Зена Тирс – Жена по праву. книга 2 (страница 2)

Я чувствовала, что он злится. Воздух сгустился от напряжения, и дыхание моё сделалось судорожным. Ох, не нравилась мне властность этого мужчины. Он привык, что женщина должна повиноваться любому его приказу. Захочет он тобой овладеть – ложись, не захочет – “отдохни, ты устала”.

Сколько мне стоило решиться, а он…

– Я знаю, ты там, – глухо проговорил дракон. – Обиделась?

Не то слово!

И из-за собственной вредности я решила ещё немного посидеть в запертой каюте. И, конечно же, назло ему не заговаривать с ним! Потянуть сладкие мгновения свободы, ведь… ведь, когда предстану перед драконом, придётся ему во всём сознаться!

И только одному богу известно, что он со мной сотворит.

Однако, вино сделало меня смелой!

Но отчего же так трясутся колени?

– Не откроешь? Тогда отойди в сторону, я открою сам, – раздался из-за двери грозный приказ, смысл которого не сразу дошёл до сознания.

– А-а-а! – взвизгнула я от жуткого грохота.

Раздался треск сорванного замка, и дверь, вынесенная с петель, откинулась к стене. В свете тусклых огней появился широкий силуэт Роберта с взъерошенными волосами и в распахнутом мундире.

Он решительно двинулся ко мне, я подскочила с койки и, прижав короб с котёнком, отпрыгнула к дальней стене каюты.

Я уже говорила, что она была маленькая и тесная?

Адальхарт вмиг настиг меня, схватил за плечи, развернув к себе, прижал так крепко, что я не могла дышать. Дракон вырвал у меня из рук пресловутый короб, который я охраняла, словно своего ребёнка. А потом… то, что произошло потом…

Я говорила, что хочу сознаться?

Я забыла об этом в тот миг, когда жаркие губы его светлости накрыли мои. Мои руки, упирающиеся ему в стальную грудь, ослабли, и пальцы жадно вцепились в ткань рубашки, скользя по ней и желая добраться до кусочка горячей кожи в прорези меж пуговиц.

По венам растеклось сладостное тепло, в животе затрепетали бабочки. Ноги ослабели, и голова пошла кругом от того, как упоительно он меня целовал. Яхта билась о волны, пол под нами ходил ходуном, и я бы точно упала, если бы Роберт не держал меня так крепко.

Я забыла, как дышать, и чувствовала себя шестнадцатилетней девочкой в руках опытного мужчины. Губы дракона ненасытно терзали мои, а руки властно прошлись по спине и, когда горячая ладонь накрыла полукружие пониже, я выгнулась и застонала ему в рот от пронзившей тело сладкой истомы.

– Ты сводишь с ума, Лера, – оторвавшись от моих губ, низкой хрипотцой прошептал Роберт. – Своими выходками! Своей непокорностью… – он крепче вжал меня в своё тело, давая почувствовать твёрдое желание. – Я безумно хочу тебя! Дракон внутри меня рвётся к тебе, но сейчас нельзя. Всё будет, но позже. Не обижайся.

Адальхарт крепко прижал меня к своему жаркому, натянутому в напряжении телу, обнял, как самую дорогую ценность.

Моё дыхание срывалось, плечи потряхивало от смеси страха и возбуждения. На краю сознания мелькнула мысль: может, инквизитор не казнит меня, если расскажу ему правду? Может, я ему дорога, именно я, а не принцесса, и он, наплевав на свои законы, действительно мне поможет?

Я порывисто вздохнула, закусив губу. Никак не могла выдавить из себя слова, когда он так глядит: с теплотой, с разливающейся нежностью, освещающей мрак его бездонных чёрных глаз.

– Лера, что вы там делаете? – просипела принцесса из зеркальца, которое я спешно опустила в короб перед тем как ворвался Адальхарт. – Что за чмокающие звуки, я надеюсь, вы не целуетесь?

Валери закряхтела, откашливая мокроту.

Я перевела взгляд на Роберта, убедиться, что он действительно не слышит голос из связующего артефакта. Принцессу слышу только я.

Сдавленные хрипы Валери, доносившиеся из другого мира, вновь придали мне решимости. Пока кончать этот спектакль и признаться.

– Роберт, я должна тебе кое что сказать, – произнесла я, выпустив ткань его рубашки, за которую всё это время крепко держалась.

Мой голос дрожал, и я с трудом его узнавала.

Из зеркала взвизгнули:

– Лера, нет-нет! Он же убьёт тебя!

Неужели догадалась?

Прости, Валери, но у нас нет другого выхода. Эскорт тебя не вернёт, а Роберт обладает властью, которая поможет отыскать артефакт и наказать мерзавца. Я взглянула в глаза Адальхарту и разомкнула пылающие от волнения губы, чтобы, наконец, произнести слова правды.

– Я…

4

Голос предательски сорвался, я закашлялась, и Роберт окинул меня мерцающим в полумраке взглядом.

– Я попад… – начала я.

Адальхарт прижал пальцы к моим губам и строго покачал головой.

– Тс-с-с, помолчи! – приказал он. – Ты замёрзла, вся дрожишь.

Роберт сдёрнул с койки шерстяной плед и накинул мне на плечи.

– Да подожди, Роберт! Дай сказать! – дёрнула я плечом.

Вот вечно он меня перебивает! Как будто специально сказать не даёт. Произнести то, на что я с таким трудом решаюсь! И даже плед скинуть не дал, завернул, как гусеничку.

– Идём, Лера! – Будто глухой, он скользнул ладонью вдоль моей руки и властно сжал кисть. – На море поднялся ветер, я приказал капитану возвращаться к причалу. Заберём Анхора, и я перемещу нас порталом в дом.

– Роберт, да послуша-а-ай-й… – пискнула я, но мне не дали договорить.

Адальхарт решительно потянул меня за собой по ступеням, словно сам был тот самый угрожающий яхте шторм.

Я стушевалась. Решимость, которой я была полна, вдруг смялась под напором дракона. Он неотступно тащил меня вверх на палубу, крепко стискивая ладонь, будто кузнечными тисками. Коробку с пищащим котёнком тоже нёс он, а я куталась в плед от пробирающего холода.

Погода действительно переменилась. Ветер хлестал по парусам, и мои восклицания терялись в грохоте волн, обрушивающихся на борт судна.

– Адальхарт! Стой! Ты должен меня выслушать, или я тебя…

Щедрая гроздь брызг прилетела в лицо, и я взвизгнула.

– Осторожнее, Лера! Что ты там говоришь? – буркнул дракон, не оборачиваясь.

– Или я тебя покусаю! Вот что! – завопила я, дёргая его за руку.

Роберт обернулся и зыркнул на меня так, словно я предложила ему поиграть в брачные игры, а он никогда-никогда в них не играл!

– Я просто хочу с тобой объясниться в спокойной обстановке, – проговорила я, закусив губу.

– Как видишь, обстановка не очень спокойная, – пророкотал Роберт, обдавая горячим дыханием мою беззащитную и очень чувствительную ушную раковину.

По телу пронеслась дрожь, но уже не от страха или холода. А от острого, туго пульсирующего внизу живота желания.

Проклятая драконья привязка! Это всё она. Я не должна ничего такого чувствовать к чужому мужчине, которого знаю третий день!

Но вот он снова смотрел на меня так, будто я была его царица, а он был мой царь. И я желала навечно утонуть в черноте его глаз. Прильнуть губами к влажной от брызг коже и ощутить под пальцами его жаркое сильное тело, с бездонным отчаянием желающее меня.

Но нельзя.

И я, отвернувшись, снова принялась вырываться.

– Анхор, сюда! – рыкнул Роберт, не обращая никакого внимания на мои попытки освободиться от его оков.

Большой мохнатый пёс вынырнул из темноты. Чёрный, как ночь. Как он напугал меня!

И я с очередным испуганным вскриком вжалась в спину Роберту.

Разгорелась красноватая вспышка, и через миг досадные холодные брызги перестали лететь в лицо. Шум ветра и волн стих. Нас окружила оглушительная тишина, в которой было слышно лишь дыхание: моё и Роберта.

Безмолвие нарушил перезвон ошейника Анхора – пёс понёс мокрую мохнатую попу по паркету, изучая новое помещение.

К слову, оно было тёмным, будто в доме никого, кроме нас, нет.

Роберт оторвался от меня на миг, чтобы через секунду снова возникнуть рядом с лампой в руках.