Зайцев Николай – ЗУУM-ная поэзия и проза периода пандемии (страница 6)
О время страшной пустоты
Молюсь осинам, может пригодиться!
С. Есенин
О время страшной пустоты,
Черствения и озверенья,
В цепном законе суеты
Всё крепче звенья.
Живу, как червь без света, без
Любви. В апреле високосном
Теперь хожу украдкой в лес
Молиться соснам…
И массово-безумный страх,
И обнуление сознанья,
Приму с молитвой на устах
Как назиданье.
Всё жёстче бытия оскал
Сквозь Откровения… Осанна
Грядым, кто это всё читал
От Иоанна.
ИЗРАИЛЬ
Кабаков Виталий
Последние темные дни…
Последние темные дни
мы, к слову, не встретим с друзьями,
под лампой или небесами,
в последние темные дни.
И вправду, в последние дни
пространство становится уже,
и, как обещают, к тому же
наступят последние дни.
Послушай, ведь сказ не про нас,
ведь мы-то не сможем исчезнуть,
так просто вот взять – и исчезнуть,
конечно же, сказ – не про нас.
Вот только тревоги детей,
ведь дети беспечнее внуков…
Любимую только бы руку
сжимать и нежней и сильней.
Последние дни все длинней
весною – пора благодати!
Спаситель, увы – не спасатель.
Но небо светлей и светлей.
Каждый вечер…
Каждый вечер – как оповещение новой беды.
Високосной весною, немою порой пандемии
пополняется список потерь. И пространства пустые
остаются без звуков и слов, без молитв и еды.
Закрываются страны, по новой в границы входя.
Расстоянья сгущаются до аппликаций в смартфоне.
То ли ты так становишься резок на нынешнем фоне,
или мир современный размыли на фоне тебя.
Где-то внуки растут, набирая положенный вес,
там где дети надеются на разрешение свыше.
Нет почти что машин и легко человека расслышать,
примеряя в апреле талит, куфию или крест.
А вот птицам раздолье летать, голося поутру,
наблюдая в окно, кто из нас от них первым проснется.
Кипарис за окном на ветру не ломается, гнется,
Трудно сдерживать листья на свежем весеннем ветру.
Сказаться счастливым…
Сказаться счастливым и выйти на ветер,
на солнце, на…
Закончилось что-то, что ты не приметил,