Зейнеп Сахра – Печенье для любимой (страница 5)
– Они ловят кое-кого, кто сбежал со свадьбы, – буркнула девушка.
Черная машина была уже так близко, что я мог разглядеть людей в черных рубашках внутри. Мои подозрения относительно будущего мигом усилились:
– Кого? Кто, блин, сбежал с этой свадьбы?
Мой взгляд метался между боковыми и задним зеркалами до тех пор, пока рыжая не повернулась ко мне. Взгляд карих глаз впервые встретился с моим в зеркале.
– Невеста… – напряженно сказала она.
Я плюнул на зеркала и развернулся всем корпусом. Бросил взгляд на белое платье женщины, которая пригнулась на сиденье, и в панике снова ухватился за руль.
– Пожалуйста, скажи, что это не ты! Пожалуйста, скажи, что на испанских свадьбах гости тоже носят белое и что у меня на заднем сиденье не сидит сбежавшая невеста!
Настала короткая пауза. Затем я услышал тихое:
–
Я вновь взглянул на небеса. Знал же, что мы с ними так легко не помиримся.
Стиснув зубы, я в последний раз посмотрел в боковые зеркала. В этот момент солнечный блик отразился от оружия, которое высунулось из окна машины позади нас.
– ТВОЮ МАТЬ!
Глава 4. Договор
Когда я резко свернул на повороте, рыжие волосы с заднего сиденья хлестнули меня по лицу.
– Невеста! Ты невеста! Невеста, блин!
Я не хотел принимать этот факт. Но скорость мы набирали. Я прикрыл глаза, не обращая внимания на дорогу. Ветер, врывающийся в открытые окна, продолжал швырять волосы девушки мне в лицо, но я игнорировал их. И все остальное – эти рыжие пряди, саму девушку, людей, преследующих нас, их оружие… Всего этого нет. Может, если я закрою глаза достаточно надолго, они действительно исчезнут.
Но отрицать что-то – не значит делать это невидимым или несуществующим. Я понял это после тех бесчисленных месяцев, что принимал «Эдем». Игнорирование не уничтожает. Оно накапливает. Растит. Затягивает. Убивает тебя.
В груди поселилось знакомое чувство. Пальцы задрожали. Пришлось открыть глаза. Мне нужна была моя камера… Я взглянул в зеркало. Мои проблемы по-прежнему оставались со мной – а теперь в очередь за ними вставали новые.
– Ладно. Ты та невеста с той свадьбы!
Женщина закатила глаза:
–
Она была ужасной попутчицей.
– Не повышай на меня голос! – Я потянулся к пачке денег на соседнем сиденье. – И забери! – Не глядя, я швырнул стопку на заднее сиденье.
Рыжая уже открыла было свои алые губы, но тут в боковом зеркале мелькнуло отражение вооруженных людей в преследующей нас машине. Я грубо перебил девушку, толком не успевшую заговорить:
– Почему у этих парней сзади оружие?!
Алые губы дрогнули в нерешительности. Она не ответила. В голову мне пришла безумная мысль:
– Ты что, выходила за какого-то мафиози?
Я рассмеялся. Взглянул на нее. Но она не присоединилась к веселью. Почему? Почему она не возражает? Черт!
– Ты шутишь, да?
Она закинула несколько прядей за ухо, и ее карие глаза стали видны:
–
– Звучит как мафия.
– Тебе обязательно вешать ярлыки?!
Один из мужчин высунулся из окна и что-то крикнул. Громко, зло, угрожающе. Это явно было последним предупреждением.
Я пытался решить, что делать, и все лучше понимал, что надо остановиться. Но я никогда не отличался тем, что делаю то, что надо. По крайней мере раньше уж точно не отличался. Это только последние несколько лет я стараюсь вести себя примерно.
–
Я поморщился. Кажется, девушка опять что-то напутала в грамматике.
–
Она не ответила. Через несколько метров показалась та самая стена. Прямо перед нами, на последнем повороте, – огромная стена, зеленая от плюща. Обычная. Из бетона. Такая, врезавшись в которую на машине, можно отправиться прямиком на тот свет.
– Думаю, это та стена. Извини, но непохоже, что за ней что-то есть!
Рыжая не колебалась. Только выпрямила спину:
–
Мы не сильно оторвались от черной машины сзади, однако стена заходила за поворот. Если тут действительно есть какой-то трюк, мы могли бы скрыться в слепой зоне. Но стена выглядела… как стена.
– Ты уверена?
– Вперед.
– Ладно. Продолжаю ехать
Я сузил глаза, готовясь к удару. На этот раз я зажмурюсь, и проблемы действительно исчезнут. После того как я врежусь в стену, чувства наверняка меня покинут. Даже чувства к
Мы приближались.
– Там нет дороги! – закричал я.
–
– Нет!
– Есть, говорю!
Ладно. Если уж мне суждено умереть, пусть это будет эффектно.
Я вдавил педаль в пол. И заорал так, что голос перекрыл рев ветра.
В этот миг наш драндулет пробил плющ.
Мы на полной скорости врезались в зеленую стену. Перелетели через канаву за ней и жестко приземлились на неровную дорогу.
Я невольно усмехнулся, чувствуя, как машина сбавляет ход после прыжка. Не мог сдержаться. Мы только что прожили ту самую сцену погони, которая есть в каждом боевике. И хоть я ни за что не признался бы этой рыжей с заднего сиденья… это было круто.
Приструнив в себе озорного мальчишку, я поправил зеркало и взглянул на девушку.
–
Я не стал реагировать. Не мог позволить этой женщине, едва не убившей меня, потешить свое эго.
– Только настоящие мадридцы знают эту дорогу, – похвасталась она, перекидывая волосы на одно плечо.
Я оглянулся. Черная машина не появлялась.
– Если мадридцы знают эту дорогу, почему те парни ее не нашли? Выглядели они очень по-мадридски.
Она приподнялась и нагнулась ко мне: