Зена Тирс – Хозяйка старого поместья, или Развод с генералом-драконом (страница 8)

Я сирота и знаю, что такое жить без матери. Это тоска, слёзы, никто не пожалеет, не приласкает. Кошмары по ночам. Я не заставлю своего малыша всё это пережить при живой матери. Узнав о беременности, я так сильно обрадовалась, что стану мамой, мечтала взять на ручки крошку и расцеловать его щёчки. Я ни за что не расстанусь с ним.

Значит, в монастырь ехать нельзя. Нужно где-то спрятаться.

Дождь начал сильнее накрапывать, зашуршал по крыше коляски. В небе гремели раскаты грома. Резко похолодало. Как быстро солнечное утро перетекло в пасмурный день. Небо заволокло тяжёлыми тёмными тучами. Подул пробирающий ветер, и я поёжилась.

— Леди Лилиана, накиньте мех, — заботливо проговорила Эмма.

Я бросила взгляд на шубу, лежавшую рядом и прищурилась. Не хотела ничего брать от Асгарда.

Но в животе завозился малыш — ему стало неуютно от холода. Плечи зябко подёрнуло.

— Простынете ещё, только недавно отболели, — добавила Адель.

Служанки правы. Здоровье моё не отличалось крепостью. В начале зимы я сильно простудилась под сквозняками, гуляющими в доме и велела законопатить все щели. А потом в начале весны снова простудилась, когда разогретая тёплым солнцем вышла на теневую сторону дома. Лёгкий ветерок — и вот я опять с насморком.

Гордость ни к чему — нельзя рисковать малышом. Я должна взять вещи и деньги.

Я накрылась мехом, вдыхая запах тёплого дома — поместья Асгарда, в котором прожила полгода и о котором с особой бережностью заботилась. Это был мой дом. В шубе стало теплее, но на душе растеклась колючая тоска. Я думала, что буду счастлива замужем, но не вышло.

Ненависть к мужу за его поступок поднималась в груди горячей волной, словно лава вулкана.

Я сделала глубокий вдох, затем медленный выдох и погладила живот. Малышу нельзя чувствовать моего напряжения.

— Всё будет хорошо, мой маленький, обещаю, — прошептала чуть слышно, пряча лицо в меху шубки и снова вдыхая её болезненно-приятный домашний запах.

Коляска катилась очень медленно и плавно — по-видимости, Джон соблюдал приказ генерала и осторожно объезжал кочки.

Я стала хаотично соображать, что же делать дальше. Городские крыши уже виднеются за холмами на горизонте, скоро будем в городе. Попрошу Джона остановить на городской площади, недалеко от станции дилижансов, возьму вещи, деньги, сяду в первый попавшийся экипаж и уеду. Исчезну для Асгарда навсегда.

Коляску пару раз обогнали всадники из числа людей генерала. Потом проскакали навстречу, как будто кого-то искали. Ещё несколько мини-отрядов прочёсывали поле справа и рощицу слева. Да, они точно кого-то ищут.

— Вон он там! — закричал один из бородатых мужчин, направляя коня из перелеска к дороге, по которой мы катились.

Из кустов высунулась испуганная белая морда маленького леопарда. Загнанный зверь хотел перебежать дорогу, но чуть не попал нам под колёса, отпрыгнул и прижался к обочине.

— Стой, Джон! — выкрикнула я.

Извозчик остановил коляску. Я с волнением повернулась к коту, сжавшемуся в комочек в густой траве у дороги: уши прижаты от страха, глаза большие и напуганные. Воины Асгарда верхом шли на нас со стороны рощи. Сейчас окружат кота и поймают. Сердце не выдержало, я отомкнула замок на дверце и позвала:

— Кис-кис, иди сюда.

Зверь услышал зов, поглядел на меня умоляюще.

— Иди, не бойся, скорее!

Кот ползком с поджатыми ушами и хвостом преодолел отделявшее нас расстояние и забрался в коляску. Я закрыла дверцу.

— Поехали скорее, Джон!

Парень послушно взялся за поводья, но с тревогой обернулся ко мне:

— Кота ведь ищут, леди Лилиана! Мы не можем его увезти! Всадники нас сейчас остановят — вон за нами увязались, догоняют — видели, что мы останавливались на дороге!

Джон вжал голову в плечи, опасаясь наказания.

— Просто сделай вид, что ничего не видел, — сказала я, накрывая кота шубой, снятой с плеч. Крупный зверь съёжился в комок, забравшись под сиденье. — Послушай, Джон. Скажем, что остановились, потому что меня замутило. Спокойно правь коляской, как будто ничего не случилось. И вы не говорите ничего, — попросила я служанок.

Девушки кивнули. Эмма затолкала длинный кошачий хвост, выглянувший из-под сидения, глубже под шубу.

Необычный кот. И большой. Скорее всего это леопард. Как только уместился в ногах?

Путь коляске перерезал воин, верхом на коне. Двое всадников настигли справа и слева. Нас окружили в кольцо, заставляя остановиться.

— Стоять! Покажите, коляску!

16

Дыхание замерло.

Мужчина в военном мундире спешился, подошёл и с важным видом взялся за замок на дверце. Как будто ему всё дозволено.

Я выставила руку вперёд, запрещая открывать наш экипаж, а ногой глубже вдавила кота под сиденье. Тот послушно съёжился.

— Добрый день! Что вы хотели? — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо.

Я глядела прямо в глаза молодому военному, а у самой внутри сердце отбивало канкан. Я не дам им обыскать экипаж.

— Леди Лилиана, мы ищем киркоула… — ответил мужчина, немного замешкавшись от моей готовности дать отпор.

Он думал, изгнанная, униженная жена генерала будет хныкать, повесив голову, и смиренно подчиняться солдатам? Ошибается!

— Понятия не имею, что за киркоул, — произнесла я, чувствуя, как кот шевельнулся от страха за моей ногой, накрытой меховой шубой.

Киркоул — название зверя я слышала впервые. Я думала, что передо мной очень рослый кот необычной породы или котёнок леопарда-альбиноса. Про таких зверей я слышала. Но оказывается, это особое животное. Интересно, откуда он взялся и почему его так сильно хотят найти, что привлекли отряды солдат?

Пульс ударял в висках от напряжения. Если зверь мяукнет или высунет хвост — его заберут. И предчувствие шепчет, что кота ничего хорошего не ждёт.

— Киркоул… Э-м-м… Такой большой, белый кот, похожий на рысь, — торопливо объяснил военный, показывая размер животного в холке.

— Я не видела.

— Мы гнали его к дороге. Вы как раз проезжали мимо и остановились… — в упор поглядел военный.

— Мы остановились, потому что леди стало плохо, её вырвало! — выпалила Эмма, переглянувшись со мной.

Мужчина повернулся к служанкам и вперил в них взгляд.

— Леди Лилиана беременна, её укачало, — добавила Адель.

Военный молчаливо смерил мой круглый живот под натянутым платьем.

— Говорите, не видели? — прищурился он.

— Нет, — я помотала головой. — Такого зверя я точно бы запомнила.

Военный покосился на извозчика, но Джон сделал невозмутимое лицо и помотал головой. Молодец, парень.

— Ладно, раз не видели, проезжайте, — недовольно буркнул военный, убирая ладонь с дверцы.

Джон тут же тронулся, и я по инерции вжалась в спинку сиденья.

Киркоул, как его назвал военный, сидел без движения, прижатый моими ногами. Он словно окаменел, и я волновалась, всё ли с ним в порядке. Слегка отодвинула край шубки, чтобы убедиться, что кот на месте. Его ярко-белая шерсть пестрела на фоне тёмной обивки коляски.

Мы отъехали на безопасное расстояние, я осмотрелась по сторонам и, убедившись, что всё в порядке, подняла шубу, чтобы добраться до кота.

— Как ты там, малыш?

Я погладила тёплую шерсть на боку и ощутила, что киркоул дрожит от страха. Зверь сидел к нам задней частью и не поворачивался.

— Погляди же на меня, — позвала я.

Нагнуться было тяжело из-за большого живота, и Адель помогла мне подтянуть кота, чтобы увидеть его мордочку.

Огромные голубые глаза испуганно и моляще глядели на нас. Ушки были прижаты. Милый.

— Не бойся, — я погладила киркоула по голове, и кот ласково подался навстречу, прижимаясь к моим рукам.

— Красивый, но очень испуганный, — проговорила Эмма, тоже погладив киркоула по спинке.