Жанна Бочманова – Аромаведьма. Кусать и нюхать воспрещается (страница 4)

— К тому же не сильно он похож на волка. Вот, не рассердится ли герцог, что его так обмануть пытаются?

— Да не! Волк, конечно, — мужчина дернул веревку, заставив щенка снова заскулить.

— Не каждая собака серого цвета — волк, — хмыкнула Дина. — Знаете что… куплю у вас его, пожалуй. Мне как раз нужен дворовый пес на цепь. Дом охранять.

— Ага, он тебе наохраняет, — засмеялся мужчина и приготовился идти дальше.

— Какая вам разница, кто заплатит — я или герцог? И время сэкономите. Не надо будет тащиться до замка.

Мужчина уставился на нее с подозрением.

— Что, правда, заплатишь за него двадцать мильтов?

— Ну, какие двадцать! И герцог тоже не заплатит. К тому же еще и выгонит с позором. Это не волк, говорю же! Что я, волков не видела?

Хищников Дина и правда никогда не видела вживую, но сейчас на нее напало вдохновение, и она принялась торговаться с азартом. Мужчину звали Франом, и он стоял на своем. Дина предлагала ему пять, потом семь, потом десять монет, но Фран каждый раз мотал головой и дергал веревку, заставляя щенка ползти на брюхе — ноги его уже не держали.

— Жадность вас погубит, — укорила Дина. — Пятнадцать, и это окончательно. Или я ухожу. Все. Тащите бедолагу куда хотели, но потом пожалеете, когда я окажусь права и вам ничего не заплатят.

— А и ладно, — внезапно согласился Фран и протянул руку.

Получив деньги, он сунул их куда-то за пазуху и быстро пошел обратно, видимо, боясь, что Дина поймет, что купила совсем негодный товар, и передумает.

Щенок лежал на земле. Девушка даже испугалась, что он умер, но нет — бока его слабо шевелились. Она сняла веревку с шеи и подняла бедолагу на руки. Тот оказался неожиданно тяжелым, и пока они добрались до дома, Дина окончательно выдохлась.

— Да уж, — бормотала она, укладывая щенка на подстилку, — сходила на базар, называется. Ладно, может, мне где-то там зачтется доброе дело.

Она быстро осмотрела шкафчики и ящички, поняла, что ничего подходящего для щенка из еды нет. Да и для человека ничего не было.

А есть, между прочим, хотелось. Утренние булочки от Анеши давно растворились. Точно! Есть же пекарня!

***

Ее встретили радушно. Дина посетовала, что не знает, где можно купить еды. Анеша предложила доставлять ей каждое утро выпечку, а молоко можно покупать у молочницы. Та каждый день проходит по улицам и продает свежее молоко, творог и сметану.

Дина купила у пекарши десять пирожков с мясом и коврижку с цукатами. Анеша по доброте душевной еще и крынку молока добавила, которая осталась с утра и все равно испортится.

Щенок уже не валялся тряпочкой, а поднял голову и тихонько зарычал на Дину.

— О, ругаешься? Значит, будешь жить. Вот держи.

Она налила молока в миску и рядом положила раскрошенные пирожки. Потом присела на стол и начала прихлебывать молоко прямо из крынки и откусывать булочку.

— Да, приятель, мы как-то не очень пока устроились в этой жизни. Но ничего, придется как-то привыкать.

Щенок доел и вскоре уснул, смешно дрыгая лапами во сне и поскуливая — наверняка убегал от злого Франа или от кого-то столь же недружественного.

Дина сняла испачканное лапами щенка платье, повздыхала об отсутствии удобств, переоделась в блузу и юбку и начала уборку. Ведра, тряпка и швабра нашлись в чуланчике. Вода была в колодце за домиком. Даже мыло у старой Ежи тоже имелось: большие пахучие бруски лежали стопкой в ящике. Дина навела в ведре мыльной воды и принялась намывать полы, вытирать пыль.

Вскоре она оглядела свои труды и осталась довольна. Правда, окна не радовали чистотой. Девушка уже вошла в раж и решила, что и эту задачу непременно надо решить именно сегодня.

«У тебя почти нет денег, — сказала она себе, — надо поскорее открывать лавку. Люди должны видеть, что окна сияют и внутри их ждут сказочные ароматы».

Мыть окна изнутри оказалось нетрудно, а вот снаружи надо было к ним еще добраться.

Она нашла лесенку-стремянку, подставила ее к окну на улице. На сгибе левого локтя у нее висело ведро, в другой руке она сжимала тряпку. Вскоре окно начало приобретать нужную чистоту. Она так увлеклась, что не заметила, как к дому кто-то подошел… вернее, подъехал.

— Эй, служанка! Позови мне хозяйку, да побыстрее!

Дина резко обернулась, стремянка под ней зашаталась. Дина замахала руками, ведро упало и покатилось по земле, расплескивая грязную воду прямо под ноги коня. Всадник посмотрел на него с неодобрением, потом перевел взгляд на Дину.

— Ну, что стоишь? Поторопись!

Молодому человеку на вид было лет двадцать пять. Длинные пепельно-русые волосы лежали на плечах, из прорезей кожаного камзола выглядывала льняная рубашка.

— Хозяйка лавки перед вами, — сказала Дина, еще не решив, обидеться ей на то, что ее приняли за служанку, или все же нет. Ведь перед ней, скорее всего, потенциальный покупатель.

— Вы?! — молодой человек рассмеялся, но тут же оборвал смех. — Чтоб меня луна забрала! Как такое может быть?

Ответить Дина не успела. Стремянка зашаталась, нога соскользнула со ступеньки, и с громким криком девушка полетела вниз.

Земля неслась прямо в лицо, когда сильный рывок дернул ее вверх. Что-то стиснуло ей бока, и не успела она опомниться, как оказалась сидящей на седле прямо перед всадником.

Серые глаза молодого человека оказались прямо перед ее лицом. Он смотрел на нее так, словно пытался что-то понять.

— Спасибо, — пробормотала Дина. — Какой вы быстрый, я наверняка свернула бы себе шею.

— Наверняка, — подтвердил он, продолжая ее рассматривать.

— Может, вы меня спустите вниз? — предложила она.

Молодой человек пожал плечами, как бы сомневаясь, стоит ли ему это делать. Сердце у Дины екнуло и упало куда-то вниз. Может, от страха, а может, от какого-то иного чувства.

Глава 5. Первый покупатель

— Так, значит, вы новая хозяйка «Лавандового ветра»? — Руки незнакомца держали её крепко, похоже, он и не собирался отпускать.

От него исходила уверенная сила. Никогда раньше Дина не сталкивалась с такими мужчинами. Нет, в её жизни случались люди, облеченные властью или деньгами, и она умела чувствовать исходящие от них властные флюиды. Но вся их уверенность зиждилась на солидном счёте в банке и высоком положении в обществе. От них всегда пахло дорогим — очень дорогим — парфюмом.

А этот человек был уверен в себе просто так, потому что никого не боялся и ни от кого не зависел. И пахло от него ни одеколоном, ни дезодорантом, а… Дина втянула носом воздух, и перед её глазами закачались тяжёлые еловые лапы с крупными шишками и смолистыми потёками.

— Если вы закончили меня обнюхивать, — услышала она, — то я бы хотел всё же завершить своё дело.

Дина сжала губы от неловкости.

— Для этого вам придётся спустить меня на землю, — промямлила она.

Молодой человек спешился, затем протянул руки, крепко обхватил её за талию и бережно поставил на землю.

— Благодарю.

Дина посмотрела на стремянку, лежащую на земле, и подумала, что её парфюмерное дело могло закончиться вот прямо сегодня, так и не начавшись.

— Что я могу для вас сделать?

Молодой человек подвёл коня к столбику у крыльца и привязал его. Потом поднялся по ступеням и вошёл в лавку, как к себе домой. Дина последовала за ним.

— Старая Ежина не говорила, когда вернётся? — Он обернулся к ней.

Дина пожала плечами.

— Увы. Я не имела счастья её видеть. Меня наняли по контракту.

На лице молодого человека отразилась целая гамма чувств: разочарование, жалость и… тревога. Ей стало досадно.

— Ну, извините. Жаль, что я не смогу вам помочь. Ведь я не Ежина и, конечно, ничего не понимаю в ароматах и прочих вещах. Так?

Вместо ответа она услышала тяжёлый вздох.

— Меня зовут Леслав, — молодой человек наклонил голову. — Простите, если был груб. Но мне очень нужен мой заказ, который я не получил от госпожи Ежины. Право слово, я не знаю, как теперь быть.

— Это было что-то специфическое? Может, я смогу найти его в лавке?

Леслав не ответил, лишь посмотрел на неё долгим взглядом. Дина поняла: он решал, можно ли ей довериться.

Из-под лавки раздался скулёж. Леслав повернулся так резко, что Дина даже глазом моргнуть не успела. Всё же он был на удивление быстрым, этот парень.

— Кто там у вас?