Жанна Лебедева – Ведьмина дача (страница 3)
– С вами все хорошо? – повторила незнакомая старушка, в ее голосе прозвучала искренняя тревога. И тут же добавила, словно оправдываясь: – А то скорая сюда обычно не доезжает.
Мария Ивановна попыталась собраться с мыслями. Странный зверь. Сон, жара, останки древнего кабриолета в душистой пустоте июньского зноя.
Древнего, как она сама…
Хотя, стоящая перед ней женщина явно старше. Марии Ивановне семьдесят пять, а незнакомке… Сколько? И не понять. Точно больше. Но стоит она на своих двоих уверенно. Черные калоши, купленные, наверное, еще в прошлом веке, блестят. Шаль сера и пушиста, как туман.
Как паутина.
И стало как-то неудобно за лежащую на соседнем сиденье палку. Она-то с тростью, а у незнакомки спина прямая, как у молодой гимнастки, хоть лицо все и в морщинах. Так старше она все-таки, или нет? Чем дольше вглядываешься, тем непонятнее…
Все непонятно!
И машина эта как тут очутилась? Около домов? Не приехала же? И не спросишь…
Мария Ивановна растерянно огляделась. Березка та же в центре салона торчит – надо же!
Наваждение.
Ведьмины горки значит? Ну-ну…
Все смешивалось в какой-то невообразимый коктейль и пьянило предвкушением тайн и приключений. Такое забытое чувство, утраченное еще, наверное, в глубоком детстве…
– Д-да, кажется, все в порядке, – пробормотала Мария Ивановна, стараясь придать голосу уверенность. – Просто присела немного отдохнуть. В эту… – Она недоверчиво осмотрела кабриолет. – В эту машину…Жарко очень.
Она стянула панамку и вытерла ею проступивший на лбу пот.
Девочка лет шести, что стояла рядом с незнакомкой, осмотрела Марию Ивановну с неподдельным интересом.
– Вы к нам в «Ромашку»? – Вопросы посыпались как из рога изобилия. – А у вас внучка есть? Желательно шести лет? А собачка маленькая? А пироги вы печь умеете? А помидоры вкусненькие, как моя бабуля, растить можете? А сказки рассказываете?
– Наташа! – одернула девочку старушка. – Ну, хватит! Некрасиво незнакомому человеку такие вопросы сходу задавать.
– А если познакомиться, то можно задавать? – выпалила малышка и, не дожидаясь ответа, представилась: – Я Наташа Сидорова. Приятно познакомиться. Так вы сказки какие-нибудь знаете?
– Ну… Немного… – растерялась под детским напором Мария Ивановна.
Со своими внуками она в последнее время общалась не так часто, как бы ей хотелось.
– Меня Зинаида Андреевна зовут, – произнесла старушка. – Наташа моя правнучка. Каждое лето у меня. Но тут ей друзей по возрасту нету, вот и любопытная такая – общаться любит ведь… Так вы к нам? Переехали?
– Да. Купила участок с домиком, – подтвердила Мария Ивановна, чувствуя себя немного неловко перед новыми знакомыми. – Вот еду взглянуть на него. В первый раз… Мария я…
Отчество отчего-то не хотелось называть. Пусть так лучше будет, не официально.
Наташа снова вступила в разговор:
– Баба Маша, а почему у вас машина такая странная? Она сломалась?
Мария Ивановна оглядела кабриолет. Да, вид у него был, мягко говоря, непрезентабельный.
– Наверное, сломалась, – согласилась она, пожимая плечами. – А вообще, я ее тут нашла. Просто присела отдохнуть – голова от жары закружилась.
«Тут»… Вообще-то не «тут» вовсе, а в поле. В далеком поле, у которого ни конца, ни края не видно было, не говоря уж о близости к кооперативу. Вокруг была трава. И лес.
Все.
Странно…
Зинаида Андревна прищурилась, разглядывая машину.
– Да это ж «Победа». Старая, конечно, но раньше-то – ого-го была! На таких только генералы ездили.
– «Победа?» – переспросила Мария Ивановна, удивленно приподняв брови. Она никогда не интересовалась автомобилями, но название показалось ей знакомым по старым фильмам и книгам.
– Ага, – подтвердила Зинаида Андреевна. – И знаете, одна удивительная вещь с этой машиной происходит. Сколько раз я на нее натыкаюсь, а запомнить, где конкретно она лежит, никак не могу. И вроде в прошлый раз я ее в другом месте видела… А может, и в этом… Склероз видимо…
Она взглянула на Марию Ивановну, и той показалось, что в глазах новой знакомой на миг промелькнуло лукавство. В голове зароились вопросы. Как именно эта непростая машина оказалась возле дач, хотя раньше была посреди поля? И почему сон так резко сморил? Это чья-то шутка? Розыгрыш? Проверка какая-то?
Интересно знать, на что?
– Да уж, погода такая… тяжелая… А уж если метеочувствительность…
– Ага, ага, – понимающе закивала Зинаида Андреевна. – Ох, голова боли-и-ит! Но я вот травки пью. Вы пьете?
– Покупала как-то кипрей с пустырником, – призналась Мария Ивановна.
От мигрени она обычно принимала таблетки.
– Баба Маш, а пойдемте к нам в гости! – живо предложила вдруг Наташа. – У баб Зины чай волшебный есть – от него любая голова сразу выздоравливает! Заговоренный и волшебный!
– И правда, – подтвердила старушка. – Мысль хорошая. Пойдемте к нам? Я угощу и медком, и вареньицем.
– Да неудобно как-то, – засмущалась Мария Ивановна.
– Чего уж там неудобного-то? – улыбнулась Зинаида Андреевна.
Блеснула золотым зубами.
Наташа тут же схватила ее за руку и требовательно потянула.
– Пойдемте скорее, бабушки!
И они вместе направились к аккуратному деревянному дому, стоящему на перекрестке двух перпендикулярных улиц. По одной тянулись бревенчатые деревенские избушки с пристроенными дворами, со странными сараюшками из белого камня. По другой – советские дачки-«скворечники», сооруженные еще в прошлом веке, и новенькие брусовые особнячки из типовых, построенных на заказ не так уж и давно.
Дом Зинаиды Андреевны стоял на перекрестке, словно страж, охраняющий границу между прошлым и настоящим.
Крепкий, бревенчатый, с резными наличниками на окнах и с крыльцом, увитым виноградом, он возвышался над округлыми кронами плодовых деревьев. Вокруг раскинулся небольшой, но ухоженный сад, где росли яблони, вишни и сливы. Возле калитки стояла лавочка, на которой, наверное, вечерами собирались соседи, чтобы поболтать о жизни.
В целом, дом дышал теплом и уютом, обещая гостям радушный прием и спокойный отдых.
И все же было в нем что-то…
Наташа весело болтала, рассказывая о своем шалаше, построенном за сараем, а еще о том, как она помогает бабушке поливать клубнику, капусту и салат. А еще о том, что под старыми козлами, на которых пилили бревна, осы свили гнездо, и оно похоже на свернутую в шарик серую бумагу.
Зинаида Андреевна шла рядом, улыбаясь и поглядывая то на девочку, то на Марию Ивановну, словно оценивая.
– Вот, полюбуйтесь, – сказала она, наконец, указывая на свое жилище. – Это еще моя прабабка строила… – покашляла в кулак и помотала седой головой. – Надо же! А ведь я уже сама прабабка… – Вздохнула. – Крепкий дом, на века. Правда, крышу недавно местами пришлось перекрыть. Время берет свое.
По серому шиферу нарастал напитанный дождями толстый мох.
Мария Ивановна с интересом осмотрела строение. Оно действительно выглядело основательным и надежным.
Древним.
Солнечные колеса на фронтоне были как глаза.
И деревянный конь-охлупень, вскидывающий точеную головку, смотрел с высоты весело и горделиво…
Увидев, что гостья замешкалась, Зинаида Андреевна пригласила:
– Не стесняйтесь, проходите. У нас тут все просто, по-деревенски, но от души.
Наташа подбежала к заборчику низенького палисадника, распахнула скрипучую калитку и помахала рукой:
– Заходите! Тут у бабули цветы красивые. Посмотрите какие!
Мария Ивановна ступила на выложенную кусками привезенного откуда-то битого асфальта дорожку, ведущую к дому. Загляделась на пышные хосты и японскую спирею, уже готовую распуститься розовым. На тугие шарики пионов. На плотную подушку очитка.