Захария Ситчин – Двенадцатая планета (страница 6)

Сооружая скинию (походный храм. – Прим. ред.) в пустыне, Моисей руководствовался подробными указаниями, которые получил от Господа. Царь Соломон построил в Иерусалиме Первый храм лишь после того, как Бог пришел к нему во сне, дав «мудрость и разум». Детальный план Второго храма пророк Иезекииль увидел в божественном видении. Несколькими столетиями ранее Ур-Намму, правителю Ура, бог приказал построить храм, дав подробные инструкции и протянув измерительную рейку и моток веревки (см. рис. 9).

Рис. 9

Живший за 1200 лет до Моисея Гудеа тоже получил во сне приказ построить храм от «человека, сиявшего, как небо», рядом с которым стояла «божественная птица». Подробные инструкции он записал в форме довольно длинного повествования. Этот человек, судя по венцу на голове, явно был богом. Позже становится понятно, что это бог Нингирсу. Бывшая с ним богиня в одной руке держала «табличку своей небесной звезды», а в другой – «священную указку», с помощью которой показала Гудеа «благоприятную планету». Третий человек, тоже бог, держал лазуритовую табличку «и чертил на ней план храма». На одной из статуй Гудеа изображен сидящим с табличкой на коленях, на которой явственно различим божественный чертеж (см. рис. 10).

Рис. 10

При всей своей мудрости Гудеа не смог разобраться в этих архитектурных тонкостях и обратился к богам за разъяснением полученного знамения. В результате он узнал размеры храма, размер и форму кирпича. Затем при помощи прорицателя и «искательницы секретов» определил место на окраине города, где бог хотел увидеть новый храм. После этого нанял 216 тысяч строителей.

Растерянность Гудеа вполне объяснима – на примитивном чертеже он должен был отыскать информацию, достаточную для постройки такого сложного сооружения, как семиступенчатый зиккурат. В 1900 году в статье, опубликованной в Der Alte Orient, А. Биллербек смог частично расшифровать божественные указания по строительству храма. Несмотря на частичное повреждение, в верхней части древнего рисунка можно различить несколько вертикальных линий, количество которых уменьшается по мере увеличения расстояния между ними. По всей видимости, божественные архитекторы в инструкциях по строительству семиэтажного зиккурата ограничились планом цокольного этажа и уточнением того, как меняется масштаб с каждой новой ступенью.

Говорят, что войны ускоряют научно-технический прогресс. В Шумере эту роль, похоже, играло сооружение храмов, стимулируя развитие техники, торговли, транспорта, архитектуры и организацию общества. Способность выполнять грандиозные строительные работы в соответствии с архитектурным проектом, обеспечивать всем необходимым огромное количество рабочей силы, выравнивать строительные площадки и насыпать холмы, обжигать кирпич и транспортировать каменные блоки, плавить металл, изготавливать утварь и украшения явно свидетельствует о высокоразвитой цивилизации, полностью сформировавшейся в третьем тысячелетии до нашей эры (см. рис. 11).

Рис. 11

Сколь бы внушительными ни выглядели даже самые древние храмы шумеров, это была лишь верхушка айсберга в плане достижений материальной культуры первой из великих цивилизаций, известных человечеству.

В придачу к изобретению и развитию письменности, без которой высокоразвитая цивилизация была бы невозможной, шумеры стали первопроходцами в печатном деле. За несколько тысяч лет до изобретения книгопечатания И. Гутенбергом шумерские писцы уже применяли готовые шрифты для пиктограмм, вдавливая нужную последовательность символов в сырую глину так же, как мы сегодня пользуемся резиновыми штампами.

Кроме того, шумеры придумали аналог современной ротационной печатной машины – печать цилиндрической формы. Это был небольшой цилиндр из очень твердого камня с зеркально выгравированным текстом или рисунком-негативом. При прокатывании цилиндра по сырой глине на ней оставался позитивный отпечаток. Печать также позволяла удостоверить подлинность документов: достаточно было сделать новый отпечаток и сравнить с тем, что стоял на документе (см. рис. 12).

Рис. 12

Многие шумерские и месопотамские письменные источники касаются не только божественных или духовных вопросов, но и таких повседневных забот, как измерение полей и расчет цен. И конечно, ни одна цивилизация не может существовать без развитой математики.

Шумерская система счисления, называемая шестидесятеричной, сочетает мирскую десятку с «божественной» шестеркой. В некотором смысле она совершеннее современной и в любом случае превосходит гораздо более поздние греческую и римскую. Шестидесятеричная система счисления позволяла шумерам делить и умножать числа, извлекать корень и возводить в степень. Это была не только первая из известных нам математических систем. Именно шумеры придумали понятие разряда. Как в десятичной системе цифра 2 в зависимости от разряда может обозначать 2, 20 или 200, так в шумерской она могла обозначать 2, 120 (2 × 60) и так далее (см. рис. 13).

Рис. 13

Разделенный на 360 градусов круг, разделенный на 12 дюймов фут (дюйм равен 2,54 сантиметра, фут – 30,48 сантиметра. – Прим. ред.), дюжины как единицы измерения – вот лишь несколько примеров вклада, который шумерская математика внесла в нашу жизнь. Достижения шумеров в области астрономии и небесной математики, включая разработку календаря, мы подробнее обсудим в последующих главах.

Ту роль, какую в нашей жизни играет бумага (книги, судебные и налоговые дела, коммерческие контракты, свидетельства о браке и так далее), в Шумере (и Месопотамии в целом) играла глина. В храмах, судах и на рынках сидели писцы с табличками, покрытыми влажной глиной. На них записывали приговоры, соглашения, послания, рассчитывали цены, жалованье, размер полей или количество кирпичей для строительства.

Глина также была основным сырьем для изготовления повседневной утвари и сосудов для хранения и транспортировки товаров. Кроме того, ее использовали для изготовления кирпичей – еще одного изобретения шумеров. Из кирпича строили жилье для простых людей, дворцы для царей и величественные храмы для богов.

Шумерам принадлежат две технологические инновации, позволившие сочетать легкость и одновременно прочность изделий из глины: армирование и обжиг. Современные архитекторы знают, насколько прочнее получается бетон, если армировать его железными прутьями. Задолго до этого шумеры для повышения прочности кирпича добавляли в сырую глину порубленные стебли тростника или солому. Глиняные изделия становились более прочными и долговечными после обжига в печи. Эти новаторские технологии позволили древним шумерам построить первые в мире высотные здания и сводчатые арки, а также изготовить долговечную керамику.

Изобретение обжиговой печи – где была очень высокая, но контролируемая температура, а на изделие не попадали пыль и зола – сделало возможным еще более важный технологический прорыв: наступление века металлургии.

Предполагается, что человек научился ковать «мягкие камни» – самородки золота, а также соединения меди и серебра, придавая нужную форму, примерно за 6000 лет до нашей эры. Самые древние кованые металлические артефакты найдены в горах Загроса и Тавра. Однако, как указывал Р. Форбс в книге «Родина металлургии Старого Света»[6], «на Ближнем Востоке запасы самородной меди быстро истощились, и пришлось перейти к использованию руды». Это требовало знаний и навыков: нужно было найти и добыть руду, измельчить ее, затем расплавить и очистить. Все эти процессы невозможны без обжиговой печи и в целом без высокого уровня научно-технического прогресса.

Искусство металлургии вскоре перешло на новый уровень – создание сплавов меди с другими металлами, в результате чего человек получил ковкий, прочный, но в то же время пригодный для литья металл, который мы называем бронзой. Бронзовый век – первая стадия эпохи металлургии – тоже стал вкладом Месопотамии в общечеловеческую цивилизацию. В древности торговля металлами занимала важное место в экономике, она же заложила основы для развития в Месопотамии банковского дела и появления первых денег – серебряного сикля (шекеля. – Прим. ред.).

В шумерском и аккадском языках существовали отдельные названия для многих металлов и сплавов, а также богатая техническая терминология, что свидетельствует о высоком уровне развития металлургии в Древней Месопотамии. Довольно долго это приводило ученых в недоумение: на территории Шумера нет месторождений металлических руд, хотя металлургия, скорее всего, зародилась именно здесь.

Все дело в энергии. Обжиговые печи, тигли и домны для расплавления, очищения руды и получения сплавов требовали большого количества топлива. И пусть в Месопотамии не было рудных месторождений, зато в избытке имелось топливо. Поэтому руду доставляли к источникам энергии, о чем свидетельствуют многочисленные древние записи.

Топливом, обеспечившим технологическое преимущество Шумера, были битумы и асфальты, то есть нефтепродукты, которые во многих районах Месопотамии выходят на поверхность земли. Все тот же Р. Форбс в книге «Битумы и нефть в древности»[7] отмечает, что близкие к поверхности земли нефтяные ресурсы Месопотамии служили основным источником топлива с древнейших времен до римской эпохи. Их технологическое применение началось в Шумере примерно за 3500 лет до нашей эры, причем шумеры разбирались в разных видах ископаемого топлива гораздо лучше, чем последующие цивилизации.