Зена Тирс – Жена по праву. книга 2 (страница 3)

– Справишься, огненная моя?

– Мне за это экзамен автоматом зачтётся? – усмехнулась я, разжигая огненной магией фитиль.

Ну, надо же было как-то разрядить напряжение?

Мягкий свет озарил комнату, похожую на библиотеку или кабинет. Вдоль стен стояли высокие стеллажи с книгами, в центре – большой стол и два кресла, у стены небольшой бар с напитками – всё как Адальхарт любит.

– Если бы я принимал у тебя экзамен, то тебе пришлось бы хорошенько постараться, но ректор уже предупреждён, что ты у меня умница и отличница, – произнёс мягким шёпотом Роберт.

Он взял у меня из рук разгоревшуюся лампу, разместив на столе, а взамен передал котёнка из короба, который давно проснулся от суматохи и робко попискивал, просясь на ручки.

– Иди ко мне, мой хороший, – прижала малыша к груди, пряча под пледом. – Маленький мой, сладкий.

Пушистые ушки щекотнули мне подбородок, и я улыбнулась нежности, распустившейся в сердце.

Роберт загремел стеклом и бокалами.

– Хм, хотел предложить вина, чтобы согреться, но у меня здесь только виски…

– Подойдёт! – проговорила я, шагая вперёд, к “мужу”. – То, что нужно для разговора.

Пора, наконец, со всем разобраться.

Роберт хмуро поглядел на меня через плечо. Радужки его глаз переливались жидким серебром в пляшущих отсветах горящего фитиля.

Я сделала ещё шаг и приняла тяжёлый бокал с янтарным напитком. Покрутила в руке, набираясь храбрости.

– Что же ты хотела сказать мне, дорогая супруга? – хрипло проговорил Роберт.

По телу пробежала дрожь от его холодного, как сталь, взгляда. Наверное, стоило бы сейчас передумать и просто сказать, что взбудоражена морем и необычным вечером. Но тогда оковы, в которых я оказалась, никогда не разрушатся и Валери погибнет.

Я сделала глоток, ощутив как хмельное, вяжущее пламя пожара охватывает язык, горло, разжигает нутро, скидывая ненужные напряжение и робость.

Отставив бокал на стол, я произнесла твёрдо:

– Я не твоя жена, Роберт. Я пришла из другого мира.

5

Айсберг! Адальхарт напомнил мне огромного ледяного истукана в тот миг, когда я призналась ему. Большой, холодный, опасный, с колоссальным напряжением, скрытым внутри. Кажется, я даже слышала, как где-то в глубине него затрещал лёд. Но, как и айсберг, дракон оставался недвижим и грозен и глядел куда-то сквозь меня.

А я тонула, тонула в чернеющей мгле его глаз. Сердце сбивчиво колотилось в груди, дыхание сделалось рваным и частым.

Сейчас задохнусь.

Скажи же что-нибудь, Роберт! Не молчи…

Адальхарт отмер, медленно поднёс бокал к губам и опрокинул в рот содержимое без остатка. Развернулся к столу и опёрся на него кулаками, издав сдавленное рычание.

Отчаянное, разъярённое.

– Я… – Сделала глубокий вдох, решаясь начать рассказ, но в горле вырос ком.

Очень сложно говорить с чужой спиной.

В гнетущей тишине послышался скрип пола и шаркающие шаги за дверью. Через мгновение постучались.

– Лорд Адальхарт, это вы? – раздался тихий заспанный голос женщины.

– Войди, Терин! – грозно приказал дракон.

У меня чуть сердце не остановилось от низкой, будоражущей хрипоты его голоса. Лучше бы на меня прикрикнул, а не на бедную прислугу. Но меня он словно в упор не замечал.

В комнату вошла полноватая женщина лет сорока в скромном тёмном платье и волосами, убранными под чепчик, в руках её горела переносная лампа.

– Доброй ночи, лорд, леди, – присела в почтительном поклоне женщина, подёргивая бровями: явно борясь с желанием зевнуть. – Вы так неожиданно явились, ночью…

Анхор вышел обнюхать гостью, и та потянулась ласковой рукой к его лохматой голове.

– Привет, Анхор! Я тоже рада тебя видеть, – улыбнулась Терин.

А на меня, значит, рычали… Ну-ну, Анхор, возьму я тебя ещё с собой на выезд! Не дождёшься!

– Вам подать ужин, мой лорд? – проговорила женщина, поглаживая пса. – Приготовить купальню? Застелить новое бельё в покоях?

– Приготовь комнату для принцессы Валери и иди спать, Терин, – прозвучал стальной голос Адальхарта.

Комнату для меня?! Значит, сегодня я буду жить! И буду ночевать не в казематах, а в постели – что ж, это прекраснейшая новость! Как мало нужно для счастья женщине.

Волна облегчения прокатилась по нутру, и я потёрлась носом о подрагивающего в безмятежном сне котёнка, который беспечно растянулся у меня на груди.

– Слушаюсь, мой лорд. – Терин поклонилась мне и Роберту и упорхнула за дверь.

Я слышала её удаляющиеся шаги, но вдруг резко всё стихло. Адальхарт сделал короткий взмах рукой, и над головой сгустился купол, сотканный из тьмы. Она клубилась и переливалась, отделив нас с Робертом и его письменным столом от остальной комнаты. Даже Анхор остался снаружи и взволнованно закрутил мохнатыми щеками.

Наступила совершенная тишина, в которой я слышала, как бьётся о рёбра моё измученное сердце, как шумно дышит дракон, и как тугой узел страха со скрежетом сжимает моё нутро.

– Что это? – вздрогнула я.

– Полог тишины. Садись, – Адальхарт указал на кресло.

Голос его прозвучал холоднее стали, и я просто не смогла пошевелиться, медитативно поглаживая пушистые лапки котёнка.

По-хозяйски пройдя за стол, Адальхарт уселся в скрипнувшее под ним кожаное кресло, небрежно вынул из внутреннего кармана мундира сигару и, прикурив от лампы, сунул в рот.

– Надеюсь, ты не против, – хрипло проговорил он и взглядом приказал сесть в кресло.

Я осторожно опустилась на самый краешек и помотала головой:

– Не против.

Роберт пронзил меня налитым густой тьмой взглядом, и я почувствовала себя словно на допросе на пресловутой Лубянке.

– Теперь рассказывай всё, Лера, – проговорил он и выпустил сизый горько-перечный дым, без отрыва глядя мне в глаза.

6

– Как я уже сказала, я из другого мира… – начала я.

– Я это слышал, – сжав сигару в зубах, прохрипел Адальхарт. – Дальше.

Голос его был низким, скрежечущим и опасным – и каждый удар моего сердце разносил по венам жгучий адреналин.

– …Я просто… я оказалась здесь случайно. Это случилось в один миг, и я не поняла, что произошло… а потом Валери… – В горле пересохло, и я закашлялась.

Роберт подвинул мне мой бокал:

– Или лучше воды?

– Нет, спасибо. – Я сделала глоток виски и поморщилась от хмельной горечи, опалившей нутро.

– Почему притворялась?! Почему молчала?! – резко отчеканил дракон, вынув изо рта сигару и властно уперев ладони о полированную столешницу.

Мы смерили друг друга долгим взглядом. Тьма на его радужках расступилась, и я наконец увидела эмоции, бушующие в глазах с вытянутыми вертикальными зрачками: ярость, негодование и… тревогу.

Дракон вновь втянул дым сигары, и его глаза опять затуманились чёрной мглой.

Разговор или, скорее, допрос был долгим.