам.

Он шёл по набережной обратно к отелю. Шаги гулкие, мысли путаные. Что теперь? Сказать Людмиле? Молчать? Вернуться к Вере? Забыть?

Уран не даёт ответов. Он только ломает структуры, а дальше – твой выбор.

Виктор достал телефон. Сообщений от Людмилы не было. Она спала сейчас в их кровати, в Москве, за тысячу километров. И не знала, что муж, которого считала надёжным, только что пересёк черту.

Он набрал: «Доброе утро», но не отправил. Удалил. Какое, к чёрту, доброе?

В кармане телефон завибрировал. Сообщение от Веры:

«Спасибо за эту ночь. Ты не обязан ничего. Но если захочешь снова поговорить – я здесь».

Виктор остановился посреди моста. Внизу Нева текла безразличная. Наверху небо светлело.

Он сохранил её номер.

Уран-разрушитель. Что он наделал?

И почему чувствовал себя впервые за годы живым?

Глава 4. Венера встречает Уран

Сцена повторяется, звезде спрашивают, сможешь сказать НЕТ.

13 апреля 2024, 23:17 – Венера 15° Овна точно на Уране Виктора, Луна в Скорпионе (страсть), Плутон наблюдает из 8-го дома

Бар на первом этаже гостиницы пах кофе, дорогим алкоголем и чем-то ещё – предчувствием. Виктор сидел в дальнем углу, листал презентацию на планшете, не видя цифр. Буквы расплывались, строчки теряли смысл. В голове звучал голос Людмилы, произнесённый утром перед его отъездом: «Не забудь позвонить, когда приедешь». Не «Я буду скучать», не «Береги себя». Просто техническая инструкция, как напоминание вынести мусор.

Двадцать лет. Когда разговоры стали списком дел?

– Этот стул свободен?

Виктор поднял взгляд и застыл. Женщина стояла рядом с его столиком, одной рукой придерживая бокал мартини, другой – небольшую чёрную сумочку. Рыжие волосы до плеч волнами, синее платье, которое облегало фигуру так, будто его шили специально для неё. Но не это заставило Виктора забыть, что хотел ответить. Её глаза – серо-зелёные, с золотистыми искрами – смотрели прямо, без кокетства, без заискивания. Просто смотрели, как смотрят на равного.

– Свободен, – выдавил он наконец.

Она улыбнулась – уголки губ поднялись едва заметно – и опустилась на стул напротив.

– Вера, – представилась она, протягивая руку. Рукопожатие крепкое, ладонь тёплая. – Тоже на конференцию?

– Виктор. Да, завтра выступаю. – Он убрал планшет в сторону, вдруг осознав, что впервые за вечер действительно присутствует здесь, а не витает мыслями где-то между Москвой и нигде.

– О чём доклад? – Вера сделала глоток мартини, не отводя взгляда.

– Энергетика. Альтернативные источники для промышленных объектов. – Виктор поймал себя на том, что говорит оживлённо, чего не случалось уже давно. – Звучит скучно, знаю.

– Почему скучно? – Вера наклонила голову, рыжие пряди упали на плечо. – Энергия – это же основа всего. Без неё мир останавливается. Города гаснут, люди замерзают. Вы буквально держите цивилизацию на плаву.

Он засмеялся – коротко, удивлённо:

– Так никто ещё не формулировал. Обычно говорят: «Ну да, важная работа», – и переходят к другой теме.