Жанна Пестряева – Собрание сочинений неизвестного автора (страница 11)
– Как вы вообще догадались, что со мной что-то не так?
– Да вы сейчас похожи на ребёнка, который, закрыв лицо руками, думает, что он спрятался! – пояснил Гоша. – Вас за версту видно!
– Боже мой… Неужели я такой дурак и так плохо подготовился к этому… мероприятию? – чуть не расплакался снова мужчина.
– Нет, что вы! Не дурак! – успокоил его Игорь. – Просто этот Гоша у нас слишком умный.
Игорь с уважением потрепал Гошу по плечу.
– Ясно… – мужчина почесал затылок, собираясь с мыслями и силами для исповеди.
– Ну, рассказывайте, – мягко подтолкнул его Гоша, как опытный психолог.
– Я пришёл сюда вчера вечером… чтобы убить эту сволочь.
– Вы с вчерашнего дня тут?! – Игорь присвистнул от изумления.
– За что же вы его-то? – продолжал копать Гоша. – Любовник жены?
– Слава Богу, нет! – мужчина горько вздохнул. – Мой сын попал в ДТП. Пострадали трое. А вину повесили на моего мальчика! Мы представили запись с видеорегистратора, но сына всё равно держат в СИЗО! А эта сволочь, которая здесь живёт… он – судья! Я по его же просьбе дал ему большую сумму денег! А он… он не снимает вины с сына! Мало того, парню грозит большой срок! Вот я и жду эту скотину, чтобы убить! Я его ненавижу!
Тут он не выдержал и зарыдал навзрыд. Всё тело его сотрясалось от нахлынувшего горя.
Гоша и Игорь переглянулись. Информация – взрывоопасная. Что делать? Бежать в полицию с сообщением о готовящемся покушении? Или дослушать до конца и разойтись, сделав вид, что ничего не было?
Мужчина снова промокнул лицо платком, который был уже мокрый и потный. Гоша, как по волшебству, извлёк из рюкзака пачку влажных салфеток. Тот взял их равнодушно. А когда его платок окончательно превратился в тряпку, он судорожно выдрал несколько салфеток и накрыл ими глаза. Слёзы текли ручьями. Казалось, он – самый несчастный человек на всей планете.
– А если вы его убьёте… Станет ли вам легче? – тихо спросил Гоша, в котором снова проснулся будущий следователь-психолог.
– Да! – твёрдо и злобно ответил «киллер».
– А если вы вместе с сыном окажетесь за решёткой? Это вас утешит?
– Я не хочу этого! – снова разрыдался он.
– Этим поступком вы только ухудшите положение сына! И свою жизнь испортите!
– Но я его ненавижу! Мой сын не виновен, а сидит в тюрьме! А эта алчный человек – на свободе!
– Он на свободе, потому что у него, видимо, есть власть и деньги, – констатировал Гоша с мудростью, не по годам.
– По справедливости, он должен понести наказание!
– Должен! Но почему вы решили, что это вы – тот самый палач?
– Если власти ничего не делают, значит, это должен сделать я! Я восстановлю справедливость! Я призову его к ответу!
– Понимаете, месть – она как бумеранг. Всегда возвращается к тому, кто её запустил.
– Вы не понимаете! Я его ненавижу! Он испортил нам жизнь! Ещё и деньги мои взял! Я в кредит влез, чтобы выкупить сына! А он… – голос его снова накалился до предела, – он держит его за решёткой!
– Вас сюда привела ненависть. Вы всю ночь просидели, не ели, не пили, устали… А ваш сын – всё ещё в тюрьме. Его не выпустят оттого, что вы мучаетесь от злости. Вы думаете, убьёте судью – и сына отпустят?
– Не знаю… Наверное, нет… Но на душе будет спокойнее! Я не позволю этому злу распространяться!
– Спокойнее не будет! Вы станете убийцей! И никогда этого не забудете!
Незнакомец задумался, обдумывая слова парня. Гоша многозначительно подмигнул Игорю. Тот, поняв намёк, решил перевести разговор в практическое русло.
– А из чего… собственно, будете убивать-то? Пушка есть? – с деловым видом поинтересовался Игорь.
– Конечно! Приобрёл у одного рэкета.
И тут, о ужас! Мужчина достал из своего кожаного портфеля некий предмет, замотанный в тёмную тряпку. Край тряпки отогнулся, и наши герои увидели холодный блеск серого металла.
Вот это поворот! Значит, он не шутит. Всё по-настоящему. И оружие есть. И намерения – самые что ни на есть серьёзные.
Глава последняя, или справедливость по-русски
– Видимо, вы серьёзно подготовились, – констатировал Гоша, глядя на завёрнутый в тряпку ствол.
– Я его обязательно замочу! Я отомщу за всё!
Что делать дальше – он не представлял. Игорь тоже пребывал в полном замешательстве. То ли перед ними сумасшедший, то ли человек так вошёл в роль мстителя, что забыл, как из неё выйти. Ведь любому ребёнку ясно – за преступлением последует наказание. И стражи порядка такого «одиночку» быстренько повяжут.
– Видимо, вы очень сильно разозлились на судью, – осторожно продолжил Гоша.
Мужчина вытер пот. Кивнул. Гоша не сдавался.
– Вы никогда себя не простите. Вот женщины, бывает, делают аборт… А потом годами вспоминают и жалеют. Их может никто и не осуждает, но они сами себя съедают. Так и вы… будете сами себя осуждать пожизненно.
– Не буду! – упрямился мститель. – Я твёрдо намерен! Хочу справедливого возмездия!
– Ну, как знаете! – Гоша развернулся к Игорю. – Что, пошли, Игорёк?
И тут в голосе будущего убийцы прозвучала такая нота страха, что он казался не палачом, а жертвой. Возможно, он в глубине души жаждал, чтобы его ещё уговаривали, отговаривали, останавливали.
– Вы что, уже уходите, ребята? Подождите!
Но наши герои устали от бессмысленных уговоров. И направились по тропинке прочь от этого театра абсурда.
– Студент, пошли! Мне ещё Ольге Николаевне помогать – вносить данные в компьютер. А он, между прочим, виснет! Это надолго! – буркнул Игорь.
– Гоша, Игорь, ну куда же вы?!
– В отличие от некоторых, у нас работа есть! – в интонации Игоря прозвучал лёд и сарказм. Видно, «страдалец» его окончательно достал своим упрямством.
– Вы наши имена уже знаете. А вас как звать-то? – попытался Гоша выведать хоть что-то. Мало ли, может, осознание, что его имя известно посторонним, остудит пыл.
– Не скажу!
–Ну и не надо!
Гоша сделал вид, что уходит окончательно. Но таинственный незнакомец, видимо, панически боялся остаться наедине со своими мыслями.
– Подождите!
– Вы нам не всё рассказали?
– Так вы считаете, что я не прав?!
– А вы поставьте себя на место другого, – не сдавался Гоша, применяя свой психологический ликбез.
– Я не хочу ставить себя на место той скотины!
– Тогда поставьте на место его матери! Как она отреагирует, когда узнает, что сына больше нет?
– Ну… горе у неё будет, стресс…
– Верно. Вам от этого легче станет?
– Не знаю… Возможно…
– А вашего сына оправдают?
– Нет… С чего бы?