Зеб Шилликот – Экстерминаторы (страница 2)
— А если я не поем, то не проживу и пару часов.
— Пошли отсюда, Кав, нам здесь ничего не светит.
Пропустив мимо ушей последнюю реплику своего компаньона, Кавендиш подошел к стойке и облокотился на нее.
Одна из танцовщиц тут же остановилась над ним. Широко расставив ноги, она принялась покачиваться и вращать бедрами в ритме, который был весьма далек от мелодии, которую извлекал из расстроенного пианино музыкант-неф, весь наряд которого состоял из белого целлулоидного воротничка с бабочкой и таких же манжет.
Подняв голову, разведчик смерил танцовщицу суровым взглядом.
— Меня зовут Молли, — хрипло проворковала девка прокуренным голосом, — и я танцую для тебя, котик!
Еще полвека назад она, вероятно, была вполне аппетитной, но сейчас по сексапильности она могла сравниться разве что с клубком гремучих змей.
— Проваливай, бабушка, — посоветовал ей разведчик. — Такие телодвижения — не для твоего возраста: сместится поясничный позвонок, и привет! Добро пожаловать, воспаление седалищного нерва!
Фиолетовые губы танцовщицы растянулись в ироничной улыбке, и она продемонстрировала желтые от никотина зубы.
— В плане этих скачек я еще дам тебе сто очков форы. Понял, полувялый?
— Ладно, перемирие, — проворчал разведчик. — Ты что-либо выпьешь, Молли?
— На работе не пью. Но, если ты сунешь мне между ног монетку, я покажу тебе уникальный трюк.
С этими словами она еще более энергично затрясла дряблыми прелестями, выгнулась дугой и, положив руки на бедра, выпятила свое увявшее сокровище чуть ли не под нос Кавендишу, который едва успел отпрянуть назад.
— Э-э… Дело в том, что у меня нет мелочи, — заявил он, пошарив для виду по карманам. — Но ты можешь показать свой фокус, я заплачу тебе позже… если будет за что. Не в моих правилах покупать кота в мешке.
Ехидная ухмылка заиграла на усталом лице танцовщицы.
— Эх ты, босяк! — прошипела она. — Да от тебя за версту разит нищетой! Если ты думаешь, что я такая дура, то ты сильно ошибаешься!
В этот момент у стойки материализовался странный тип, одетый в колготки, красный редингот и блестящий цилиндр. Щелчком длинного хлыста он призвал разошедшуюся публику к порядку и, когда установилась относительная тишина, громко заорал:
— В нашем заведении нищим оборванцам не место! Здесь не богадельня и не бюро по оказанию материальной помощи неимущим! Если вы хотите подзаработать, участвуя в наших играх, арена к вашим услугам! — концом хлыста он указал на фанерную арену, окруженную высоким барьером из металлических прутьев, вокруг которой уже сгрудилась пьяная и крикливая толпа. — Если повезет, можно хорошо заработать, но для этого придется проявить недюжинную силу, выносливость и мужество! Как я уже говорил, заведение — не ночлежка для бездомных и не лавочка по раздаче дешевых благотворительных обедов: чтобы получить денежки, их нужно заработать!
Разведчик, оживившись при слове «игры», снова помрачнел, услышав, какие качества требуются от того, кто рассчитывает на успех в испытании.
Джаг, державшийся до сих пор поодаль, с заинтересованным видом подошел поближе к барной стойке.
— Я согласен! — без долгих раздумий заявил он. — Что нужно делать?
Ведущий визгливо рассмеялся.
— Я уже давно не видывал такого решительного парня! Он еще не знает, о чем идет речь, но бросается вперед, сломя голову! Какой пыл, какая смелость… если только это не проявление легкомыслия! Во всяком случае, вот человек, который обещает нам захватывающее зрелище! Надеюсь, ты — не кисейная барышня, мой мальчик? Эй вы, все остальные, чего ждете? Окажите поддержку смельчаку!
Большинство зрителей, одурманенных парами дешевого алкоголя, шумно расхохоталось. Некоторые затрясли пивными бутылками, словно бармен шейкером, а затем, направив горлышки на Джага, убрали пальцы, затыкавшие отверстия. И потоки пены окатили его с ног до головы.
Кучка переваливающихся с боку на бок карликов появилась на арене и на глазах озадаченного Джага привычно принялась разбирать круг из многослойной фанеры, который на самом деле оказался огромной крышкой, прикрывавшей гигантскую емкость, глубоко врытую в землю.
Подойдя ближе, Джаг увидел, что она наполовину заполнена мутной водой, над поверхностью которой плавал пар, заставляя предположить, что огромный бак постоянно подогревался снизу.
— Это Дьявольский Котелок! — воскликнул ведущий. — Раз ты кандидат, я объясню тебе правила… — поднеся ко рту помятый жестяной рупор, поданный одним из карликов, он проревел: — Речь идет о борьбе в стиле кэтч на дне котла!
Толпа зрителей взвыла от восторга, и пустая бутылка пролетела в нескольких сантиметрах от головы Джага.
— Противники должны сойтись в поединке на дне котла, — продолжал ведущий. — Это можно было бы назвать детской шалостью, если бы дно котла не подогревалось горелками, работающими на мазуте! Говоря иными словами, на протяжении всего вашего поединка температура воды будет постоянно повышаться. И если вы не поторопитесь отправить противника к праотцам, вы сваритесь вместе! Оба! Как вы видите, размеры бака таковы, что выбраться из него можно только при помощи лестницы… И эту лестницу мы, естественно, опустим только тогда, когда будем удовлетворены исходом схватки!
Толпа разразилась криками и свистом.
Кавендиш потянул Джага за рукав.
— Это ловушка для дураков! — прошипел он. — Прежде всего нужно одержать победу над соперником, а затем вверить свою судьбу в руки этих типов, чтобы они вытащили тебя из котла. Но они все пьяны в стельку, кто знает, как они себя поведут!
— Но ты же здесь!
Разведчик пожал плечами.
— Посмотри на этих придурков. Один я мало что смогу сделать!
— Ты знаешь другой способ по-быстрому заработать деньжат, чтоб не протянуть ноги? — буркнул Джаг, вырываясь из рук Кавендиша.
Поняв, что ему не удастся отговорить компаньона от рискованной затеи, и чувствуя свою вину, разведчик замолчал и мрачно уставился на котел, нутром предчувствуя большие неприятности.
Этот котел представлял собой настоящий колодец из кованого железа, покрытый изнутри толстым слоем белой накипи, свидетельствовавшей о том, что его содержимое часто доводили до кипения.
Под впечатлением от этого зрелища, Кавендиш не смог сдержать дрожи. Ловушка для дураков, иначе этот котел и не назовешь! Джаг совал голову в кратер извергающегося вулкана, но уже никакие силы не могли заставить его отказаться от своего решения.
— В ко-те-лок! В ко-те-лок! — скандировали возбужденные зрители.
Чтобы восстановить тишину, ведущий снова щелкнул своим хлыстом.
— Пора выводить борцов на арену! — громко выкрикнул он, исполнив при этом какой-то замысловатый пируэт.
В сопровождении ассистентов, чьи лица, как у палачей в старину, были скрыты под красными капюшонами с прорезями для глаз, в зал вошла настоящая гора мяса, блестящая от покрывавшего ее масла и одетая только в узкие кожаные плавки.
Этот тип выглядел как ярмарочный борец, раззадоренный язвительными замечаниями толпы и пикировкой с соперником. Многочисленные розовые шрамы украшали его выбритый череп.
— Брутус, король ринга! — театрально объявил ведущий шоу, указывая на колосса. — Он шесть раз спускался в котел и шесть раз выходил из него, оставляя своего соперника вариться на медленном огне!
Зрители дико завопили, сотрясая металлические прутья решетки, за которыми вперевалку передвигался их кумир.
Джаг окинул своего соперника трезвым взглядом и тут же заметил на его икрах и бедрах большие участки стянутой кожи — несомненно, следы ожогов.
— Волдыри… — чуть слышно прошептал Джаг, представив себе, что пришлось вынести его противнику в предыдущих поединках.
Внезапно он испытал такое чувство, будто по спине у него забегали ледяные мурашки…
Избавившись от хлыста, редингота и цилиндра, напялив на голову бейсболку и закатав рукава, ведущий шоу в одно мгновение превратился в рефери.
— Господа! — похлопал он в ладоши. — Прошу вас занять свои места на арене будущих подвигов!
При этих словах уродливая карлица с огромными голыми грудями сбросила в котел веревочную лестницу, крепко привязанную к двум крючьям, приваренным к стойкам ограждения котла.
Колосс, до сих пор не издавший ни звука, указал на Джага узковатым пальцем, похожим на виноградную лозу.
— Пусть разденется догола! — прохрипел он. — В котел никто не спускается в одежде! Таковы правила!
Найдя требования Брутуса вполне законными, Джаг начал раздеваться, сопровождаемый насмешливыми замечаниями расходившейся толпы.
Чем меньше одежды на нем оставалось, тем тише становились крики публики. Наконец, в зале воцарилась мертвая тишина, и причина тому была вполне очевидна: без одежды Джаг являл собой редкое зрелище.
Он напоминал настоящего хищника. Его приемный отец, старый Патч, не ошибся, назвав парня Джагом — уменьшительное от слова «ягуар», — ибо своими движениями он напоминал большую хищную кошку.
Пережитые испытания сказались на его облике, превратив юношу в великолепное дикое животное. Долгие пробежки за лошадьми, изнурительный труд у фермеров, когда Джагу приходилось тащить под ярмом плуг, повозки, тяжело груженные телеги, выкорчевывать пни огромных деревьев, поваленных бурей, все это способствовало развитию невероятно мощной мускулатуры.
Без преувеличения Джага можно было сравнить с насторожившимся, приготовившимся к прыжку тигру.