Но перегнать Оленя он не мог,
И давши волю зависти и пеням
Он к человеку с жалобой пошел.
Тот скакуна взнуздал, вскочил в седло, дал шпоры
И полетел чрез лес и горы,
Поля и долы,
Оленя догонять. Без состраданья,
Покоя он бедняге не давал. И так его загнал,
Что испустил Олень, в конце концов, дыханье.
Конь благодетеля тепло благодарит:
"Спасибо, — говорит,
Я возвращусь к себе, чтоб снова жить на воле".
Но человек в ответ: "Оставь свои мечты!
Я понял лишь теперь, на что годишься ты.
Останься здесь со мною… В холе,
Накормлен и согрет,
Ты проживешь, не зная огорченья!"
Увы, на что нам жизни наслажденья,
Когда свободы нет!
Тут понял Конь свою неосторожность…
Но поздно — цепи на ногах,
Конюшня ждет. Утрачена возможность
Бежать неволи злой — и умер он в цепях,
Порабощенный тесною конюшней.
А отнесися он к обиде равнодушней,
Его судьба была б не та.
Для многих в мщенье тайная отрада;
Но ради мщенья жертвовать не надо
Тем, без чего вся жизнь ничтожна и пуста.
Содержание басни встречается у Федра, у Аристотеля, как произведение греческого поэта Стезихора (636–566 до Р. X.), и у Горация. Отдаленно перевел ее на русский язык Сумароков ("Олень и Лошадь").
74. Лисица и Бюст
(Le Renard et le Buste)
Величие у нас нередко лишь личина.
И вот причина,
По коей мир подчас и недостойных чтит.
Но, к счастью, лишь ослов пленяет внешний вид;
Лиса же, например, хвалить не станет,
Покамест идолу и в душу не заглянет,
И не решит по ней, чего достоин он.
Так, увидав в саду Бюст славного героя,
Лиса обнюхала его со всех сторон
И молвила, пред ним в раздумье стоя:
"Как благороден лик! какая красота!
Одно лишь жаль, что голова пуста!"
Тут к слову бы сказать, что многие вельможи
Во всем на этот Бюст похожи.
Из Эзопа и Федра. На русский язык басню переводили Дмитриев ("Истукан и Лиса"), Тредьяковский ("Лисица в болванщиковом сарае") и отдаленно Сумароков ("Лисица и Статуя").
75. Волк, Коза и Козленок
(Le Loup, la Chèvre et le Chevreau)
Наполнить вымя молоком
Коза пошла за травкою в долину,
Замкнула наглухо свой дом
И строго приказала сыну:
"Чтоб избежать нам горестных потерь,
Пока не возвращусь я с поля,
Храни тебя Господь открыть на миг хоть дверь
Тем, кто не скажет нашего пароля,
Хотя б тебя и начали просить!
Пароль же будет: волчья сыть!"
Как раз во время разговора
Там проходил случайно Волк,
И речь Козы услышав, взял все в толк.
Коза, конечно, не видала вора.
Она ушла, а Волк уж тут как тут.
Переменивши голос, объявляет
Он: "волчья сыть", и ожидает,
Что дверь ему сейчас же отопрут. 
