Жанна Бочманова – Рита и волшебное яйцо (страница 4)
– Ну наконец-то! Я уж думала, ты не сообразишь. Ты такая глупая! Чем ты так разозлила ворона? Он был в гневе.
Глава 3. Неожиданный визит
Мама рассеянно ковыряла вилкой в тарелке, не отрываясь от смартфона, и быстро-быстро набирала левой рукой текст сообщения.
– Ма-ам! – Рита сидела напротив, хмурая, и подозрительно оглядывалась. Патти сидела на полу возле стола с явным ожиданием на мордочке. – Мам!
Мама подняла совершенно нездешние глаза, обвела ими комнату и, кажется, вспомнила, что сидит за столом.
– Этот проект меня убьет, – простонала она. – Все им не так и не этак. Сто тысяч переделок. Ты что-то спросила?
– Вот скажи: если тебе кажется то, чего не может быть, это как? Что делать?
– Например?
– Ну вот… животные говорят.
– Не поняла: говорят или кажется, что говорят?
– Можно подумать, большая разница.
– Не скажи. – В маме проснулся родитель. – Если это лишь кажется, то надо к доктору. А если говорят, то к ученым.
– А как отличить, кажется или на самом деле?
– Достоверность данных подтверждают свидетели. Знаешь, как говорят? С ума вместе не сходят. Если еще кто-то слышит то же, что и ты…
В этот момент Патти потянулась и широко зевнула, показав острые клычки и розовое небо.
– Когда ты скажешь ей про мясо?
– Слышишь? – Рита ткнула пальцем в сторону кошки.
– Слышу. Мяучит. Надо ей корм положить. Достань пакетик из тумбочки.
Патти так громко фыркнула, что мама удивленно подскочила.
– Ма-ам! – Рита чуть помедлила. – Только не удивляйся, хорошо?
Она быстро выдернула перо из хвостика и воткнула в мамины волосы. Та вздрогнула.
– Это что, игра такая у вас?
– Зря ты, – сказала Патти. – Надо было сначала про мясо.
– А ты все о еде. Тут дело серьезное. Лучше бы помогла.
– За просто так? – В голосе кошки было столько презрения, что Рита даже устыдилась, но потом увидела мамины широко открытые глаза и запереживала.
– Я вот не поняла сейчас. – Мама передернула плечами. – Это какой-то фокус? Типа чревовещания? Мне показалось, что звуки похожие на речь издает кошка. Но как ты это сделала?
– Это не фокус. – Рита отставила тарелку. – Вот, я хотела тебе показать…
Но в этот момент дверь в комнату со скрипом распахнулась, и это при том, что все дверные петли папа регулярно смазывал. Рита и мама одновременно вздрогнули. На пороге застыла фигура в черном одеянии.
– Здравы будьте, хозяева, – произнес хриплый голос.
Растерялись все: и мама, и Рита, и даже Патти прижала уши и уползла под стол. Старуха Власьевна окинула взглядом стены, задержалась взглядом на большом настенном экране телевизора, потом уставилась на Риту и беззвучно прошамкала что-то.
– Здравствуйте. – Мама очнулась и встала, торопливо провела рукой по волосам, вытащила перо и бросила на стол. – Проходите. Чем могу помочь?
– Да чем тут поможешь? – ответила Власьевна, оправив подол.
Просторное черное платье на ней было таким пыльным, словно старуха всю дорогу не шла, а катилась по земле. Седые волосы выбились из-под старой шапочки с надписью «Спорт» спереди. Рита рассматривала гостью, и тут сердце у нее екнуло: в левой руке та сжимала палку с концом, обмотанным скотчем.
– Что случилось? Простите, я не помню вашего отчества.
– Власьевной можешь кликать.
– А по имени? – Мама изо всех сил старалась быть вежливой.
Глаза Власьевны выкатились, она пожевала губами, шепча что-то про себя. Рита подумала, что старуха, видимо, забыла, как ее зовут. Ну да. Когда все кругом Власьевна да Власьевна, можно и забыть. Мама терпеливо ждала. Гостья внезапно вскинула голову.
– Что ж это творится? – воскликнула она не своим хриплым, а каким-то звенящим голосом. – Единственную скотинку угробили! Одна радость была у бабушки, и той лишили!
У мамы от неожиданности подвернулась нога, и она упала на стул.
– Что случилось? – спросила она через силу, словно старуха забрала себе всю громкость ее голоса.
– Так вот же и говорю! – Власьевна воздела руку с палкой. – Петушка моего палкой забили. Как есть забили!
– А причем тут мы? – Мама откашлялась. – Почему вы к нам пришли?
Старуха сверлила Риту глазами. Мама тоже посмотрела на дочь, и по ее лицу побежали красные пятна.
– Рита?
У Риты от всего этого тоже пропал голос. Несправедливость и нелепость обвинения лишили ее сил оправдываться. Она лишь помотала головой.
– Рита! – В воздухе зазвенело грозой.
– Это не я! – наконец нашла в себе силы выдавить Рита. – Не я! Честно!
– А кто ж тогда? – вступила старуха. – Палочка-то твоя!
– Ну и что! Никого я не трогала…
Мамины руки взлетели и упали на виски, как две птички.
– Какой ужас! За что мне это? – простонала она. – Мы заплатим вам за петуха. Не знаю, кто там виноват, но мы заплатим.
– Запла-а-атите, – пропела старуха.
– Но мам! Я не трогала петуха! Почему ты не веришь? Да и ничего с ним не случилось, он очень даже был жив, когда…
В это время с улицы донесся звук клаксона. Папа приехал! Никогда еще Рита не была так рада приезду отца. Мама тоже просветлела лицом. Папа все решит, папа все уладит.
– Простите, там муж приехал. Сейчас мы во всем разберемся. – Мама с явным облегчением проскользнула мимо Власьевны и выскочила на улицу.
Рита поняла, что осталась с неприятной старухой один на один.
– Не трогала я вашего петуха. Наоборот, я его спасла.
– Спасла-а-а, – засмеялась Власьевна и сделала шаг к комоду.
Там стояла фотография в рамочке из ракушек. На ней мама в шляпке и легком платье с узором из веселых ромашек сидела на берегу моря.
– Красивая у тебя мама. Добрая. Любишь маму-то? Лю-ю-юбишь. Значит, вернешь.
– Что? – Сердце у Риты заколотилось.
Власьевна чуть наклонилась вперед и одними губами прошептала:
– Верни, что взяла.
Рита попятилась. Глаза старухи уставились на Риту – на то место, где под футболкой выпирало яйцо в коконе из носков.
– Рита! Ритуля! – раздался со двора голос отца. – Где ты там?