Сегодня утром в Риме
Я вспомнил всех ребят
Наверное их тыща
Лежат они. стоят
Облокотясь на русские
Двери и косяки
Одели свои не узкие
Смешные свои пиджаки
С корявыми же рубашками
Выпив под Новый год
Смотрят глазами тяжкими
Сюда на меня – вперёд
Что им скажу хорошего
В Риме да можно жить
Тряпки красивые. Дёшево
Можно их все купить
Касательно осуществления
Особой моей судьбы
Её наблюдают растения
И статуй привычные лбы
Ребята! Я вами отпущенный
Чтоб тут бы ходить и жить
Другое видеть. Не лучшее
Другим о Вас доложить
Печальную нашу Салтовку
Вспомнил я в пыльный день
Цыгана Славку с палкою
Бокарева набекрень
Гришка Приймак торопится
Вовка Золотарёв
Ситенко. Ревенко толпятся
Вблизи проходных дворов
Воры и честные жители
Распухший Саня Мясник
Похоронили родителей
Пыль застилает их…
Господи Господи Господи!
Они же не видели Рим!
Монахи здесь ходят босыми
Но Вы бы привыкли к ним…
«На секунду улыбнись попробуй…»
На секунду улыбнись попробуй
Ветерок играет – ветерок!
Налетает треплет треплет гро́бы
И у шляпной ленты поясок
Я не я – мужчина франтоватый
И вокруг хоть окружает Рим
Я не я – умышленный – проклятый
Никому меня не отдадим
Представитель русского народа
Средь нерусских варварских племён
Итальянцев чёрных от природы
А порою даже англичан
В эту глушь их римскую и зелень
Я приехал из живой Москвы
Жаль что не Россией Рим заселен
Да-с. увы…
«Не ждать советским офицерам…»
Не ждать советским офицерам
Своих детей издалека
В окошке узком в небе сером
Нью-Йорка чёрная щека
Друзья все там поумирают
И умирая не поймут
Какие ветры здесь летают 
