Зена Тирс – Хозяйка старого поместья, или Развод с генералом-драконом (страница 6)
Она погладила меня по груди и потянулась поцеловать в губы.
Демоны побери, как же иногда эта женщина меня бесила своей слащавостью. Но я обязан ей драконом, а значит…
— Кот скоро будет у тебя. Успокойся.
Я позволил Клаудии благодарно скользнуть губами по моим губам. Хочет — пусть целует. Ей всё можно.
До встречи с Клаудией я ходил по земле, словно труп, раненый, истекающий кровью зверь. Вслед за гибелью моей истинной, дракон после долгих адских мук тоже погиб, и от меня осталась лишь тень. Оболочка. С вечно кровоточащей раной. С дырой в груди. Я стал весь седой не по возрасту. Белый. Я должен был погибнуть, но я жил только ради мести своему врагу, демону Ульриху, убившему мою беременную жену, мою истинную.
Мерзавец, мой враг, использовал хитрое защитное заклинание, запечатал свою смерть за жизнью подвернувшегося на пути ребёнка. Как назло выбрал поменьше и помилее. Когда я пришёл убивать его и вонзил ему меч в грудь, то от боли скорчилась трёхлетняя девочка, сидевшая в углу. Она должна умереть первой, чтобы умер мой враг. Заклинание связи жизней.
Глядя на муки невинного ребёнка, я тормознул. Вспомнил своего нерождённого — и не смог убить другого. Демона запечатал в сторожевой башне, а девчонку схватил и отвёз в монастырь в своих владениях. Там её подлечили и взяли под опеку. Я узнал у проверенных мудрецов, что заклинание, наложенное демоном, смогу снять с девочки только связавшись узами брака и соединившись телами.
Мой враг выиграл для себя целых пятнадцать лет. Его жизнь назло мне била ключом в подрастающей девчонке. Так легко было прикончить её и всё решить. Но я не трогаю детей.
Я никак не выделял её, сказал, что нашёл сироту. Приказал заставлять работать в монастыре наравне с другими. Я ждал её совершеннолетия, чтобы заключить брак и снять заклятие. Она часто болела, и я в глубине души надеялся на роковой исход, но исправно отправлял в монастырь лекаря.
Чтобы не свихнуться за время в ожидании мести, я принимал душащие эликсиры. Они выжигали эмоции, мысли. Я перестал быть человеком, стал бездумным механизмом, который делает, что должен. Я много трахался, потому что телу нужно удовлетворять инстинкты, много убивал демонов на границе миров, не беря отпусков, потому что долг обязывает защищать королевство. Моё существование было совершенно безнадёжным и имело чёткую цель: месть. Прошло время, и я наконец женился на девчонке.
Как сейчас помню день свадьбы…
12
Разложив на брачном ложе молодую жену, я исполнил ритуал, снимающий заклятие. Соединился с Лилианой. Я был бережным. Она была прекрасна и чиста, как прекрасный цветок, таких девочек у меня не было. Она уснула в моих руках, и я до утра на неё пялился, как сумасшедший, неспособный разобрать собственных чувств. Всего лишь очередная женщина, ну, девственница — да, давно таких не было, но ведь ничего особенного.
Однако, зацепила чем-то.
Наутро, оставив жену в своей постели, я отправился в сторожевую крепость на границе владений, чтобы убить Ульриха, которого пятнадцать лет держал в темнице в магических оковах.
Я спустился в подземелья, но оказалось, что прошлой ночью Ульрих сбежал. Когда часть жизненной силы после моей свадьбы с девчонкой вернулась к нему — он обрёл большую мощь и нашёл способ расправиться со стражей.
Я рвал и метал, пустился по следу, как бешеный. Но король срочно вызвал на войну. Случился огромный прорыв демонов, тварей было столь много, целые полчища. Они уничтожали людей и селения. Я принял зов и пошёл защищать наш мир.
Битвы были тяжёлыми, как никогда, и я много раз мог в них сгинуть. Но жажда неоконченной мести удерживала меня среди живых. Или нежный взгляд Цветочка, который вновь и вновь воскресал в памяти — постоянно о ней думал тогда. Словно дурной был. Она долгие годы берегла в себе смерть моего врага, навсегда пропахла им, я не мог её желать — это было сумасшествием. Я не планировал быть с ней. Я заливался эликсирами по полной, чтобы на части не рвало от мыслей о хрупкой девочке, которая осталась в родовом имении. Я тогда чересчур много себя гасил, немыслимые дозы эликсиров, затуманенный разум. Из такого состояния уже не выбраться живым, но я и не собирался. Мне немного нужно было: лишь закончить войну и добраться до Ульриха, убившего мою семью.
А потом появилась Клаудия. Магиня. Прибыла словно из ниоткуда и стала помогать раненым в лагере, сказав, что сердце её требует помогать защитникам родины. Добрая женщина.
Она была красива и соблазнительна, а я был очень пьян и хотел забыть Лилиану.
Я плохо помню ту ночь. Но помню, что оставил Клаудию у себя. Она предложила мне свои эликсиры, пообещав облегчение. Я выпил всё, что она мне дала — готов был принять даже яд — так дерьмово было. Потом накрыла темнота. А проснувшись утром, я ощутил в себе давно забытую мощь. Глубокая чёрная бездна в душе затянулась — я снова обрёл дракона. Не того, что был у меня прежде — он погиб вместе с моей Габриэллой и малышом — это был другой дракон. Новый. И мы с ним, демон его побери, никак теперь не могли сойтись в планах в отношении Цветочка.
— Ваша светлость, леди Лилиана отказалась ехать! — доложил Джонни, вернувшись к крыльцу на коляске.
Дрянь.
— Ты ей дал извозчика, Дан⁈ Что⁈ И вещи⁈ Меховая шуба? — Клаудия перестала ластиться ко мне и, заглянув в коляску, потрогала пухлый кошелёк. — Это после того, как она предала тебя! Может, ты и брак расторгать не будешь, и я зря жду?
— Клаудия! Я сказал, что женюсь на тебе. Законник приедет вечером, и мы всё оформим. Иди в дом! Размести моих людей и найди, чем всех накормить. Хочешь быть хозяйкой — можешь приступать к своим обязанностям немедленно!
От моего резкого голоса женщина вздрогнула и испуганно прижала руки к груди. Снова эта её наигранная хрупкость.
— Прости за грубость. Иди сюда. — Я привлёк её к себе.
Обнимал одну женщину, а перед глазами стояла другая. Которую безумно трахал полчаса назад в своей супружеской постели.
Как тебя забыть, Цветочек⁈ Как выбить из головы⁈ Ты мне не нужна!
Клаудии придётся хорошо поработать этой ночью. Очень хорошо, чтобы я смог отпустить свои фантазии о беременной девке.
Шлёпнув будущую жену по круглому заду, я отправил её в дом и стремительно сошёл с крыльца, подходя к своему жеребцу.
— За мной, Джонни! — приказал конюху.
13
Я обвела взглядом жилистые ноги чёрного жеребца, скользнула выше по начищенным сапогам всадника, его мускулистым бёдрам и сильному торсу, затянутому в военный мундир. Посмотрела выше и встретилась наконец с чернеющим бездной взглядом генерала Асгарда.
— Ты что-то ещё от меня хотел? — проговорила я невозмутимо.
Старалась держаться смелой и гордой, но у самой сердце колотилось о рёбра, как птица в клетке. Сколько голода в штормовых глазах. И ярости. Только бы не убить пришёл!
Инстинктивно я накрыла живот ладонями, защищая малыша от мужа.
— Где киркоул? — хрипло проговорил генерал.
Я непонимающе нахмурилась.
— Снежный кот. Зачем ты выпустила его из клетки⁈
Я сглотнула. Сердце ещё скорее забилось. Асгард уже знает! Он пришёл наказать меня за кота?
Я поёжилась и задрожала.
— Мне стало его жалко, вот и выпустила, — ответила я. — Он убежал на свободу.
Генерал обвёл меня затянутым чернотой взглядом с ног до головы и усмехнулся. Что он нашёл в этом забавного? Над глупостью моей смеётся или наивностью? Пожалела кота, отпустила, да. Над моей верой в любовь он смеётся — за то, что поверила ему и полюбила. Ждала с войны. Пусть… Пусть смеётся. Пусть накажет, если хочет. Но я не жалею, что выпустила бедное животное из клетки.
Я гордо подняла подбородок.
Генерал поймал мой непокорный взгляд, набрал воздуха в грудь и медленно выдохнул, словно усмиряя себя.
— Ты даже не понимаешь, насколько я к тебе милостив, Цветочек, — хрипло проговорил дракон, покачав головой. — Марш пошла в коляску! — рявкнул грозно и кивнул на Джона, подъехавшего следом.
От яростного приказа, рассёкшего воздух словно сталь меча, волоски на коже поднялись дыбом. Тело дрогнуло, готовое мгновенно ускориться и повиноваться. Но я закусила губу, стараясь успокоиться.
Куда он меня отвезёт? Утопит в канаве?
— Нет, — проговорила я. — Я никуда не поеду.
— Что⁈ — прищурился Асгард, удивлённый непокорностью. — Погромче, Цветочек, я не расслышал.
— Я сама доберусь, спасибо! — ответила я громко.
Эмма и Адель испуганно ахнули у меня за спиной за то, что я смела возражать грозному хозяину всех окружающих земель.
Генерал расслабленно откинулся в седле и смерил меня бушующим взглядом. Его радужки рассекали всполохи ярких синих молний. На небе прогрохотал гром. Грозовой дракон гневается.
Мне конец.
И бежать некуда — в любом случае догонит и сделает со мной, что захочет. Как сделал в спальне. Подчинит полностью. Я беззащитна.
Асгард, словно хищник во время броска, ловко спрыгнул из седла и двинулся ко мне. Я в защитном жесте прикрылась руками и зажмурилась. А в следующий миг ощутила, как земля покачнулась. Данкан подхватил меня на руки и понёс в коляску.
Я распахнула глаза, упёрлась ему в стальные плечи и замотала ногами.
— Пусти меня! — выпалила рассерженно.
Сразу бросило к воспоминаниям, как он брал меня в спальне некоторое время назад. Там я тоже упиралась. Кажется, он тоже об этом вспомнил, потому что взгляд его мгновенно заблестел, он шумно вдохнул мой запах, точно так же, как в постели, и уголок рта его скривился. Он думает о том как трахал меня.