Послужат для людей примером, если нужно.
Союз составив, Ворон и Газель,
Да Крыса, да в придачу Черепаха
Друзьями жили и не знали страха.
Убежище их верное досель
Спасало их от глаз нескромных.
Но можно ль от людей укрыться вероломных?
Где ни скрывайся ты,
В пустыне ли, на дне ли океана,
Иль средь небесной высоты,
Все ж не избегнешь поздно или рано
Ты их сетей.
Газель резвилась раз среди дубравы,
Как вдруг орудие проклятое людей,
Рожденное служить для их забавы,
— Сказать короче, пес — ее разнюхал след.
Газель — бежать. А Крыса-та, в обед,
Друзьям сказала так: "Что б значило такое,
Что нас сегодня только трое?
И неужель
Успела нас забыть уже Газель?"
Но Черепаха ей: "Когда б, как Ворон, крылья
Имела я, — тогда
Я приложила б все усилья,
Чтобы узнать, что за беда
Вдруг приключилася с Газелью быстроногой.
В сужденьях о сердцах друзей
Я б не была такою строгой".
Тут Ворон в путь собрался поскорей
И видит издали еще он, как тревожно
Газель в ловушке мечется, куда
Она дала себя завлечь неосторожно.
Как, почему беда случилась и когда
Не спрашивал он с миной сердобольной,
Как сделал бы иной учитель школьный,
Он здраво о вещах судить умел,
Итак, скорей домой он полетел.
Составили совет друзья и в путь-дорогу
Хотят пуститься двое на подмогу
К подруге бедненькой. — "А Черепаху дом
Стеречь оставим мы; ползя с таким трудом,
Наверно добежит она до цели
Тогда, когда в живых не будет уж Газели".
Так Ворон порешил и с Крысой в тот же час
На помощь к Козочке они помчались горной.
И Черепаха следом поплелась
И плакалась она, в печали непритворной,
На то, что не дано ей длинных ног,
И что таскать с собой ей нужно вечно
Тяжелый свой домок.
Грызунья (так звалася Крыса — и, конечно,
Недаром) сумела перегрызть силок.
Их радость описать едва ли кто бы мог.
Пришел охотник. — Кем похищена пожива?
Запряталась Грызунья тут в дыру,
На дерево взобрался Ворон живо,
Газель же притаилася в бору.
Охотник чуть с ума не сходит:
Добычи нет как нет!
Вдруг Черепаху он находит;
Доволен он, — готов ему обед.
"О чем же, — думает он, — стал бы я крушиться?"
И Черепаху он кладет в мешок.
Не ведая сама, какой за ней грешок,
Готовилась она за всех уж расплатиться.
