Он семя в неё как конь…
Она ему гладит затылок,
И он извивается пылок…
«Когда себя введу…»
Когда себя введу
в твой молодой канал
И на стене в аду
(а ад кромешно ал)
тебя собой распял
скользил и воспарял
И горечь на губах
и твой ночной живот
и думаешь впотьмах:
«ну и случилось, вот».
Ноль часов (2002–2006)
В тюрьме Лефортово
Тюремный день, турусами шурша
Уже начался и едет не спеша
Газету принесли… Стучат ключом
Лекарства, что прописаны врачом
Сложив в бумажку, нам суют в кормушку
Вторую чаем вспененную кружку
Я допиваю. День пошёл баржою
Если тюрьму можно назвать рекою
Отель Лефортово, военные погоны
И стоны, стоны, стоны, стоны
Души, здесь похороненной живьем
«Как Вы, мсье?» – мне «человек с ружьем»
Вопрос лукавый задаёт, он лыс
Сей младший лейтенант и вправду лис
Он тонкий лис, перловкой и морковкой
Его рубаха пахнет, он с золовкой
До «Бауманской» ехал поутру…
«Я – все нормально, скоро не помру
Назло Вам проживу ещё лет триста!»
– Звучит ответ философа-«фашиста»
Философ гриву отпустил как мог
В кормушку он смеётся и плюётся
Он отжимается, он не сдается
«Он супермен», – сказал бы педагог
Он высший сорт, он – экстра, мегастар
А младший лейтенант – он русский самовар…
«Страшно проснулся: пустая тюрьма…»
Насте
Страшно проснулся: пустая тюрьма
Утром проснулся рано
А под ногами с крутого холма
…Бактрия и Согдиана
Жёлтые обе. Милые две
Родины у султана
Бактрия – словно бы грива на льве
Дождь золотой – Согдиана
Я не доставлю вам… я не умру
Как лепестки у фонтана
Нежно стучат о земную кору
…Бактрия …Согдиана
Ты пишешь письмо мне
А адрес прост: каракули крупного плана
Азия – где небеса купорос
Бактрия. Согдиана.
Будет полёт золотых орлов
Хоть соль будут лить на рану
Пока не увижу с высоких холмов
Бактрию и Согдиану…
«Принцем Тамино, с винтовкой и ранцем…»
