Жасмин Мас – Враг императора (страница 5)
Мне была нужна магия, если я действительно собиралась отомстить Императору и уничтожить Тарантула. Если их царству террора не придёт конец, Север вымрет от голода.
— Ты погибнешь, — презрительно усмехнулась Маршал. —
— Подвергните меня ритуалу, — перебила я, отказываясь дрогнуть перед невозможными шансами. Я должна была хотя бы попытаться. Ради Авроры. Ради мамы. Север заслуживал лучшего будущего — без голода и тирании.
— Ты не понимаешь…
— Подвергните меня ритуалу, — твёрдо повторила я. Возможно, я не могла управлять своими желаниями, но это не означало, что не добьюсь своего.
Правило выживания: оттачивай дерзость перед лицом смерти.
— Хорошо. Тебе на собственные похороны. — Она жестом велела мне выйти.
Мои уставшие ноги словно налились свинцом.
— Прямо сейчас? — Я не думала, что она согласится так легко.
— Да, солдат. Двигайся. — Она вскинула бровь, словно проверяла, хватит ли мне смелости отступить, а её взгляд будто проникал прямо в мою противоречивую душу.
— Идеально, — прошептала я, чувствуя, что вот-вот упаду в обморок.
Прежде чем я успела усомниться в собственном безрассудном решении, меня провели через дверь, над которой было выведено:
Я замерла на пороге. В центре белой комнаты стояла единственная каталка, установленная вертикально. Рядом находился узкий пустой резервуар, а к стеклу были подсоединены трубки, с другой стороны которых свисали иглы.
Ничего мистического. Всё вокруг выглядело до предела стерильным, холодным и механическим.
Тяжёлый удар обрушился на затылок. Кто-то что-то крикнул за дверью, и голос показался мне знакомым…
Я заморгала и с трудом разлепила тяжёлые веки. Леденящий воздух обжигал голую кожу. Сознание было затуманено, словно прошло немало времени, но у меня не было возможности понять, сколько именно.
Я была пристёгнута к вертикально установленной каталке. Теперь пустой резервуар был наполнен бурлящей тёмно-красной жидкостью.
Стуча зубами от холода, я пыталась не потерять сознание.
Игла вошла в вену на левом предплечье, а толстая трубка отводила кровь из моего тела в высокий белый контейнер. Другая игла была введена в правую руку — кровь из резервуара по трубке поступала прямо в мою вену. Резкий металлический запах меди, смешанный с магией, наполнял воздух, пока я тщетно пыталась вырваться из тугих ремней, которыми меня, обнажённую, пристегнули к каталке.
В каком-то чудовищном смысле всё было логично — примерно так же, как нападение лютого медведя на невинного человека. Они выкачивали из меня кровь и заменяли её кровью, заражённой магией. В трубке, соединявшей меня с резервуаром, поблёскивали серебристые нити. До ужаса просто. Алхимия плоти.
Я должна была пережить превращение.
— Сквайр? — прошептала я. Из моих ноздрей вырвалось серебристое сияние. Когти впились мне в кожу головы, а затем показался жёлтый клюв, за которым возникли два ярко-жёлтых глаза.
— Зора, — ухнул Сквайр, повиснув вниз головой. — Ты прекрасна, как зимний сон при лунном свете.
Я улыбнулась сквозь боль. Наша общая любовь к чтению средневековой поэзии перед сном была единственным тёплым воспоминанием, которое ещё осталось в этом мире. Холод усилился. Стиснув зубы, я заставила себя выдержать агонию. Я была ближе к успеху, чем когда-либо прежде, балансируя на самой грани провала.
— Зора, ты мой лучший друг, — печально прокаркал Сквайр, прижимая перья к моему лбу в попытке согреть меня.
Я дёрнула головой в знак согласия.
Долгие минуты утекали одна за другой, а время оставалось самым жестоким ублюдком из всех. Я кричала, плакала и ругалась, пока магия заполняла меня. Она оставляла морозный след внутри моего тела, словно покрывала инеем органы. Облака серебра обжигали меня, вырываясь изо рта, носа и глаз.
Сквайр свернулся клубочком у меня на голове и уснул. Мышцы сводило судорогами, кости казались хрупкими, и я могла лишь содрогаться от пробирающего до костей озноба.
Серебристая магия постепенно отступала, а пелена перед глазами медленно рассеивалась.
Из пустого, покрытого пятнами резервуара больше не доносилось ни звука бурления. Ритуал закончился.
С титаническим усилием я посмотрела на трубку, прикреплённую к моему правому предплечью. Она была прозрачной, и по ней больше не двигалась жидкость. Я взглянула на левую руку.
Единственная капля застыла на конце трубки, а затем упала в контейнер с моей откачанной кровью. В комнате стоял удушливый запах пота и отчаяния.
Мутная дымка изумрудного света сформировала призрачный силуэт существа с длинными волосами, украшенными цветами, женственными чертами лица и внушительным мужским телосложением. От него пахло…
Острая боль пронзила моё лицо от брови до губ; серебряный шрам вспыхнул огнём.
Всё погрузилось во тьму, когда я потеряла сознание.
Что-то покачивалось подо мной. Грубая ткань царапала спину, а колёса скрипели при движении. Тяжёлые, воспалённые веки едва поддавались, но я заставила себя открыть глаза. Они заслезились от тёплого света, пробивающегося сквозь брезент и… молнию?
Я была в мешке, и у меня болело
Когти кольнули меня в плечо, и в поле зрения появилось коричнево-белое лицо Сквайра.
— Зора? — тихо ухнул он.
Сознание вернулось ко мне.
Я перевернулась, запутавшись в мешке, и полетела вниз. С глухим ударом я рухнула на твёрдый пол, не в силах выставить руки или ноги, чтобы смягчить падение. Сквайр отчаянно забил крыльями в тесном пространстве, задевая нас обоих. Я попыталась заговорить, но из приоткрытых губ вырвался лишь свист воздуха. Цепляясь за ткань когтями, я пыталась выбраться наружу.
— Она пережила Железный ритуал, пережить который невозможно! — раздался приглушённый крик, и вокруг меня тут же начался настоящий хаос.
— Как такое возможно?
— Позовите
Раздался топот сапог. Кто-то расстегнул молнию. Яркий свет обжёг глаза, когда ко мне склонились солдаты в алых мундирах, с ужасом глядя на меня.