Жанузак Турсынбаев – Дотронуться до гало (страница 14)

Минут через пять он вдруг заговорил негромко, будто боялся спугнуть воспоминания:

– Знаешь… Я ведь уже говорил, что твой отец умел слушать. Не просто слышать, а по-настоящему слушать. С вниманием, с уважением. С таким ощущением, верно, ты – единственный человек, который сейчас имеет значение. И нет, это не зависть. Разве можно завидовать тем, кого уже нет? Просто я всегда думал: если бы он был рядом подольше, многое в моей жизни пошло бы иначе.

Я сжал руль крепче. Сердце сжалось: то ли от холода, то ли от правды, которая слишком долго оставалась за семью замками.

– Значит, вы были действительно близки с ним, – прошептал я. – Для меня он всегда был… Ну, вроде мифа. Героем, о котором говорят. Но которого никогда не видно рядом.

Он повернулся ко мне, и в его голосе снова прозвучала та особая тишина. Не пустая, а наполненная памятью.

– Он был разным, Жигер. Бывал строгим. Ошибался, как все. Но никогда – равнодушным. Если ты сейчас чувствуешь пустоту, это не потому, что он тебя не любил. А потому, что ты всё ещё ищешь то, что он хотел тебе передать. А он ведь многое хотел.

Я промолчал. Эти слова не цеплялись за разум, они пронзали глубже. Туда, где живёт нерассказанное. Где, возможно, уже начинается что-то новое.

– Но всё же, – продолжил я, будто проверяя, не рано ли. – Я хотел бы спросить об охоте. О том дне, когда я с вами вышел на охоту. Тогда вокруг солнца стояло гало.

– Мне правда жаль, – тихо перебил он. – Но мы уже подъехали. Извини меня, сынок, но мне надо успеть принять лекарства. Эти названия, их даже не выговоришь. Да и диагноз длинный, пугающий. Может, в другой раз мы поговорим? Не сейчас.

Я чуть повернулся к нему.

– На работе мне часто приходится задерживаться допоздна. Но если получится, может, на выходных я заеду. Вас это устроит?

Он кивнул, будто и не сомневался в моих словах.

– Тогда до свидания. Рад был увидеть, – он медленно открыл дверь и, обернувшись, на прощание помахал рукой, – всего хорошего, Жигер.

Дверца мягко захлопнулась, и он исчез в полутьме двора. Я ещё долго смотрел ему вслед, как бы надеясь уловить в его силуэте что-то от отца. Но видел лишь человека, который хранил часть правды. Ту, которую мне ещё предстояло услышать.

Эти несколько дней до выходных тянулись мучительно долго. За это время я успел позвонить маме и сообщил ей, что один из папиных друзей передаёт тёплый привет. Она обрадовалась, как всегда, когда разговор касался прошлого, и сразу начала расспрашивать: кто это, что говорил, как выглядел. Но потом она тихо заплакала. Я успокоил её и уклонился от подробностей. Наверное, потому что сам до конца не понял, что во мне тогда отозвалось в словах, услышанных от него. И что теперь с ними делать.

В субботу утром я купил в магазине большой торт. Мне показалось, что для визита к такому человеку это будет уместно, и отправился к дому дяди Бауыржана. Пробки на дороге в центре города немного задержали меня, но, вырвавшись из этого нескончаемого потока машин, я свернул в сеть узких улочек и довольно быстро нашёл нужный адрес.

Ворота открыл мужчина примерно моего возраста. У него был такой же прищур, как у дяди Бауыржана, и в его взгляде было что-то узнаваемое. Словно в нём отражалось лицо отца, только в другом времени. Я сразу понял: это его сын. Мы обменялись короткими, но тёплыми приветствиями. Далее, я представился и коротко объяснил, зачем пришёл. Он кивнул, чуть улыбнулся и, пригласив жестом, открыл калитку.

Дом встретил меня тишиной. Особенной и чем-то действительно обволакивающей, как будто сам воздух здесь умел слушать. На миг показалось, что здесь давно не спешили и не хлопали дверьми. Пахло деревом, старой бумагой и чем-то ещё. Может быть, временем.

– Папа, у вас гость, – сказал его сын, заглянув в глубину дома.

Из-за приоткрытой двери медленно вышел дядя Бауыржан. Он шёл неторопливо, всматриваясь в меня, явно пытался выудить из памяти моё лицо.

– А-а, – протянул он, наконец. – Это ты. Проходи, не стой у двери.

Я вошёл, передал торт. Он, как и следовало ожидать, проигнорировал его с почти равнодушием, и мы сели за низкий стол в небольшой комнате. Обстановка была простая, без излишеств, но в ней чувствовалась забота и вкус. На стене висела старая, выцветшая фотография. Я сразу узнал отца. Он был молодым и в военной форме, плечом к плечу с дядей Бауыржаном.

– Ассаламу алейкум, ага. Как вы? Как ваше самочувствие, дядя Бауыржан?

– Похож, – сказал он, не глядя на меня. – Глаза те же. Слишком глубоко смотрят. Ах, да… Кажется, я это уже говорил. Уагалейкум ассалам. Не спрашивай, сынок, про здоровье. С утра что-то всё, как в тумане. Возможно, на погоду реагирую, кто знает. Суставы ноют тоже. Видишь, какие сегодня облака? А может, сахар в крови опять подскочил.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.