Жасмин Мас – Узы Геркулеса (страница 14)
Слезы застлали глаза.
– Спасибо.
Он застрекотал в ответ.
Соединяющая нас духовная нить потеплела.
Никто не понимал, почему я выбрал покровителем енота, а не одно из животных шестого класса, живущих в дальней части Зверинца.
В Спарте жили сотни разных видов животных, но только нескольких из них можно было отнести к конкретной категории: от первой до седьмой, среди которых седьмая была самой опасной.
Звери седьмого класса практически полностью вымерли. Спартанцы обязаны были убивать их на месте.
Совсем недавно к седьмому классу причислили также Титанов и Тифонов.
Большинство Хтоников связывали себя клятвой с животными пятого или шестого классов: немейскими наземными млекопитающими, жестокими крылатыми пегасами, трехглавыми собаками – родственниками Цербера или невидимыми драконами, гнездившимися в тайных пещерах.
Никто из них меня не заинтересовал.
Меня заинтересовал маленький висящий на дереве пушистик, который с застенчивой улыбкой потянул ко мне лапки для объятий.
Поко не относили ни к одному из классов, но мне было все равно.
Он был идеален таким, какой есть.
И вот Поко медленно вел меня по коридору, с беспокойством поглядывая на меня. Его маленькие черные пальчики крепко сжимали мой, будто он боялся потерять меня.
Еноты были свирепыми, умными и верными существами.
Все эти годы Арес холодно поучал меня о сохранении власти и чести, животные рычали и убегали, а Хтоники напоминали мне о моих обязанностях, так что было замечательно найти наконец настоящего друга.
Поко совершенно не заботило, что я был старшим хтоническим наследником.
Странным образом он оказался одним из немногих животных, которые не боялись меня.
Он просто хотел обниматься и играть с моими волосами.
Много лет назад, когда мои волосы сгорели в огненном дыхании колхидского дракона, Поко плакал и всю неделю отказывался уходить с моей кровати, лапками царапая мой череп. Я уверен, что это был первый на Земле случай депрессии у енота.
С того дня я отрастил волосы и носил длинный хвост только для него.
Он был для меня всем.
Я бы убил
Поко стрекотал и тянул меня за руку.
Я остановился перед знакомой металлической дверью с вырезанным на ней кинжалом. Прежде чем я успел дотянуться до ручки, зал снова погрузился в темноту.
Наступила тишина.
Волосы у меня на затылке встали дыбом.
Обычно генератор включался с громким гулом, но тут он затих.
Поко нервно заверещал.
Завыли сирены.
– Опасность… Опасность… Опасность…
Монотонный голос из динамиков раз за разом повторял предупреждение.
Боль пронзила мне череп. Я согнулся пополам, словно от удара.
Поко взобрался мне на спину, прижался к моему затылку и обнял мою голову с двух сторон… Я моргнул, сбитый с толку.
И тут понял.
Поко закрывал мне уши своими маленькими лапками, пытаясь защитить от пронзительных звуков.
Зажужжал генератор, и потолочные светильники снова зажглись, но они больше не светили зеленым.
Они горели неоново-красным.
Мигали яркие алые огни, продолжала вопить сирена.
Поко все еще закрывал мне уши, я толкнул плечом тяжелую металлическую дверь и наткнулся на кого-то.
– Ты ее видел? – взволнованно спросил Харон, помогая удержаться на ногах. – Она в порядке? Что случилось? Главы тебя засекли? Почему сработала аварийная сигнализация?
– Нет, – прошептал я, отталкивая его.
Харон последовал за мной.
– Что именно «нет»? – уточнил он. Его адские гончие наблюдали за нами из угла, их костлявые тела то появлялись, то исчезали.
Из-за брачной клятвы дар Харона также усилился.
– Вы недостойны Алексис, – издевательски заявил Патро. Он прислонился к стене, скрестив руки на груди. – Вы двое только и делаете, что причиняете ей боль.
Харон зарычал в его сторону. Патро только ухмыльнулся его гневной вспышке.
Я рухнул на изношенный диван и мучительно проревел.
Краем глаза я заметил Дрекса, который сидел на другом конце с широко раскрытыми глазами. Уродливая птица описывала над его головой небольшие круги.
Поко, словно пушистый комок, переполз ко мне на грудь.
– Ты видел Герма? – спросила Агата, поднимаясь с пола, затем прошла через комнату и встала напротив меня.
Поко зашипел и попытался укусить ее.
Она отскочила подальше, чтобы он ее не достал.
– Герм в… коме, – прохрипел я, борясь с тошнотой. – Голова перевязана.
– Да пошел ты, – выпалила Агата, резко повернувшись и угрожающе указав пальцем на Харона. – Тебе кровь из носу надо было его
– Пусть радуется, что выжил, – пренебрежительно ответил он.
Агата зарычала.
Харон прошел мимо, толкнув ее плечом.
– Как Алексис? Она… в порядке? – тихо спросил меня он.
Я покачал головой.
– Конечно она не в порядке, – презрительно усмехнулся Патро, все еще прислоняясь к дальней стене. – Она же замужем за
Харон кинулся на Патро, и по комнате разнеслись звуки борьбы.
Крошечные черные лапки снова закрыли мне уши.
На другом конце дивана Дрекс бормотал что-то похожее на молитву Иисусу?
Поко забыл, чем занимался, и начал играть с моим ухом, засовывая свой маленький пальчик внутрь.